Переплетенное время

XXV глава «Крокодиловы слезы»

«Ну и куда же делась та брюнетка, которая всегда опрятно одета и ухоженно выглядит?» - сказала я себе, смотря в зеркале на свое отражение. Волосы, растрепанные, торчат по всем сторонам, синяки под глазами, кофта помятая, про обувь вообще говорить нечего. Я умылась водой и долго стояла, думая, как провести этот день со смыслом.

Вдруг объявился нежданный гость, нажавший на кнопку звонка. Я, шоркая ногами, не торопясь пошла к двери. Наверняка, Риан опять пришел или Тим. Но мои предположения были ошибочными. Параллельно мне, стояла незнакомая женщина, полного телосложения с большой черной кожаной сумкой.

- Вы что-то хотели? – мой голос звучал хрипло, из-за разболевшегося горла.

- Да, я ищу Томаса Лоренса, мне говорили, он проживает в этой квартире.

- Вы по адресу, сейчас я его позову.

Я умчалась за Томом. В мою голову стали приходить мысли о том, что вдруг это какая-нибудь ростовщица, и парень должен ей большие деньги? Не зря ли я сказала, что она обратилась по адресу?

Томас лежал в отключке на кровати.

- Томас, - произнесла я.

Он никак не среагировал на мои слова.

- Том! – тронула его я за плечо.

- Клер, уйди от меня, - пробормотал он.

- Клер ушла домой. Там к тебе кто-то пришел.

- Так пусть тоже уходит.

- Том! К тебе пришла какая-то женщина.

- Что всем надо от меня, о, черт, когда от меня все отстанут! – нехотя поднялся он и стал одеваться.

- Он уже идет, - ответила я гостье, которая уже зашла за порог.

- Хорошо, спасибо, - сказала она, и стала расстегивать серое пальто.

- А вы собственно по делу к нему пришли? – я села на комод для обуви.

- Нет, я пришла навестить своего сына.

Сына? Я что ослышалась? Насколько знаю Томаса, он не общается со своими родителями с семнадцати, а они его напрочь забыли.

- Томми! – воскликнула она.

Том был крайне шокирован такой внезапной встречи. Он не мог сдвинуться с места, его глаза были расширены.

- Зачем ты пришла? – произнес он.

- Томми, я не могла больше! Мы не виделись четыре года, как сердце матери может вытерпеть такое! – с ее век покатились слезы, она поставила сумку на пол и бросилась обнимать своего сына.

От Тома не было отдачи, парень не собирался обнимать свою мать, скорей всего он не понимал, что происходит. На его лице можно увидеть даже какую-то печаль…

- Зачем ты пришла? Ты же нормально жила все это время, почему сейчас решила? – сказал он, стоя с застывшим взглядом.

- Томми, я каждый день думала о тебе, это Франк настраивал меня против тебя! Я очень волновалась, как ты там, что с тобой!

- А что сейчас. Что сейчас с ним?

- Он начал пить и ушел к другой, Томми, у меня никого не осталось, кроме тебя! – она начала рыдать.

- Как ты узнала, где я живу?

- Мое сердце подсказало мне! Я очень хочу вернуть прежние отношения, как тогда, помнишь? Помнишь, как мы хорошо ладили, помнишь?

- Нет.

- Ну как же, Томми, вспомни!

- Я не помню, чтобы мы ладили.

- Тогда давай начнем все сначала! Давай забудем все и начнем все сначала! Я не могу больше, это невыносимо, я потеряла дочь, потом у меня исчез сын, а после и муж меня предал!

- А что мог я, когда потерял все разом?

- Том-ми-и! – провыла она и разревелась еще больше.

Тому было безразлично на ее слезы, это видно, но все же он был в унынии.

- Меня уволили с работы, я потратила все деньги на дорогу, я рассчитывала, что ты примешь родную мать, - продолжила она.

- И что ты хочешь делать?

- Я хочу начать наши лучшие отношения сначала!

- Конкретнее… мам, конкретнее.

- Я хочу, чтобы ты принял меня, и мы вместе решим, что будет дальше. Ты примешь меня к себе? – она посмотрела на него взглядом, полного надежды.

Перед всеми возникла пауза. Я не была на месте Томаса, но мне все равно хотелось провалиться сквозь землю.

- Если ты действительно хочешь забыть все... – ответил парень, опустив глаза.

- Томми, спасибо! – она прижалась к Томасу и начала выть.

Может быть это и неправда, но мне кажется, что они оба не искренны в своих словах.

* * * *

Мы все пили горячий чай за столом.

- Так это твоя девушка, Томми?

Сколько уже людей меня приняло за его девушку? Я подняла кружку и долго пила чай, ожидая ответа Томаса.