Переполох в академии Андлиг, или (не)твоя ведьма, охотник!

Глава 6

Мало кто удивился, что директор и психолог не вышли на работу в понедельник. Наоборот, странно было, что они так у нас так надолго задержались. И мы относительно спокойно сдали экзамены, закончив школу. Новый директор, суровый мужик, был максимально отстранённым от школьных дел. Хотя нашу петицию о возвращении по-настоящему большой перемены принял. Вакансия психолога оставалась вакантной.

Последний звонок, выпускной, сдача документов в вузы… всё пронеслось, как один миг.

Очень нервный миг, полный воплей Марочкиной Маши, что её с такими баллами не то, что на воспитателя учиться, дворником в ЖЭК не примут.

— Вот и хорошо, — не выдержала однажды очередных стонов Катя, — нечего с такими нервами воспитателем работать. Иди метлой маши. И деньги получишь даже без обучения, и для нервов полезнее.

Чуть не подрались тогда девчонки. Прямо на выпускном балу. Да так слаженно кинулись друг на друга, казалось, они не вальс репетировали месяц, а эту драку. Курочкин подхватил Катю за талию, поднял. Рома, не сговариваясь, тут же обезвредил Машку. Повисели, размахивая руками и пытаясь пнуть друг друга.

— Минуточку, улыбочку! — крикнул фотограф, ловя момент для выпускного альбома.

Странно, но девчонкам стало стыдно, и они перестали лезть в драку. Хотя, подозреваю, пару кадров в альбоме мы всё равно увидим. Фотографом был ехидный папа Романа, который работал на нашем выпускном для души и совершенно бесплатно. Поэтому оставил за собой право вставить в альбом такие снимки, какие захочет. Чья идея была сэкономить и весь вечер стараться жевать с закрытым ртом, чтобы прилично выглядеть на фото, мы так и не выяснили.

— Не могу поверить, что наш классный зоопарк разбегается, — сказала тогда Карина, нервно икая и поправляя шлейф шёлкового платья, — кто куда, но главное, что мы с тобой будем учиться вместе.

Это точно! Я, всё-таки, решила поступать вместе с ней, в медицинский. Егор выбрал университет на Камчатке, на факультет водных ресурсов и аквакультуры. Понятия не имею, что это значит, но звучало солидно. У него был дополнительный резон забраться на другой конец страны — надеялся, что Катя так далеко за ним не поедет. Уже совершеннолетний, и такой наивный… Катька подала документы в этот же университет, на педагогический факультет. Об этом знали мы вчетвером. Но Егору не говорили — пусть будет сюрпризом, когда увидит бывшую одноклассницу в далёком Петропавловск-Камчатском.

Вспоминая события выпускного, упаковывала чемодан. Родители предложили поехать перед зачислением в институт к ним, на каникулы. Поэтому, погуглив, какая погода в Болгарии, собиралась в крепость Урвич. Точнее, родители опять залипнут на раскопе, а я пошатаюсь по бутикам Софии. Много вещей можно не брать, куплю нужное на месте. Ничего нового, обычные каникулы. Зато потом… Столица, жизнь в общежитии, студенчество… Скорее бы!

Несмотря на всё желание поехать налегке, вещей, всё-таки, набралось прилично. Мало ли что может понадобиться вдали от дома.

Еле закрыв крышку чемодана, намного постояла, оглядывая комнату. Показалось, что в глазах помутилось. Что за ерунда? На зрение никогда не жаловалась. Подхватила чемодан, и пошла к выходу из комнаты, потирая глаза. Вот что значит, не спать всю ночь — с Каринкой протрещали о нашем студенчестве до рассвета. Теперь в глазах двоится.

Открыла дверь комнаты, отшатнулась, когда в лицо бросили холодный рассыпчатый ком, залепляя глаза. Я окончательно ослепла и бросила чемодан, инстинктивно защищая лицо. Кто в меня бросает снежками? И, самое главное, из какого холодильника их так много наковыряли?! Разгар южного лета!

Бабка Клара, конечно, иногда была малость не в себе. Могла и с клюкой погоняться в те моменты, когда считала, что я — её младшая сестра, укравшая у неё конфеты лет восемьдесят назад. Но снежки из холодильной изморози ещё ни разу не лепила.

Сегодня как раз должна была приехать тётя Лариса, присмотреть за бабулей. Жили все со старушкой по очереди. Когда она не впадала в своё особенное состояние и вовремя принимала лекарства — с ней было даже интересно. Но такие пограничные состояния психики возникали всё чаще. Скоро бабу Клару нельзя будет оставлять одну надолго…

— Куплю я тебе эти конфеты, честно! — сказала, закрыв глаза и аккуратно пытаясь счистить талую холодную воду с ресниц. Зачем, спрашивается, столько времени красилась?!

— Жанка, так это ты нас сюда затащила?! На кой фиг мне твои конфеты, как мы сюда попали?!

Знакомый голос заставил вздрогнуть. Егор?! Как он оказался у меня дома. Забыв про макияж, открыла глаза, в панике осмотрелась.

Не дома. Мы совсем не дома. Стоим впятером с одноклассниками перед огромными воротами, ошарашенно пялимся то на них, то друг на друга, совершенно не понимая, что происходит. Мой чемодан под ногами лежит. И да. Вместо южного зноя очень даже ощутимо повеяло первым морозцем. Не думая, что делаю, открыла чемодан, надела лёгкую куртку на сарафан. Натянула кроссовки — босые ступни тоже обожгло холодом, не сразу это почувствовала. По прогнозу, в Болгарии ожидался дождь и похолодание, вот и положила немного тёплых вещей с собой.

Бывшие одноклассники завистливо за мной проследили, пока я неловко зачем-то это всё подробно объясняла. Маринка стояла в домашних тапках и халате, на голове – полотенце. Явно только из душа вышла. Ещё повезло, что успела одеться. Егор переминался в носках, нервно поправляя шорты и обхватив руками голый торс, чтобы согреться. А Карина и Катя как раз собирались, видимо, гулять, были полностью одеты. Но в босоножках тоже было не очень тепло стоять на снегу.