Перепутье: Начало после конца

Глава 9: Определение

Глава 9: Определение

Перед высокими черными стенами города Мари отпустила Альфу. Хорошо обученная собака, быстро поняв, чего от нее хотят, махнула хвостом и скрылась за ближайшим пригорком — практика, по всей видимости, давно отработанная.

За стенами, воздвигнутыми умелыми мастерами из каменных деревьев, начиналась жизнь человеческого полиса. Сотни людей самых разных мастей и порой совсем удивительного вида скитались мимо хаотично расставленных надстроек-домов, построенных из остатков былого мира. В воздухе висел смрад. Вонь от гниющих отходов разбавлялась нотками органических удобрений и вызывала тошнотворные приступы. Посреди улицы, мешая проходу людей, маленькие дети играли в луже грязи с полуживой зверушкой, отдаленно напоминающей цыплёнка, а рядом их мать, отойдя всего на пару метров от жилья, ощипывала тощую курицу. Из хибары напротив вышла еще одна женщина. В руках она держала ведро с какой-то мутной жидкостью. Мгновение, и содержимое ведра вылилось на улицу совсем рядом с играющими детьми. Это не понравилось матери с курицей, и к общему гулу города добавился бранный крик двух сварливых женщин.

— Дом, милый дом!

Вилли вдыхал аромат города полной грудью и мотал головой на все четыре стороны, стараясь не пропустить ни одной женщины.

— Что, Меченый, как тебе Арбор? — он легко толкнул Адама, кивком головы указав куда-то в сторону.

Адам повернулся и увидел необычное зрелище. В переулке, всего метрах в десяти от них под дружный гогот нескольких десятков мужчин рьяно дрались две девушки. Обе молодые, стройные и подтянутые, с длинными косами и татуировками на лицах. Дрались они ловко, со знанием дела, будто всю жизнь готовились к этому бою. Продолжалось все недолго. После очередной убойной комбинации одной из участниц, удар в грудь достиг цели и склонил оппонентку, а следующий за ним жесткий удар коленом в голову завершил схватку. Громкий радостный возглас мужских глоток наполнил улицу. Победительницу подхватили на руки, вручили большой стакан с выпивкой и утащили внутрь лачуги с надписью:

«Таверна: Последний путь».

Проигравшая осталась лежать в грязи, окрашивая её каплями крови. Но как только толпа разошлась, явились другие девушки в такой же одежде и куда-то поволокли бесчувственное тело.

— И куда ее?

Адаму становилось дурно от увиденной картины и терпкого запаха улиц Арбора.

— Ту, что проиграла? — озорно уточнил Вилли.

— Да. Что с ней будет?

— Это дева Альвильды, ничего не будет! Думаю, с ней и не такое случалось.

Капер облизнулся и, не убирая взгляда от вида удаляющихся женских фигур, произнес:

— Эх, смачные они, однако!

— Как ты можешь так, она же без сознания?

— Так и что, от этого она становится хуже? — Вилли громко рассмеялся. — Меченый, ты такая умора, сил нет! Я тебе секрет один скажу: девушка, не способная сказать «нет», порой даже лучше бывает.

— Ты отвратителен.

Для Адама такое отношение было дикостью и чем-то неприемлемым. Все вокруг было диким и неприемлемым. Изменения после катастрофы, которым он был свидетелем, ему однозначно не нравились. Его не радовали ни мутанты, которых он повстречал, ни столица Каперов, утопающая в грязи, ни новые порядки. Разве что каменные деревья и высокие стены Арбора, что поднимались на добрую сотню метров ввысь, оставили после себя неизгладимое впечатление. Пытаясь собрать мысли в порядок, он не заметил, как трущобы сменились лабиринтом из укрепленных и хорошо продуманных фортификационных сооружений. Над зданиями с утолщенными стенами возвышались орудийные и сторожевые башни. А через небольшие бойницы виднелись готовые стрелять дула различного вида лазганов.

Гражданских становилось меньше. Те же, что еще показывались в лабиринтах укреплений, имели хорошую одежду, иногда дополненную экзоскелетами, уверенную походку и взгляд, от которого сразу становилось не по себе. Куда чаще на глаза попадались люди с оружием. Лазганы, игольники, энерганы и гаусс-пушки, различные варианты огнестрельного и психического оружия, электродубинки, лазерные выжигатели, нечто из разряда самодельного искусства — от разнообразия и количества смертельных приспособлений кружило голову — очередное новшество, ломающее ощущение безопасности у, не привыкшего к такому, человека.

Бойцы Каперов одевались похоже. Стандартный плащ с капюшоном поверх бронированного костюма и удобные берцы с темными металлическими пластинами. Некоторые, однако, предпочитали вместо плаща перевязываться огромным платком с нанесенным на него символом Каперов — розой ветров, символизирующей свободу выбора и пути каждого. Платок закрывал плечо и шею, шел через грудь, скрывая пластины композитной брони, и у бедра подвязывался ремешком, отчего свисал лишь до колена. Лица большинства бойцов были закрыты шлемами с системами жизнеобеспечения, различными модификациями противогазов, респираторов или просто тканью. Но раз через раз встречались и открытые лица, заросшие щетиной, часто покрытые татуировками или имеющие имплантаты.

Очередной поворот вывел на широкую улицу, что вела к монолитному зданию — бункеру, имеющему обширную надземную часть. Вокруг стало людно. Гражданские и военные сновали вдоль и поперек улицы, то появлялись, то исчезали во множестве проходов, уходящих под землю. Но большая часть людей направлялась туда, куда вел Билли — к входу в грандиозное сооружение.

— Вилли, что это за место? — устремив взгляд вверх, задал вопрос Адам.

— Это сердце Арбора, неприступная крепость-бункер Костолом!

— А почему Костолом?

— Да хрен его знает! — Капер почесал затылок, задумавшись над вопросом, — Бункер как-то по-умному назывался сначала, но я уже не помню. Да и пойди — найди того, кто помнит! Костолом прижилось давно. Его все так называют.

Мимо прошел высокий мужчина, укутанный в плащ болотного цвета. Он грубо толкнул Вилли и поспешил дальше, пробираясь сквозь затор из людей легко и изящно, словно он был водой, а люди — не плотно сомкнутыми пальцами ладоней.