Перепутье: Начало после конца

Глава 31: Ясная погода

Глава 31: Ясная погода

— Не забывай обо мне, мой Вельге…

Адама резко вырвало из объятий глубокого сна. В сновидениях он снова видел Соню. В последние дни она являлась ему каждый раз, когда он смыкал глаза. В этих снах они были вместе. Они проживали сказочную жизнь полноценной семьей. У них были дети: двое светловолосых мальчуганов и девочка с глазами цвета океана, точь-в-точь, как у матери. Дети всегда были послушны, красивы и веселы. Когда отец обращался к ним, их кожа начинала сиять нежным светом, словно внутри каждого из них зажигалось солнце.

«Прекрасные создания», — думал про себя Адам и во сне, и уже проснувшись. Соня во снах была не менее прекрасной. Ее скромная красота, глубина волшебных глаз и бархатный голос мигом разгоняли биение сердце до максимума, заставляли умиляться и благодарить судьбу за столь щедрый подарок. Она была с ним нежна. Она внимательно слушала все, что ей рассказывал Адам, с любовью в глазах наблюдала, как он работал, всегда встречала его теплой улыбкой. Она была мечтой, до которой он смог прикоснуться одним лишь пальцем. Мечтой, которую у него так быстро забрали.

— Опять эти сны?

Следопыт сидел на камне, скрестив ноги. Его глаз был закрыт, но он все равно видел с помощью протеза.

— Да, — потянув шею, ответил ему Адам. — Они терзают мое сердце, — чуть тише добавил он, увидев в паре метров спящую Мари. — Я иду к своей жене, и я люблю ее, но честное слово, Соня свела меня с ума и продолжает это делать через сны. Даже не знаю, как это выдержать.

— Ты чувствуешь вину, — сразу, не раздумывая, подметил Тихий.

— Какую вину?

— Ну, как какую? Наверняка ты считаешь, что изменил Аннет, что предал ее, хотя ты познакомился с Соней до того, как узнал, что жена жива. Я бы не считал это изменой.

— Разве время имеет значение?

Адам усмехнулся и встал, чтобы лучше размять спину.

— Обстоятельства имеют значения, — ответил ему Тихий, продолжая сидеть в неудобной позе. — Ты попал, считай, в новый мир. Здесь на тебя навалилось все, ты чувствовал себя одиноким, и тебе встретилась на пути Соня. Эта девушка была способна вскружить голову любому, поверь мне! Не удивительно, что ты впечатлился. А твоя жена, если она все же не плод воображения, я уверен, с кем-то близость она точно имела. Ты говорил, ее представили, как полковника Кредов?

— Ну, да…

— Так, тут все понятно. Повторюсь, если она все же жива, то на подобной должности одной вообще никак, у нее точно кто-то есть или был. А может, и был, и есть.

— Ну, спасибо, умеешь ты подбодрить с утра.

— Не благодари. Я не должен давать надежду, я должен сохранять твое психическое состояние, пока ты не войдешь во вкус этой жизни. Не забывай, ты — меченый. Это многое значит.

— Ну, как же я могу? Ведь ты не даешь мне об этом забыть, мой одноглазый друг.

Адам похлопал Следопыта по плечу и ушел справить нужду за одну из прогнивших машин. Тихий в ответ улыбнулся.

— Доброе утро, — донесся сонный голос Мари.

— Доброе, — не отрываясь от медитации, ответил Следопыт. — Что-то вы сегодня раньше проснулись, неужели солнце спать мешает?

— Ага, солнце и бубнение двух каких-то стариков. Жаль, разобрать не смогла, о чем они говорили… — Мари поднялась в локтях и, кряхтя, пожаловалась, — Я ужасно скучаю по кровати. От сна на земле все бока болят.

— А я думал, ты уже привыкла.

— К такому нормальный человек привыкнуть не может. Боги, моя спина! — Мари вытянула руки над головой и, насколько могла, потянулась. — А где Альфа? — спросила она, закончив упражнение.

— Была за тем столбом. Думаю, там и лежит.

— Ну, хорошо. Пусть отдыхает. Она как-никак с Адамом полночи в дозоре провела.

— И со мной потом сидела. Она пошла только, когда солнце встало.

— Порой я удивляюсь этой собаке.

Мари отхлебнула из фляги и приступила к сбору спальника.

— Слушай, а как Альфа появилась у тебя? Ты вроде не рассказывала ни разу.

— Да, тут и рассказывать нечего, — не отрываясь от дела, ответила женщина. — Она сама пришла на следующий день после смерти матери. Я всегда считала, что ее приход это подарок судьбы. Она появилась в момент жизни, когда мне больше всего нужна была компания.

— Занятно, — протянул Тихий. — Интересно, что белая овчарка делала в Реликтовом лесу?

— Не знаю и думать не хочу. Я просто рада, что она со мной. Мне этого хватает. Завтракаем и выходим?

— Да! — Следопыт одним прыжком слез с камня, ладонями разогнал кровь по мышцам, после чего довольно посмотрел на безоблачное небо. — Хороший день, — вслух произнес он и добавил, — В лес Снов входить нужно только такой погодой.

К тому самому лесу, о котором обмолвился Тихий, вела широкая автомагистраль. Конечно, она давно не исполняла своей роли. Крыша с установленными на ней солнечными панелями в лучах ясного дня напоминала сито. На редких сохранившихся местах она поросла кустами с ярко-фиолетовыми листьями, но в большинстве опоры просто не выдержали груза, событий, времени, в конце концов, и обвалились на полотно. В местах просветов асфальт взбугрился, пошел трещинами, порос травой. Чисто визуально так было даже лучше, разнообразие красок придавало настроения этому месту.

Время от времени на пути встречались поросшие темно-бурым лишайником автомобили. Мари сразу приметила в поросли лишайника-мутанта, основу питания которого составляли пластмассы и краска. Оно не удивительно, влияние человека на природу заставило все перестроиться. Адам давно слышал, что пластиком начали питаться шершни, несколько видов червей, даже рыбы, почему же лишайник должен был остаться в стороне?

Магистралью давно не пользовались. Как объяснил Тихий, ее начало затерялось в пустошах, а конец упирался в лес Снов — место с плохой репутаций среди проводников. Караваны здесь не ходили, а из-за этого, в свою очередь, в лесу Снов и около него никто не селился. Хотя в последнем Следопыт не был уверен, он на это надеялся.