Перерожденная

Глава 3 семнадцатилетие

Я просыпаюсь в шесть утра, с трудом разлепляя глаза. Спала пару часов — нервы, ожидание, мысли о Руслане. Его взгляд вчера у школы, его запах — кожа, ночь, что-то острое — не дают покоя. Телефон трезвонит, и я хватаю его. Аня. Она всегда старается поздравить меня первой.
— Алиска, с днём рождения, моя самая самая родная и любимая подруга! — орёт она, как будто я в соседнем городе. — У меня грандиозный подарок, уже бегу к тебе, тебе понравиться, не смогу долго усидеть дома!
— Ань, дай поспать, чуть чуть, ну рано же? — бурчу я, но её энергия заражает, и я улыбаюсь, просыпаюсь.
Я выползаю из кровати, повторяю вчерашний макияж — смоки-айс, стрелки, тушь. Очень дерзкий макияж. Наряжаюсь просто: чёрная юбка, майка с Микки Маусом, балетки. Спускаюсь на кухню, и запах омлета с ветчиной будит мой желудок и мой мозг окончательно.
Ульяна уже там, её каштановые волосы в пучке, глаза сияют теплом.
— Алиса, с днём рождения, детка! — она обнимает меня, и её тепло прогоняет тоску о маме. — Это тебе родная моя. От твоей мамы, ее браслет.
Она вручает коробочку, и моё сердце замирает. Браслет — серебряный с половинкой сердца. Он тёплый, почти живой, будто шепчет моё имя. Будто всегда предназначался для меня.
— Затерялся после… ну тогда в общем — Ульяна вздыхает. — Нашла его не так давно и решила подарить сегодня. Он твой, мама бы хотела чтобы он был у тебя.
— Спасибо, большое, это самый ценный подарок для меня — шепчу я, обнимая её. Браслет ложится на запястье, и жар разливается по груди, как мамин голос. Я сжимаю его, и на миг кажется, что она рядом со мной. Ульяна ушла на работу не успев доготовить завтрак, она ужасный трудоголик, я даже иногда переживаю за нее.
Я дожариваю омлет, когда звонят в дверь. Думаю, что это Аня, и кричу:
— Заходи, дверь открыта! — но голос за спиной заставляет меня вздрогнуть.
— А ты всегда так открываешь, не проверяя кто за дверью? Вдруг там маньяк какой-нибудь?— низкий, хриплый, с насмешкой.
Тарелка выскальзывает из рук и разбивается об пол. Руслан в чёрной футболке, с татуировкой, змеящейся по руке, и букетом кроваво-красных роз, от которых пахнет сладостью и чем-то металлическим, как свежий дождь. Его серые глаза с голубыми искрами смотрят так, будто видят мою душу. Кулон обжигает кожу, и я сглатываю понимая что перестала даже дышать.
— Ты там уснула что ли? — он ухмыляется, шагая ближе. — Или всегда спишь с открытыми глазами?
Я отступаю, но он придвигается, и его запах — кожа, парфюм, что-то тёмное — кружит голову. Моя спина упирается в столешницу, и он останавливается так близко, что я чувствую тепло его тела.
— Чего тебе понадобилось в такую рань? — огрызаюсь я, но голос дрожит. — Ошибся дверью кажется. Кивая на букет он явно предназначен не мне.
— Нет, Алиса, — он протягивает букет, и его пальцы касаются моих. Ток пробегает по венам, кулон вспыхивает жаром, и я вижу тень за ним — она шевелится, как дым.

— С днём рождения, красавица. Я никогда ни в чем не ошибаюсь, и всегда если что то делаю, то уверен в этом.
Он наклоняется, и его губы — мягкие, горячие — касаются моей щеки, задерживаясь дольше, чем нужно. Его дыхание скользит по моей шее, и я задыхаюсь, чувствуя, как жар кулона растекается ниже, туда, где я теряю контроль. Мои пальцы цепляются за край столешницы, чтобы не упасть. Я хочу его поцеловать, но вспоминаю Кристину — её руки на нём вчера. Отпрыгиваю в сторону, чтобы увеличить расстояние между нами.
— Спасибо, но не стоило, — я сжимаю букет, стараясь не дрожать. — Кудрявцева будет в ярости что ей ничего не перепало, а если узнает , что мне подарил, то тебе покоя не будет.
Его глаза темнеют, и улыбка становится острой, почти хищной.
— Мне плевать на Кристину, — его голос — шёлк с угрозой. — Это для тебя , и выбирал я его только для тебя.
— С чего бы это вдруг, такая щедрость? — я щурюсь, но кулон жжёт, и тени за ним кружатся, как вихрь. Я моргаю, и они пропадают. Глюки какие то.
Макс спускается по лестнице, прерывая нашу интересную беседу.
— Алиска, с днём рождения, сестрёнка! — он обнимает меня, чуть не сломав рёбра. — Подарок в клубе, будь готова к девяти поедем тусить.
— Спасибо, Макс— я улыбаюсь, но вижу, как Руслан стискивает кулаки. Макс бросает на него взгляд, полный стали. Что между ними? Почему он взбешён?
Аня влетает, как рыжий ураган, обнимает меня и суёт коробку.
— Откроешь потом, тебе понравиться подруга! — она сияет, но краснеет, когда Макс целует её в щёку, здороваясь.
Мы садимся за стол, но воздух трещит от напряжения. Руслан молчит, но его взгляд — как лазер, прожигает меня. Кулон пульсирует, и я стараюсь не смотреть на него.
— Пора в школу, опоздаем— я вскакиваю, утягивая Аню. — Макс, без тебя обойдёмся сегодня мы сами, у нас есть что обсудить без твоих ушей.
Он хохочет, но я вижу, как он переглядывается с Русланом. Чёртовы секреты и эти переглядки бесят меня.
У школы нас встречает Кирилл с белой розой и коробочкой. Он тянется к моим губам, но я отворачиваюсь , не хочу его целовать. Я до сих пор обижена.
— С днём рождения, Алис, — он суёт подарок. — Не дуйся, ты же знаешь, мне нужна только ты, и никто кроме тебя.
— Не похоже, что это правда — огрызаюсь я, чувствуя, как гнев на него заново поднимается.

Уроки проходят без происшествий, совсем.
Я приглашаю друзей в клуб «Арбалет», даже Кирилла, хотя не хочу. Домой вернулась рано , честно сбежала с последних двух уроков. Решила устроить себе домашнее спа и поваочться в ванной. Потом я готовлю ужин — ножки куриные с картошкой, грибы, салат. В ванной делаю смоки-айс, подкручиваю волосы, надеваю кулон и серёжки от Макса. Белое платье до середины бедра обтягивает талию, и я чувствую себя… опасной, дерзкой и очень красивой.
Макс приводит друзей из Лондона — Криса, Эда, Марка. Они врываются в гостиную, и их взгляды прилипают ко мне. Я краснею, но держу спину прямо.
— Чёрт, Макс, ты не говорил, что твоя сестра такая, взрослая и горячая штучка, — Крис ухмыляется, поправляя светлые волосы. — Алиса, ты сегодня королева, да?
— Эй, Крис, полегче, — смеётся Эд, его тёмные глаза блестят. — Но, реально, ты выглядишь, как будто только что с подиума. Это платье просто — огонь.
— Ага, и эта дерзость в глазах, — подхватывает Марк, потягивая колу. — Макс, как ты её вообще контролируешь? Мне кажется нам придется твою сестру отбивать у всех и у каждого.
Я закатываю глаза, но внутри приятно.
— Ребята, я не экспонат в музее, — огрызаюсь я, скрещивая руки. — И Макс меня не контролирует. Я сама по себе.
— Ох, вот это характер! — Крис хохочет, подмигивая. — Слушай, если надо спасти тебя от скуки, я всегда готов составить тебе компанию.
— Мечтай дальше, мне никогда не бывает скучно, но я запомню твои слова— я ухмыляюсь, но чувствую взгляд Руслана. Он стоит у стены, его глаза — серые с голубыми искрами — пылают, как будто он готов разорвать их всех. Его кулаки сжаты, и я вижу, как тень за ним шевелится, но моргаю — и она пропадает.
Макс рычит:
— Если хоть один из вас переступит черту, и подкатит к ней свои ... Ну вы поняли, я вам головы поотрываю. Поняли?
— Расслабься, бро, — Крис поднимает руки. — Мы же просто шутим. Алиса, без обид, ты реально звезда сегодня, просто красотка.
Руслан делает шаг вперёд, и его голос — низкий, с угрозой — режет воздух:
— Хватит пялиться уже. Она не для вас ребята.
Все замолкают. Крис поднимает брови, Эд кашляет, Марк отводит взгляд. Я чувствую, как кулон жжёт, и мои щёки горят. Что он вообще творит?
— Руслан, ещё тебя мне не хватало, мне и Макса хватает чтобы указывать мне. — я щурюсь, стараясь держать голос ровным. — Я сама разберусь, кто для меня, а кто нет, большая девочка уже.
Он смотрит на меня, и его глаза вспыхивают голубым, как будто я бросила ему вызов.
— Правда? — его голос становится тише, но опаснее. — Тогда докажи что и правда большая.
Макс кашляет, прерывая напряжение.
— Ладно, все, хватит. Алиска, есть хотите? Аня и Кирилл скоро будут.
— Ага, было бы круто, — я киваю, пытаясь игнорировать жар в груди. Руслан отходит, но его взгляд не отпускает меня и постоянно следит за каждым моим движением.
Аня приходит с Кириллом и Катей, его сестрой. Катя обнимает меня, но её улыбка — как пластик, пластмассовая и фальшивая. Я ей не нравлюсь и она мне тоже если честно. Я не звала её, но она всегда таскается за братом. Мы едим, и все хвалят ужин, а я смущаюсь. Макс уводит Кирилла и Руслан увязался с ними, и их нет минут пятнадцать. Я хочу спросить, но они возвращаются, и Макс велит переодеваться чтобы не опоздать.
В «Арбалете» толпа друзей, коктейли, смех. Руслан договорился, и нас пускают без вопросов. Я в центре внимания, и впервые мне это нравится. Друзья Макса зовут танцевать, и я веселюсь и танцую с каждым, не думая ни о чем.
Макс поднимает бокал:
— За самого дорогого человека — Алиску! Я тебя люблю, и с любой проблемой какая бы она страшная не была ты всегда должна знать что можешь прийти ко мне. — Он вручает коробочку. Ключи от BMW. — Да ты отучилась в автошколе, но месяц ездишь со мной, буду тебя учить нормально ещдить. Потом заберу машину в Лондон, приедешь и будешь там кататься. С днём рождения, сестрёнка!
Я бросаюсь ему на шею, чуть не плача. Мы танцуем, и я вижу, как Макс уводит Аню. Они сияют, мне нравится что Аня и Макс вместе. Я за них очень счастлива. Но Кирилл почему то отстранён, и это бесит, разве он не хочет со мной потанцевать по ворковать? Разве он не мой парень? О пригласил наконец то, но он бы ещё за километр мот меня держался.Я замечаю Руслана — он шепчется с Максом, их взгляды напряжённые, как будто о чем то договариваются.
Руслан подходит к нам с Кириллом на танцполе.
— Можно с именинницей потанцевать ?— его голос — тёмный мёд, от которого кожа горит.
Кирилл кивает, но его глаза сужаются. Я чувствую, как кулон жжёт. Руслан же наоборот притягивает меня к себе, настолько близко, и его тело — твёрдое, горячее — вдавливается в моё, как будто мы одно целое. Его руки сжимают мою талию, скользят ниже, к бёдрам, и я задыхаюсь. Его дыхание — с привкусом ночи и чего-то сладкого, как запретный плод — касается моей шеи. Кулон пылает, и тени за ним кружатся, как вихрь.
— Ты сегодня сводишь всех с ума, — шепчет он, и его губы касаются моего уха, затем шеи, задерживаясь, жадно целуя кожу. Я выгибаюсь к нему, подавляя стон, мои пальцы цепляются за его футболку, чувствуя твёрдость его груди. Жар кулона сливается с огнём в моём теле, и я чувствую, как что-то — тёмное, живое — пульсирует в венах, как будто моя кровь поёт для него.
— Хм, прямо таки всех? — я пытаюсь звучать дерзко, но голос дрожит.
— Нет, есть те кого ты не просто сводишь сума, а есть тот кто готов поубивать всех кто смотрит на тебя— он смотрит мне в глаза, и его голос становится ниже, почти рычанием. — Например меня ты именно так сводишь сума, что хочется убить всех и каждого кто танцевал с тобой сегодня. Его откровенность меня ошарашивает, если честно.
Он достаёт коробочку. Браслет с подвесками: ангел, сердце, книга, ключи, музыкальный ключ. Его пальцы задерживаются на моём запястье, и ток пробегает по венам. Кулон вспыхивает, и я вижу видение — мы с ним в темноте, его губы на моей шее, мамин голос: «Алиса, беги». Я моргаю, и видение пропадает.
Он наклоняется ближе, его губы снова находят мою шею, и он целует её медленно, жадно, как будто хочет забрать меня всю себе. Мои ноги подгибаются, и он поддерживает меня, его рука на моей спине, как оковы. Его глаза вспыхивают голубым, и я вижу в них ярость, смешанную со страстью.
— Ты моя, Алиса, запомни это,— шепчет он, и его голос — как яд, который я хочу выпить. — И мне плевать, кто ещё на тебя смотрит и с кем ты там встречалась.
Я хочу ответить, но его губы скользят к моему запястью, целуя его так, что вспышка — как молния — пробегает по венам. Я задыхаюсь, мои пальцы запутываются в его волосах, и я чувствую, как он дрожит, как будто борется с собой. Тени сгущаются, и кулон жжёт, как второе сердце.
— Что ты делаешь… — шепчу я, задыхаясь.
— Это ты, — он кивает на кулон, и его глаза горят. — Ты — мой огонь.
Он отстраняется, и я горю, как факел. Он уходит, оставив меня в этом состоянии. Я возвращаюсь к ребятам и вижу то что меня вообще убивает на повал.
За столиком Кирилл болтает с одноклассницей. У бара — Руслан обжимается с Кристиной. Она прижимается к нему, хихикая, как пустоголовая кукла, и я киплю. Почему он так со мной, а потом с ней? Не хочу видеть этого , они все оказывается козлы, обещают в три короба а потом не помнят. Я подхожу к Кириллу.
— Проводить меня домой можешь? — спрашиваю я.
— Алис, я обещал Оле… ее проводить домой — он запинается, теребя ее волосы.
— Тогда мы расстаёмся, — отрезаю я и выхожу. Конечно глупо думать что Кирилл не видел как мы танцевали с Русланом и на сколько близко это было. Но тем не менее он мог бы и сам сказать что все закончилось и мы больше не пара.
На улице я звоню Максу — не отвечает. Аня тоже вне зоны. Слёзы жгут глаза. Предатели. Я иду к выходу, и слышу шёпот за спиной: «Алиса…». Оборачиваюсь — никого. Но кулон жжёт, и тень мелькает в переулке. Я сглатываю, чувствуя холод по спине. Где-то вдали — крик, и я вижу мигалки у клуба. Толпа шепчется: «…тело у забора… странные метки…».
Телефон звонит — это Руслан.
— Да? — бурчу я, вытирая слёзы.
— Алиса ты где? — его голос встревоженный, почти рычащий.
— Тебе-то что, не все ли равно где я? — огрызаюсь я.
— Алиса, тащи свою прекрасную попу в клуб, или скажи, где ты, и я приду сам к тебе. — Он тараторит, и я слышу панику. — Макс меня убьёт, если с тобой что-то случится. Я обещал отвезти тебя домой в целостности и сохранности.
— Ну значит ты не уследил — я реву. — Веселись с Кристиной дальше. Пока, Руслан. Бросаю трубку.
Я выключаю телефон, предварительно вызвав такси и еду к бабушке в другой город. Хочу тишины, спокойствия и чтобы вкусные блинчики получили мне душу. Добиваюсь до бабушки она обнимает меня, ничего не спрашивает и ведёт в комнату. Я пишу Ульяне, что вернусь в воскресенье, и падаю в кровать. Сон — пустой, без снов, без боли. Лучшая ночь в моей жизни. Но кулон жжёт, и в темноте я слышу шёпот: «Алиса…». Это не мой голос. И где-то вдали — ещё один крик. Что за ерунда последнее время происходит со мной?