Перевал. Дорога домой...

Глава 7.

Темнота. Ночной ветер легко треплет волосы, в небе сияют сотни тысячи звезд, ноги ласково щекочет трава. Как же хорошо на природе, на тысячи милей в окрестности нет ни города, ни деревни. Позади лес как будто замер. Тишина. 
Еще минута спокойствия и все оборвется.  
-Помоги… Поимигиии нам. Ты слышишь, помоги! 
Голова будто раскалывается от сотни тысяч голосов, они стонут, скребутся, хрипят. Этот звук пробирает до самой души.  
-Кому надо помочь? Кто здесь? 
А в ответ снова стоны. Эти звуки сводят с ума, не дают сосредоточится, и в сердце закрадывается страх. 
-Хватит, перестаньте. 
Я прячу голову руками и немого успокоиться. Поскорее бы проснуться. 
Утро выдалось не из легких. Проснулась я от диких воплей, которые буквально сотрясли мой дом. Так лень просыпаться, но надо вставать иначе мама перебудит всю деревню. 
- Что происходит? – Я встаю, пытаясь хоть как-то отогнать сон. 
- Рината осторожно! – Ненавижу, когда Люда переходит на фальцет. – У тебя на подушке спала ужасная тварь! 
- Кто? – В голове отчаянно заскрипели шестеренки. – Лисенок. – Догадка поразила меня как молния. – Где он? – Я стала оглядываться, пытаясь найти малыша. Ему, итак, досталось. 
- Эта тварь забилась подковать, но не беспокойся придет твой отец, его поймают и отправят на живодёрню. Его шкурка прекрасно будет смотреться на моей куртке. 
- Нет! – Я кинулась на пол, чтобы попытаться прелесть. – Не смейте его трогать. 
- Но он дикий. Эта тварь шипела на меня. – Какой ужас. Неженка блин. 
- Он просто напуган. – Лисенок жался в угол и не переставая рычал.  
- Рината вылезай немедленно. 
- Налезь! – Малыш всё ещё напуган, а они говорят под руку. – Тиши малыш я не тебе. Все хорошо, не бойся. – Я как могла пыталась его успокоить, но малыш продолжал рычать, вздрагивая каждый раз, когда он пытался оперится на раненую лапку. – Ну-же. – Никакого результата. – Так нам нужно молоко. – я вылезла из-под кровати, и отправилась на кухню. 
- Что ты собралась делать? 
- Исправлять то, что сделала ты. 
- Что? 
- Ничего. Идем со мной. – схватив Людмилу за руку, просто вытолкала её из комнаты и закрыла дверь в комнату. 
На кухне я нашла молоко и глубокое блюдце, и сразу пошла обратно. Все это время Людмила ходила за мной попятам и причитала. 
В комнату я входила тихо чтобы не напугать малыша еще больше. 
Лисенок так и сидел в углу под кроватью, когда он увидел меня снова ощетинился. Я налила молоко в блюдце и стараясь действовать как можно плавне пододвинула к нему чашечку. 
— Вот мой хороший, все в порядке. Держи. – Лисенок дрожал, но есть ч ему тоже хотелось, поэтому, опасливо косясь на меня он начал пить.  
Я просидела с ним под кроватью около часа. За это время малыш белее-менее успокоился, и даже дался поглядится, но вылезать наотрез оказался. 
Сегодня я решила из дома вообще не выходить, чтобы Юрий и Людмила не забрали лисенка. Из головы никак не выходили вчерашние воспоминании, еще и этот сон. Он был жуткий, но при этом казался правильным, нужным. Да и вся эта ситуация в перевале напрягает. Все пытаюсь вспомнить хоть что-то, но в тот самый момент, когда кажется, что разгадка близка, голова начинает просто раскалываться.  
Весь день я носила лисенку еду подковать. Малыш совсем успокоился. В свободное время я решила сплести малышу ошейник с пластмассовой подвеской на которой я маркером написала свои адрес и имя. 
Я думала, что сегодня лисенок уже не выйдет, но вечером он всё-таки выбрался. 
Я сидела на полу и рисовала в скечбуке, когда мне в бедро ткнулся мокрый носик. Малыш немного постоял рядом а потом забрался камне на колени и улегся. 
- Ну привет затворник. –  погладила его по головке стараясь двигается как можно осторожней. Я даже не дышала и когда воздуха стало не хватать пришлось сделать вдох, это получилось так громко что мне стало страшно, вдруг лисенок испугается, но он только посмотрел на меня и ткнулся мордочкой в живот. 
- Уже не боишься? – Я улыбнулась. Мальш посмотрел на меня и смешно мотнул головой. – Молодец. – Ми так и седели, пока у меня не затекли ноги. – Давай переберемся на кровать. Слушай тебе надо поменять бинты. – Не впуская лисенка из рук мы пошли за аптечкой. Когда мы вышли из комнаты малыш напрягся, но остался на руках. 
Мы взяли бинты и вернулись в комнату. 
- Ну что будим бинтоваться. – Лисенок перебрался на кровать, и стал ждать. – Давай придумаем те имя. – Я аккуратно стала перебинтовывать лапки. – Как думаешь Фир тебе подойдет? – я посмотрела на лисенка тот мотнул мордочкой, и это было забавно. – Отлично, значит будешь Фир. – Старый бинт был полностью снят и теперь надо было обработать его ранки. К счастью, осложнений не было, промыв все перекисью взяла новый бинт. – Ну вот молодец, еще чуть-чуть и будешь как новенький. – Кок только я его отпустила, лисенок перебрался камне на колени. И теперь мы просто сидели и смотрели друг на друга. 
- Слушай, пока ты невыздоровешь, поживешь у меня, поэтому я сделала ошейник чтобы все знали что ты со мной и тебя никто не обижал. Вот, наденешь? – Я протянула вперед небольшой браслет, сплетенный из плотных ниток. малыш покосился на него и вытянул вперед. – Умница, ты как будто все понимаешь. – Я осторожно затянула ремешок, проверив чтобы несильно давило. – Ну вот и все. Теперь ты относительно в безопасности.  
Так незаметно заканчивался день, я все сидела и пыталась вспомнить хоть что-то из моего настоящего прошлого, в том, что воспоминания были ненастоящие сомнений, не было, а малыш сидел рядом. 
Когда сенце уже начало клонится к закату, к нам пришли гости, скрипнула калитка, и на первом этаже стало оживлённо. Надеюсь, камне они не полезут. 
Но моим чаянья несужденно было сбыться, в коридоре раздались шаги и через минуту в мою дверь постучали. Лисенок сразу напрягся.  
- Не разрешаю. – И кто-бы меня послушал, дверь сразу же открылась. 
- Хамка, собирайся давай. 
- Куда собирается? 
- На обряд, лоботряска. – в дверях появился Саримарх. 
- Опять? Не пойду. 
- Или ты собираешься или я выкину твою зверюгу. 
- Не посмеете! 
- Хочешь проверить? 
- Тронете его и я сбегу. 
- Давайте все решим спокойно. – Соримарх аш подскочил, когда я сказала о побеге. 
- Давайте миром. Я некуда не иду вы свободны. 
- Пойти всё-таки придется, это городской обряд. 
- Мне побоку. 
- Рината я настаиваю, вам всё-таки придётся пойти. – Мне не придетсь. – Иначе у Риты будут неприятности. 
- Вы мне угрожаете? 
- Нет, что вы, обрисовываю перспективы. – Вот гад. Спорили мы много, только вот в конечном счете идти пришлось. 
Я уже почти собралась, когда вспомнила что лисенка нельзя оставлять в доме одного. Я решила взять его с собой. 
- Фир иди сюда. Садись в портфели. 
- Кто у тебя. – Вечно Соримарх лезет. 
- Мой друг. 
- И кто это? 
- Вам оно нужно. – Соримарх все равно стал заглядывать. Когда он увидел моего лиса то мне показалось что он меня на месте убьет. 
Фир залез в рюкзак и теперь из щели было видно только его носик. Повесив его спереди, я пошла на улицу за Саримархом.  
По вечерам в городе было людно, прохожие ходили по улицам словно тени, даже дети шли опусти голову. Обстановка нагнетала, в таком обществе хочется просто лечь и не вставать. 
Когда мы подошли к главной улице повозка с детьми уже стояла. Я даже немного обрадовалась, что мы пришли, Соримарх всю дорогу сверлил взглядом рюкзак, где силе Фир, пару раз он приложил мне убрать его чтобы не мешал, но я не дала, да и лис шипел каждый раз, когда Саримарх подходил слишком близко. 
В этот раз все было готово до моего прихода, поэтому, как только мы подошли всех сразу загрузили в телегу, и мы тронулись. Сегодня кроме Ритки была еще одна девочка нашего возраста. Её зовут Сильва, она сразу выделялась на фоне остальных её пшеничные волосы были будто золотые нити а глаза, казалось, вобрали в себя всю синеву небес,  отличии от других детей в них была видна жизнь, да и сама девочка не казалась подавленной, она держала голову ровно и в ней читалась серьезность. Но при это девушка была как будто закована цепью. Всю дорогу она сидела ровно и видно было только как шевелятся ее губы при пении. 
Сегодня мне тоже стало плохо. Как только дети запели голова стала раскалываться, и где-то на середине пути меня замутило, но в этот раз я не стала их тормозить. 
Когда мы вернулись голова была свинцовая и сил неостовалось ничего. Я только и смогла что покормить лисенка и лечь спать. 
Темнота. Ночной ветер легко треплет волосы, в небе сияют сотни тысячи звезд, ноги ласково щекочет трава. Как же хорошо на природе, на тысячи милей в окрестности нет ни города, ни деревни. Позади лес как будто замер. Тишина. 
Еще минута спокойствия и все оборвется.  
-Помоги… Поимигиии нам. Ты слышишь, помоги! 
Голова будто раскалывается от сотни тысяч голосов, они стонут, скребутся, хрипят. Этот звук пробирает до самой души.  
-Кому надо помочь? Кто здесь? 
А в ответ снова стоны. Эти звуки сводят с ума, не дают сосредоточится, и в сердце закрадывается страх. 
-Хватит, перестаньте. 
Я прячу голову руками и немого успокоиться. Поскорее бы проснуться. 
Следующие утро было, наверное, еще хуже, чем вчерашние, голова раскалывалась в горле пересох, наверное, именно так и выглядит похмелье. С эти надо что-то делать, я не знаю для чего эти обряды, но после низ мне, откровенно говоря, хреново. 
На первом этаже слышно было шум. Что же мне тоже пора вставать. 
Я начала выбираться из-под одеяла и чуть не столкнула Фира ион возмущенно тявкнул и перебрался на соседнею подушку. 
- Извини малыш. – Лис важно кивнул. Что же я прощена, это радует. 
Умывшись, я пошла на кухню, к счастью, там никого не было, сделав себе бутербродик и взяв молока Фиру я быстро ретировалась. 
Сегодня я решила, что сидеть дома не буду, поэтому, когда мы с Фиром позавтракали я взяла рюкзак, велосипед и отправилась гулять в лесу.  
Из головы все нещол сон который, казалось, преследует меня всю жизнь. Сегодня он был не такой яркий, я видела его как через запотевшие окно. Мне казалось, что если я вспомню, то все изменится. 
А вечером меня опять втащили на обряд, голова снова раскалывалась. 
Так прошло еще несколько дней мы с Фиром каждый день гуляли по лесу. Это самое особенное место, лес словно сверкает повсюду летают светлячки и листья сияют. Я бродила по лесу и думала, воспоминания возвращались с трудом. После каждого обряда в голове было пусто и все воспоминания были как из старого кино, было ощущение будто каждый вечер взваливает на меня гору, и после этого даже дышать не хочется. Но в лесу мне становилось легче, повсюду яркие огни, летают светлячки, лес будто соткан из сотни тысяч огней и внутри вновь зажигается пламя, которое заставляет  поднять голову и увидеть мир в ярких красках. 
Но новый вечер словно накладывал свой отпечаток. На каждом обряде дети пели каждый раз одну и туже песню, от этого голова болела еще сильнее. Вот и в этот вечер все повторилось. Я не выдержала и решила поговорить с Ритой и Сильвой. 
- Слушайте, я спросить хочу, а почему вы поете одну и туже песню? Других нет? – на очередной кочке меня опять замутило. - Или кроме нее петь ничегонельзяя? 
- Почему нельзя? Можно. Мы поем то, что подсказывает сердце. 
- И ваше сердце подсказывает это? 
- Тебе не нравится? 
- Почему неплохо, но для одного раза. Вы поете ее каждый раз и это угнетает. Она слишком заунывная. 
- Да? Никто не замечает. 
- Но ты можешь спеть что-нибудь свое. – Рината даже улыбнулась, а вот Соримарх зыкнул на нас так словно убить готов. 
- Спеть? Можно попробовать. – Я задумалась что спеть. В голову шли лишь грустные песни, однако мне хотелось чего-нибудь по позитивнее. Но так ничего и не нашлось, поэтому я действительно решила спеть то что лежит умнея на сердце.