Перевоспитать истинного, или Заноза в сердце Дракона

Глава 13

​​​- Волоки ее осторожно. За такую кралю нам Гарк столько золота отвалит, – гудит в моей голове мужской голос.
- Да я стараюсь... тяжелая деваха, – чуть сдавленно отвечает второй, еле-еле протискивая сквозь зубы слова и напрягая свой шепелявый рот.
Я распахиваю глаза и делаю глубокий вздох. В горле першит, в носу нещадно чешется.
Пыль? И вообще, где это я? Почему все тело простреливает острой, внезапной болью. Я морщусь, руками упираюсь в какую-то ткань.
Истерично ерзаю, изо всех сил пытаясь уменьшить давление на спину, от которой, кажется, живого места не осталось.

Мозг работает как надо, поэтому мне быстро становится очевидно, особенно после небольшого исследования места моего заточения, что меня волокут по земле... в каком-то ну очень пыльном мешке. И каждый камушек, каждая кочка оставляют на моей спине ссадины и раны.
Последнее, что я помню... Это... Ах да. Я пошла в кустики, так сказать, по нужде... потом все... темнота.
Ну что за напасть? Каждый раз какая-то новая жо... очень интересная ситуация.
А ведь у меня только-только получилось успокоиться и прийти в некое равновесие со своими нервами после знакомства с настоящим драконом, неожиданным стриптизом и вообще появлением меня в этом прекрасном в кавычках мире. И снова приключения на мою, ой, морщусь, пройдясь по неровной поверхности тем самым местом, которое все никак не успокоится. Я же смирилась и даже пошла за королем. Не бубнила всю дорогу, стойко терпела. Хотя он, гад, просто насиловал мое терпение.

Измывался надо мной, заставляя скакать по лесу. И когда я уже готова была ползти за ним и умолять остановиться, он, старательно не смотря в мою сторону, мирно объявил привал.
Я изнеможенно привалилась там, где стояла, возле дерева, вытягивая усталые, ноющие даже в таких местах, о которых я и не догадывалась, ноги. Но не тут-то было. Этот... приличных слов в его адрес не подобрать, дракон недовольно зыркнул на меня и приказал таскать хворост... Сначала думала заарканиться. По привычке. Но, видя, как он ломает еловые ветки, соображая что-то вроде шалаша, застыдилась.

Да, я тоже могу испытывать эти скупые, совершенно излишние эмоции. Человек... ой, то есть дракон, старается, а я тут валяюсь как барыня. Хотя барыней быть неплохо. Морозова я или нет?
Но пришлось вставать и идти помогать. Благо веток и другой сухой ерунды здесь оказалось предостаточно. Хорошо, что в этом мире нет снега. Не представляю себя в лесу, по горло в сугробах. Да замерзла бы сразу, и никакая шуба не спасла.
Когда набрала достаточно палок и коряг, чтобы разжечь костер, он скептически сложил руки, приподнимая точеную бровь, и чего-то стал ждать.
Что? Я сама должна его разжечь? Ага. Когда ни спичек, ни опыта. Разбежался.

Я тоже демонстративно сложила руки и ответила взглядом, в подробностях рисуя, куда он должен и как надолго отправиться. Впечатлился. Сверкнул глазами. Не грозно хмыкнул и ушел, оставляя меня в одиночестве. Я помаялась пару минут. И тут же переключилась на свой организм, который уже давно сигнализирует или мечтает о заветных кустиках... зеленых таких, развесистых. Пока нет королька, можно не стесняться и дать себе волю расслабиться. На секунду представила, как я посиживаю на корточках, а он, прячась за дерево, высовывает свой идеальный нос...
Смешно. Хотя не думаю, что он будет таким заниматься. Но лучше успеть все это провернуть до него.
Кустики нашлись неподалеку. Уже приготовилась делать свои мокрые дела, как тут мне и прилетело. Прямо по голове. Чем-то увесистым.
Так, надо выбираться.

Изо всех сил брыкаюсь.

- Какая резвая лошадка. Надеюсь, господин, после того как надоест, даст попробовать сладкий пирожочек.
Замираю. Мне категорически не нравится направление, в котором плывут их мысли.

Вот где, говорится, этот дракон, который так необходим в этот момент? Нет же, ушел, бросил.
Становится страшно. Так, чуть-чуть, буквально на пару мурашек, в панике носящихся по спине. Я, видимо, с этими потрясениями разучилась бояться по-настоящему.
Тащат долго. Я все бока отбила.
И когда меня, наконец, оставляют в покое, я даже радуюсь.
Но недолго.
Вокруг ощущается какое-то движение. И голоса. Преимущественно мужские. Ох. Вот попала так попала. Надеюсь, женщины здесь тоже есть. И их холят и лелеют. Хотя, судя по тому, как меня сюда принесли, вряд ли с ними обращаются лучше, чем со скотом.
Я храбро готовлюсь сражаться, биться, царапаться... если будет нужно.
Но ничего из перечисленного не успеваю. Меня бесцеремонно тянут за волосы и вытаскивают на свет. Я щурюсь, шиплю как кошка, обхватывая

руками корни волос, чтобы уменьшить болезненное давление. Еще немного, и мне скальп снимут.
- Отпусти. Придурок, – извиваюсь. Толчок в спину, и я падаю на колени, рассаживая и их. Но главное, что волосы отпускают, и становится легче.
Поднимаю голову.
Мужчин много. Окружают... улюлюкают, высовывают языки, не сдерживаясь в выражениях и жестах, откровенно говорят, что планируют со мной сделать.
По телу проносится озноб, как представлю, что будет, если они решатся на активные действия. Против такой оравы не устоять. Не мне с моей-то комплекцией.

Хмуро верчу головой.

Так здесь никто не устоит. И мужик вряд ли... вон какие огромные, накачанные. Викинги, а не мужчины.
- Отпустите меня... – уверенно требую. Не собираясь так быстро сдаваться.
- Так мы тебя не держим. Иди, птаха, к кому-нибудь из нас на ручки. Подержим, укачаем.
Громкий гогот режет слух. И, наконец , мне становится страшно.
Поправляю задравшийся сарафан. Прячу голые колени. Но все равно чувствую, как облизывают меня глазами, как обсасывают мои косточки, скалясь на каждый сантиметр моего тела.
- Расступись... – гаркает кто-то в толпе.

Голос грубый и бескомпромиссный.
А вот и старший пожаловал. Плохо... очень плохо. Трясусь как осиновый лист на ветру. Но лицо держу, высоко задрав подбородок.
Толпа мужчин нехотя расступается. На их лицах читается разочарование.
Я замираю, потому что, загораживая яркое солнце, на меня надвигается просто невероятных размеров мужчина. Высокий. Точно больше двух метров ростом. Одни плечи чего стоят. Метра полтора в ширину. Косматый, бородатый... страшный... А шрам на пол-лица делает его еще более свирепым и оталкивающим.
Мамочки.