Перо феникса

Глава 42. Какой еще бал?

— Да вы издеваетесь?! — проснувшись, я села на кровати, мрачно оглядывая очередную незнакомую спальню, подозрительно похожую на ту, что была в замке Арольда. — Мне что, уже глаза закрывать противопоказано? Тут же оказываюсь непонятно где. — я была готова рычать и шипеть, как наша Белка, проклиная все на свете, а уровень яда в моей крови начал преодолевать все допустимые отметки. Еще и слабость после вчерашнего (а вчерашнего ли?) обучения чтению давала о себе знать.

Тут дверь в комнату распахнулась, впуская довольного мужчину в белоснежном костюме-тройке. Он окинул меня своим одобрительным взглядом. И чего только так скалится?

— Жа-ан? А ты что здесь делаешь? — удивленно вскидывая брови, спросила я, ничего не понимая в происходящем. Похоже, моя кукуня все-таки поехала, а я от этого погрустнела еще больше.

— Живу, — весело хохотнул он и сел ко мне на кровать. — Собирайся, нам еще многое нужно успеть.

— Куда успеть? Зачем успеть? — бросила на него подозрительный взгляд. — И где мы вообще? Где Олег и Эн?

— Сегодня вечером будет бал. Сразу после завтрака к тебе придут банщицы, модистки и косметы. — ответил он, протягивая ко мне свои ручонки и проигнорировав часть моих вопросов.

Все мое теплое отношение к нему как-то резко испарилось. Интуиция вопила, что что-то здесь нечисто. От Жана исходили эманации напряжения и некоего давления, которое он старался скрыть от меня за радушной улыбкой и показной веселостью.

— Че-его?! Какой бал?! Не пойду я никуда! — отпрыгнула от него, как от чумного, чуть было не свалившись с кровати.

— По случаю нашей помолвки, разумеется! Вставай уже, хватит валяться! — рыкнул на меня Жан, снимая с себя маску добродушия.

Я округлила глаза, а правый, кажется, начал дергаться. Кровь во мне стала закипать, мысли заволокло яростью от осознания, что я каким-то странным образом оказалась на Оскуро. И, видимо, меня просто похитили, раз я не сама лично сюда пришла. Еще и собрались без моего согласия организовать помолвку с Жаном. Они что, совсем ополоумели?

Я схватила подушку и кинула в него.

— Какой, к черту, помолвки? Тебе последние мозги во время взрыва отшибло? Ты даже не делал мне никакого предложения! И тем более я не соглашалась, а ты уже балы устраиваешь. — я резко встала с кровати и сбежала в ванную, громко хлопнув дверью, что кое-где осыпалась штукатурка и, кажется, упала картина. Затем, не веря в происходящее, сползла спиной по двери и села на пол, обхватив колени. Что опять происходит?

Может, это дурацкий сон? Я ущипнула себя, зашипев от боли. А за дверью раздался недовольный голос:

— После завтрака мы с тобой все обсудим, — затем послышались шаги, шипение открывшейся двери и глухой стук, оставляя меня одну со своими мыслями.

В какой-то момент мне стало так жалко себя. Вот жила на Земле, тихо-мирно, воспитывала детей, ходила на работу, ни с кем не ссорилась. А тут что ни день, то я ловлю новые приключения на свою задницу. Я не выдержала и закричала:

— Урия, что же ты наделала-то???

И тут воздух зашевелился, явив передо мной удивительной красоты, но немного призрачную, молодую женщину. От неожиданности я дернулась и больно ударилась локтем. Зашипела, поглаживая место удара.

Она грациозно села рядом со мной на пол, взмахнув копной золотых волос и расправляя складки белоснежного сарафана. Я же просто уставилась на нее. Думала, что меня удивить уже будет сложно. Ан нет, оказывается, еще возможно.

— Мне жаль, что тебе пришлось через столько пройти, но кроме тебя никто бы не справился.

Я потерла руками глаза и снова взглянула на нее, мираж не растаял, и передо мной действительно сидела женщина-призрак. Глубоко вздохнула и от души заорала.

Женщина удивленно вскинула брови, цокнула и помахала головой, явно думая о том, что пришла к умалишенной.

Перестав верещать, я громко сглотнула и спросила:

— А вы к-кто?

— Урия. Ты же сама меня позвала. — ее голосом можно было убаюкивать детей, такой он был нежный, но с волнующей хрипотцой.

— Я? — что-то мне совсем нехорошо, голова начала болеть, я потерла виски, пытаясь хоть немного унять боль.

— Давай помогу? — и она протянула руку, легонько коснувшись моего лба. Через все тело прошла волна тепла и какого-то спокойствия. Головная боль отступила вместе с ощущением странности всей этой ситуации.

— Вы Богиня? Да?

— Да, — в ее глазах плескалось столько мудрости, что у меня не возникло ни малейшего сомнения в правдивости ее слов.

Осмелев, я решила спросить:

— А почему же тогда вы не остановили Курагари?

— Мы не можем вмешиваться в жизнь этих людей. Только косвенно подталкивать к чему-то.

— А как же тогда я? В мою жизнь вы вмешались… И в жизнь моего сына… — растерянно спросила я.

— Ты дитя другого мира, поэтому с помощью тебя я смогла изменить ход событий.

А вот тут мне стало обидно. Я была всего лишь разменной монетой. Получилось – хорошо, нет – найдем еще кого-нибудь.

— Ты не права, — словно читая мои мысли, ответила Урия, — твоя жизнь была предрешена еще задолго до твоего рождения, как и жизнь Олега. Называй это судьбой, миссией или чем хочешь. Никто другой не смог бы этого сделать. Должны были единовременно произойти несколько событий, которые смогли бы изменить ход истории.

Честно, мне не очень было понятно, вроде ответила, а ровным счетом не сказала ничего. Но это уже не казалось столько важным, произошло – и ладно. Так какая теперь разница?

— А что делать с пером? — вспомнив, что еще один вопрос оставался открытым.

— Восстановите Беорциге и поместите туда перо. С помощью него вернется в этот мир божественная благодать, сила и защита. — ответила Богиня.

— А что, если его снова кто-нибудь похитит? — задала резонный вопрос я, разглядывая, как вокруг Богини движется воздух. Она казалась призраком, но при этом была абсолютно осязаема, в чем я убедилась, когда она положила свою ладонь на мою голову.