Перо феникса

Глава 40. Дороже всего…

Увидев меня, он замер. Жадно рассматривая меня с ног до головы, сделал шаг навстречу и прижал к себе. Немного повозившись, я прижалась к нему сильнее. Уткнулась носом ему в грудь, и стало так тепло и спокойно, что я зажмурилась, пытаясь продлить эти мгновения.

— Ты удивительная. — дыша мне в макушку, прошептал Эн. — Рядом с тобой я начал жить. С тобой и Олегом. — немного помолчав, продолжил он, — Вы стали для меня семьей. Рядом с тобой мне хочется быть лучше, защитить тебя от этого недружелюбного мира. — затем он поднял мое лицо и, заглянув в глаза, сказал, — Ты такая наивная и доверчивая, так искренне за всех волнуешься. А еще с тобой никогда не бывает скучно, и никогда не знаешь, что случится завтра. Ты очень храбрая и за любимых готова умереть.

И снова я стояла как истукан. Мне хотелось броситься ему на шею, рассказать о своих чувствах, но я просто не могла. Заметив, как на моих глазах начали выступать слезы, Эн сказал:

— Я не жду от тебя ничего. Просто знай, что ты мне очень дорога. — он поцеловал меня в лоб, взял за руку и повел из комнаты.

Неожиданно во мне взыграла истинная женщина, которая сначала отталкивает, а потом еще и недовольна. Я остановила Эна и сама поцеловала его. Тут пришла его очередь удивляться.

— Ты мне тоже очень дорог, — прошептала ему в губы, улыбнувшись, — Идем.

Взяв Энвери под руку, подтолкнула его в сторону двери. На душе у меня порхали бабочки, я чувствовала себя окрыленной и счастливой. И неожиданно приняла для себя решение найти способ не только попасть на Землю к сыну, но и вернуться сюда к Эну.

Мы молча шли по длинному коридору, и я заметила знакомые картины:

— Мы в твоем доме? — спросила я, разглядывая их.

— Да. Только это замок. — улыбнулся Энвери.

— Замок, значит, — хмыкнула я. — А что это за картины? Ты их коллекционируешь или, может быть, рисуешь?

— Рисую. — я даже споткнулась от такой новости.

Остановилась напротив красивого пейзажа с парящим островом. Он был словно живой, такой, каким я его запомнила. С водопадом, поднимающимся каскадом вверх, со светящимися потоками воды. Прислушавшись, я даже услышала ее журчание и уловила прохладу.

— Но как? — с недоверием спросила я, трогая воду на картине, которая намочила мои пальцы.

— Я созидатель, впрочем, как и ты. Я могу создать то, чего нет, а картины – это мое хобби. Когда выдается свободная минутка, я пишу, а потом наполняю картины своей энергией, тем самым оживляя их.

— А я так смогу? — восторженно поинтересовалась я, пока Эн повел меня дальше.

— Я тебя научу. — пообещал он и распахнул передо мной огромные двустворчатые двери.

Мы оказались в столовой. Увидев за столом Олега, я тут же подбежала к нему и встала перед ним на колени, ощутив, как невероятно я соскучилась по нему. А еще заметила, насколько изменился и вырос мой мальчик.

— Солнышко мое, — зацеловывая его лицо, говорила я. — Как же я за тебя испугалась! С тобой все в порядке? Ничего не болит? Как твоя сила?

— Все хорошо, мам, — ответил сын, схватив своими ручками меня за лицо. — Ты спасла меня, ты спасла всех, — Олег окинул взглядом присутствующих. А я, ничего не понимая, встала на ноги и села на предложенный стул рядом с ребенком.

— Что ты помнишь? — видя мой взгляд, спросил Лиан.

Я потянулась к еде, наложила на тарелку все, до чего только дотягивалась рука. Оказалось, что я зверски проголодалась. Ну еще бы, 5 дней спала. И, жуя, поведала все, что знала.

Пересказ того, что произошло со мной после побега от Жана, занял довольно много времени. Когда я дошла до ритуала, по щекам уже вовсю текли слезы. Сын обнял меня, и я смогла рассказать про людей в балахонах, что некоторые принесли себя в жертву. Как обманула старуху и, видимо, убила ее. Отчего мне было и радостно, и безумно горько. Потому что я лишила жизни человека, пусть она это и заслужила, но я не должна была.

Эн обнял меня вместе с Олегом, а я неприлично шмыгала носом и утирала слезы о его рубашку.

— Я же говорил, какая ты храбрая? Ты в одиночку смогла справиться с 7 людьми и спасти не только Олега, но и наше будущее, — пытался утешить меня Энвери.

— Ты думаешь, что все кончилось? Что теперь дети смогут спокойно обретать силу, не боясь при этом погибнуть? — спросила я.

— Уверен в этом. — поглаживая меня по голове, решительно сказал Эн.

— А что стало с твоими волосами? — пропуская между пальцев его белые пряди, проговорила я.

— Чтобы тебя спасти, он отдал практически все силы. Мы еле оторвали его от тебя. И, видимо, от сильного истощения, которое, между прочим, было не единожды, глубоких эмоций и переживаний, его волосы побелели. — ответил Лиан, взволнованно глядя на друга.

— Тебе идет, — улыбнулась я, лишний раз убеждаясь, насколько мне повезло, что на моем пути встретился именно этот мужчина. — Спасибо. — я попыталась в одно это емкое слово вложить всю свою огромную благодарность за его поддержку и любовь. А в том, что он нас любит, не сомневалась ни секунды. Его поступки кричали об этом.

— Это тебе спасибо! — широко улыбаясь, сказал Эн, продолжая завтракать.

На некоторое время за столом воцарилась тишина, прерываемая звоном посуды и столовых приборов. Утолив первое чувство голода, я решила утолить и чувство любопытства. Но никак не могла решиться, поэтому продолжала нервно комкать скатерть в руках и поглядывать на Эна.

— Что такое, Лана? — не выдержав моих вздыханий, спросил Эн, отложив вилку на стол.

— Раз все закончилось, мы сможем вернуться домой? — бросила осторожный взгляд на него.

Энвери до зубного скрежета сжал челюсть и спросил:

— Ты хочешь вернуться в свой мир?

— Ну не то чтобы хочу… Но ты же знаешь, у меня там остался младший сын. Марк. Как я могу жить здесь, когда он там один.

— Да, и еще твой муж. — если бы взглядом можно было испепелять, на моем стуле уже лежала бы горстка пепла.

— Он бывший муж. — уточнила я, не совсем понимая, чего это он так злится.