Перо сокола

Пролог Цена чести: утраченные крылья

Шум шагов эхом отражался в огромном тронном зале. Вся роскошь архитектуры меркла перед тем, что должно было произойти здесь. Дворец построеный специально для крылатой расы отличался высокими арочными потолками, украшенными мозаичными изображениями небесных созданий, изящные колонны, кажущиеся легкими, словно созданные из воздуха поддерживали его. Огромные окна пропускали солнечные лучи, озарявшие драгоценные камни, инкрустированные в стены.
Император восседал на троне, величественный и сосредоточенный, казалось, ни одна эмоция не доступна этому сильному крылану. Его сын-подросток стоял рядом, как отражение своего отца, только менее уверенный, скрестив руки на груди. Перед троном замерла пара в военной форме, но уже без знаков отличия. Ориентал смотрел прямо на императора, готовый встретить приговор. Корвианка же опустила взгляд, пытаясь скрыть страх.
Толпа придворных, офицеров и представителей аристократии заполняла зал, с трепетом наблюдая за происходящим. Присутствующие крыланы из "Облачных стай", личные войска императора, известные своей дисциплиной и отвагой, стояли в нескольких шагах от виновных, готовые среагировать на любой приказ. Их серьезные лица, напряженые мускулы, они стараются скрыть внутренний дискомфорт от необходимости участвовать в столь жестоком акте.
Император произнёс ровным, холодным голосом:
— Вы знаете свою вину?
Ориентал ответил четко и уверенно:
— Знаю и готов понести наказание. Я не могу ни объяснить, ни оправдать свой поступок.
Император продолжил:
— И ты понимаешь, что здесь не только твоя вина, но и твоей пары, которая не остановила тебя?
Корвианка робко поднила взгляд, встретившись глазами с напарником. Догадка пронзила обоих разом. Страх и сожаление застыли в их глазах.
Император добавил:
— У вас связь парного крыла. Остановить тебя она могла, но предпочла помогать уничтожать невиновных.
Ориентал сделал шаг вперед, все, что он мог сейчас сделать:
— Я приму наказание за нас обоих, ваше величество. Не трогайте её.
Император отрицательно качнул головой:
— К сожалению, это неприемлемая роскошь. Мы ведём войну с солдатами, а не мирными жителями и уж тем более не с детьми. До тех пор, пока они невинны, мы не имеем права их трогать. Поэтому моё решение таково: за совершенное преступление против мирных крыланов и детей твоя напарница лишается крыльев. Приговор будет исполнен немедленно.
В этот момент ориентал выпрямляется и, подняв голову, говорит твёрдым голосом:
— Если мои крылья станут причиной несчастья моей возлюбленной, я отказываюсь от них добровольно. Лишите меня моих крыльев вместо неё.
Император усмехнулся:
— Нет, твое добровольное отречение бессмысленно. Твои крылья станут не предметом гордости, а постоянным напоминанием о твоём грехе. Решение принято, и наказание неизбежно.
Сын императора вздрогнул, осознав жестокость приказа. Губы его дрогнули, но он старался сохранить невозмутимое выражение лица. Его рука машинально сжала эфес короткого кинжала, подаренного отцом, но строгий взгляд заставляет выпрямиться и направить взгляд на сцену экзекуции.
Толпа притихает, сознавая всю тяжесть наказания. Среди солдат "Облачных стай" заметно легкое напряжение, в глазах некоторых мелькает сожаление, но приказ императора абсолютен.
Офицеры выстраиваются полукругом, готовые выполнить приказ. Старший офицер обнажает тяжелый двуручный меч, выкованный из черного обсидиана, сверкающий синеватым блеском. Клинок олицетворяет могущество империи и её законы.
Само по себе наказание достаточно жестокое и заставлять страдать виновную нет никакой причины. Корвианка смотрит на напарника и возлюбленного, её глаза полны слёз. Ориентал прижимает её к себе и шепчет ей на ухо:
— Прости меня, любимая. Я здесь с тобой. Держись.
Толпа замирает, ожидая исполнения приговора. Офицер облачных стай отводит дрожащие крылья назад. Меч опускается вниз, холодное лезвие касается мягких перьев, волосы корвианки дрогнули от ледяного ветра клинка, и крылья отделяются от тела. Кровь льётся на мраморный пол, заполняя зал ароматом смерти.
Пара оседает на колени, их тела сотрясаются от боли. Благодаря связи "Парного крыла" боль чувствуют оба, как и все эмоции пары.
Император жестом разрешает медикам осмотреть раны. Толпа расходится, но молчание затягивается надолго. Шепот возобновляется, и народ покидает зал, потрясённый увиденным.