Первая гроза в апреле

Глава 2.4 Вы оба забыли, что я ещё здесь?

Михримах медленно прогуливалась по дворцовому саду, вдыхая дивный аромат роз, которых здесь было в бесчисленном множестве. Голова её была легка и светла, на лице сияла улыбка, а в глазах проявился блеск.

Потому что она шла на встречу с человеком, который глубоко запал ей в душу. Этот прекрасный поэт с серыми глазами и такой страдальческой немного улыбкой вновь прислал ей записку с просьбой о встрече.

Чем ближе Михримах подходила к назначенному месту, тем больше ей хотелось побежать туда вприпрыжку, как ребенку. Но её статус и страх быть раскрытой останавливали её. Поэтому она медленно и грациозно вычерчивала каждый свой шаг.

Вот и поворот.

Служанка пошла впереди, чтобы убедиться, что за этим поворотом Госпожу ожидает нужный человек, и рядом нет никого лишнего. Убедившись в присутствии одного Ташлыджалы, девушка кивнула Михримах, и та стремительно скрылась за зелёным ограждением.

- Госпожа моя, - низко поклонился Яхъя. – Надеюсь, вы не сердитесь на меня за мою дерзость. Я очень хотел увидеть Ваш благословенный лик, услышать Ваш мелодичный голос, вдохнуть Ваш прекрасный аромат, который для меня слаще роз. Простите раба Вашего, если я оскорбил Вас своей жалкой запиской.

- Ташлыджалы, вы как всегда знаете, что сказать, - смутилась Михримах. – Я была очень рада увидеть весточку от Вас. Прошу, пишите чаще, я так редко Вас вижу и очень беспокоюсь.

- Когда я Вас увидел, сразу стало всё хорошо. Я принёс вам кое-что, - с этими словами Яхъя потянулся в карман, из которого извлёк небольшую коробочку. Открыв её, паре предстал необычайной красоты гребень для волос: небольшой, напоминающий форму цветка, но скорее какой-то символ, он весь был усыпан дорогими алмазами, а в середине красовалось пять жемчужин. на конце каждого «лепестка» также было по жемчужине. Солнце сразу направило свои лучи в алмазы, от чего по лицам присутствующих побежали весёлые зайчики.

- Этот гребень недостоин Вашей красоты, Госпожа, но прекрасно дополняет её. Я прошу Вас принять мой столь скромный подарок, - склонил голову Ташлыджалы. – Он сияет, как Ваши прекрасные глаза.

- Какой красивый, - ахнула Михримах. – Спасибо, Ташлыджалы. Я буду носить его.

Немного постояв и посмотрев друг на друга, Михримах первая решила нарушить тишину.

- Ташлыджалы… Я не знаю, что нам делать. Мы не можем скрываться так вечно. Если нас раскроют, ты можешь лишиться головы. Я не хочу потерять тебя.

- Госпожа..Михримах Султан, - улыбнулся Яхъя. – Я хочу пойти к Повелителю. Я никого не боюсь. Я готов умереть за Ваш поцелуй, за Ваши глаза. Я пойду к Повелителю и попрошу Вашей руки. Всё будет хорошо, не волнуйтесь.

- Вы правда готовы на это пойти ради меня?

- Конечно, Госпожа моя. А как иначе? Я хочу прожить эту жизнь только с Вами…

Влюблённые тихонько приближали друг к другу свои лица. Сердце молодой султанши затрепетало, когда она была девочкой десяти лет, именно так она и представляла себе первый поцелуй. Но она думала, что это произойдёт только после её замужества, поэтому ей было очень страшно.

Но им помешали. На пару надвигался озлобленный Рустем.

- Ташлыджалы Яхъя, - раздался его громовой голос. –Как ты вообще смеешь приближаться к Госпоже! Я лично тебе голову отрублю!

Взбешенный Паша схватил Яхъю за воротки и начал трясти его. Ташлыджалы не потерялся и быстро вырвался из цепких рук Рустема.

- Паша, не смей говорить о том, чего не понимаешь!

-Рустем! – завизжала Михримах. – Оставь его! Я тебе приказываю!

- Госпожа, - растерялся Паша. – Почему вы с ним? Я…не понимаю.

- Это не твоё дело, Рустем Паша, - вскинула голову султанша. – Если ты расскажешь матери, пожалеешь об этом!

- Я обязан рассказать, Госпожа. То, что я видел, недопустимо! Ваша Валиде очень огорчится, что вы связались со слугой её врагов.

- Работа Ташлыджалы здесь не причём.

- Рустем Паша, - обратился Яхъя. – Я люблю Михримах Султан, и не имеет значения, кому я служу…

- Молчать! Я ещё не решил, что с тобой делать! Кто ты такой, и что ты вообще себе позволяешь?

Рустем снова вцепился в Ташлыджалы, но тот не собирался уступать. Завязалась потасовка.

Михримах еле держалась на ногах, слёзы полились по щекам.

«Чем это закончится, о Аллах?! Они же убьют друг друга!»

- Перестаньте! – закричала она. – Вы оба забыли, что я ещё здесь?

Дерущиеся успокоились и повернулись к султанше. Она продолжила:

- Рустем Паша, я сама разберусь, что мне делать. Я сама расскажу матушке обо всём. А ты не смей его трогать! Ты слышал меня? Ташлыджалы наказан не будет! Расходитесь!

Яхъя молча поклонился и пошёл в сторону выхода из сада. Рустем остался стоять в лёгком шоке от того, что увидел. Он давно влюбился в Михримах Султан, иногда ему даже казалось, что она отвечает ему какой-то взаимностью, но сейчас он понял, что шансов у него нет. Ему было больно от осознания своего бессилия. Михримах же подняла голову и быстро удалилась в сторону дворца. Ей хотелось выплакаться, а после она должна решиться рассказать матери обо всём, что переживает её молодая душа.