Первая гроза в апреле

Глава 3.4 Кошмар был, Сюмбюль.

- Назлы! – прохрипела она. – Помоги мне… Сюмбюль! Кто-нибудь!

В глазах лишь смутно нарисовались очертания кого-то из её окружения, чьи-то возгласы, кто-то до боли знакомым голосом звал лекарей, и чьи-то сильные руки подхватили обмякшее тело султанши.

Она стоит в лесу. Юбку тоненького чёрного платья трепал сильный ветер, по коже поползли противные мурашки от холода. Волосы Александры были распущены и развевались по ветру, каждый локон бил по лицу, будто даже оставляя царапины.

Над головой сгущались сильные грозовые тучи, молнии начали бить совсем недалеко, ломая деревья и её жизнь. Вскрикнув в ужасе от очередной молнии, что ударила совсем рядом, она побежала. Она хотела выбраться, хотела попасть домой живой, укрыться от всех передряг и расплакаться, как маленький ребёнок, спрятавшись под тёплое одеяло. Неожиданно споткнувшись, она кубарем полетела в большой овраг, так не вовремя попавшийся на её пути.

Приземлившись прямо в одно из деревьев, она снова вскрикнула от сильной боли в ноге. Когда Александра тихо встала и осмотрелась по сторонам, ветер уже стих, гроза перестала преследовать её.

Пошёл дождь.

Тихонько прихрамывая, девушка побрела, куда глаза глядят. Неожиданное эхо, разнёсшееся по лесу, заставило её остановиться и прислушаться. Голос произносил её имя.

- Хюррем, - тихо, будто прямо над ухом, сказал он, - не иди туда. Там твой Азраил.

Хюррем резко повернулась в сторону голоса, но никого рядом с собой не увидела. Страх сковал все её конечности, она не могла и сдвинуться с места.

- Кто ты? – хриплым голосом крикнула она.

- Я твой заклятый друг.

И тут она узнала этот голос. Несомненно, он принадлежал тому, кто превращал её жизнь в такой интересный кошмар все эти годы. Тому, кто никак не хотел умирать, также, как и она.

- Ибрагим!

Он больше ей не отвечал.

Внезапно густая чаща исчезла, оставшись позади. Хюррем оказалась на какой-то опушке, пугающей ещё больше своими угрюмыми серыми деревьями, окружающими её. Впереди стоял трон, на котором важно восседал её супруг, Султан Сулейман Хан. В руках он держал свой меч, на его голове красовалась его официальная корона, которую он надевал только на самые важные государственные и международные мероприятия. Блеск этой короны ослеплял Хюррем непонятно откуда взявшимися зайчиками, хотя солнца не было.

- Я же сказал не ходить сюда, - снова раздался голос Ибрагима.

Хюррем не успела открыть и рта, как вдруг её схватили сзади. Она начала брыкаться, кричать, даже пыталась кусаться, а когда краем глаза заметила позади себя удавку, которую хотели накинуть на её шею, вообще завыла, как раненый зверь.

- Су…лейман! Сулейман! – поняв, что тот не собирается её спасать, она во всё горло завопила: - Ибрагииим!!!

- Госпожа, очнитесь! – услышала она голос Сюмбюля-аги.

Хюррем резко открыла глаза и вскрикнула, сев в кровати.

«Это был всего лишь сон.»

Султаншу знобило так, будто она неделю провела под снегом без тёплой одежды. Тяжелые капли пота стекали по её лицу и падали прямо в её декольте. Рыжие локоны прилипли к лицу, прикрывая глаза. Жар был просто невыносимым, казалось, что будто высшие силы решили спалить бедную женщину дотла. Притронувшись к подушке, Хюррем заметила, что её выжимать можно. Рядом тотчас засуетился главный евнух.

- Ай, госпожа моя, как же вы так простыли-то, у вас такой сильный жар, Аллах-Аллах, дай здоровья Госпоже…

Хюррем его не слушала.

- Что произошло? – сдавленным голосом спросила она. И сейчас поняла, как же сильно болит её горло, его будто сдавили тем самым шёлковым шнурком из её кошмара.

- К вам Повелитель заходил, госпожа, - продолжал суетиться возле неё Сюмбюль. – Когда он ушёл, вы начали терять сознание. У вас так сильно температура поднялась, мы всерьёз за вашу жизнь испугались. Благо рядом с покоями вашими Ибрагим Паша был, он вас на кровать отнёс и за лекарем послал.

Султанша удивлённо подняла глаза на евнуха. Опять Ибрагим?

- А что он здесь делал? Разве можно ему приходить в гарем?

- Он с Повелителем приходил. Повелитель к вам зашёл, а Пашу за дверью оставил. Клянусь, я и сам удивился, когда его здесь увидел. Вай, Госпожа моя, порядки наши гаремные уже давно нарушаться начали, - запричитал он. – Но когда лекарша пришла, Паша сразу же покои ваши покинул, я тоже рядом всё это время был, не переживайте, он вам ничего не сделал. Только вот…

- Что?

- Вы Пашу в бреду звали, Госпожа. Что же вам такое привиделось?

Хюррем тяжело вздохнула. Ей хотелось рассказать о своём сне, но разговаривать сил у неё не было. Её до сих пор трясло, как осиновый лист.

- Кошмар был, Сюмбюль. Мне ещё поспать надо. Наберусь сил и расскажу. Дай воды.

Осушив бокал, словно она вернулась из пустыни, и это был её первый стакан воды за долгое время, султанша медленно опустилась на свежие сухие подушки. Сюмбюль помог ей укрыться одеялом, бормоча себе под нос причитания о её пошатнувшемся здоровье, и покинул покои, оставив верную Назлы охранять хрупкий сон своей госпожи.

Хюррем же уснула сразу, как только коснулась подушки.