Первая гроза в апреле

Глава 4.7 Осталось ждать вечера...

На следующий день.

Сюмбюль-ага предстал перед Хюррем, докладывая ей о каждой детали, которую узнал.

- Сегодня Повелитель пригласит Ибрагима Пашу на ужин, - протягивал он каждое слово. – Вероятно, после ужина он попросит Пашу остаться во дворце.

- Уверена, что так и будет. Отлично! Делать мне практически ничего не придётся. Сейчас предстоит самое сложное – попасть на ужин. И тогда я смогу контролировать ситуацию самостоятельно.

Пока Хюррем говорила, её кулаки сжимались всё крепче, оставляя следы ногтей на ладонях.

- Госпожа моя, почему вы приняли такое решение? Паша – наш враг.

- Я могу сделать так, что он перестанет им быть, - Хюррем говорила уверенно, приподняв подбородок и почти не моргая. Голос выдавал её величие и силу, которой евнух часто поражался. – Ко всему прочему, я затаила обиду на Сулеймана. Он начал ломать мою жизнь, я же дам ему понять, что со мной нельзя так обращаться.

- И вы признаетесь ему в спасении Паши? Госпожа, это же прямое признание в измене! На плаху рискуете попасть уже вы сами! – перед тем, как это произнести, Сюмбюль уже так знакомо ахнул и прикрыл рот рукой.

- Я не буду признаваться сама. Но если Повелитель узнает, и отрицать не стану. Я справлюсь с этим.

Сюмбюль-ага сегодня смотрел на свою госпожу с особым обожанием, уважением и страхом. Сегодня Хюррем Султан превосходит саму себя. Спасти врага, обречённого на казнь. Это же сколько милосердия нужно?

Не закрывая рот от шока, евнух удалился готовить второй план на случай, если сама Хюррем не справится. Если что-то пойдёт не так, и Ибрагим останется в своих рабочих покоях несмотря на уловки Хюррем, его выведут оттуда трое крепких парней, предварительно лишив сознания. А если госпоже и вовсе не удастся попасть на ужин, подговорённый привратник у дверей падишаха даст сигнал Сюмбюлю, и тот отправит госпожу к Ибрагиму. Стоило ли дело всего того, на что надеялась Хюррем? Сюмбюль-ага был не уверен. Это принесёт госпоже большие проблемы.

Но сама она была уверена в своих силах, этой уверенности хватало и бедному евнуху, который дрожащими руками писал записку Ибрагиму, которую он оставит на третий план – вдруг Хюррем вообще не сможет попасть к нему в покои?

Султанша тем временем стояла у входа в покои Повелителя.

- Проходите, госпожа. Повелитель ждёт вас, - стражник поклонился и впустил её.

Такие знакомые и родные покои. Когда она была здесь в последний раз? В ушах снова зазвенела та пощёчина.

Это разозлило Хюррем. И она отбросила всякий страх того, что первая часть плана может провалиться.

- Повелитель.

- Проходи, Хюррем, - Сулейман раскрыл объятия, словно забыл о том, что происходило между ними в последнее время.

Хюррем отчётливо поймала его рассеянный взгляд. Он явно переживал, да так, что забыл все обиды на неё. Хюррем, тихонько хмыкнув, решила принять его игру и прижалась к его груди, как бы вдыхая его запах, который был таким родным!

- Сулейман, - пропела она. – Как твои дела? Я всё понимаю, прости меня. Я соскучилась по тебе.

- Всё нормально, - сдержанно проговорил он.

Хюррем отстранилась и взглянула в его глаза. То, что она там увидела, ей не понравилось.

- Что так тревожит тебя? - Я принял вчера Фирузе, а ты даже не злишься. Я удивлён.

- Что поделать, - вздохнула она, опустив глаза.

«Пусть думает, что я расстроена, иначе попадусь!»

Вслух она произнесла совсем другое:

- Кто я такая, чтобы спорить с решениями Повелителя мира? Если ты посчитал это нужным…

- Да, так и есть, - кивнул Сулейман.

- Но я хотела бы сегодня поужинать с тобой. Просто пообщаться. Мы могли бы поговорить о наших детях, о Мехмеде. Он сейчас в Манисе, и я скучаю по нему.

Сулейман вскинул брови. Кажется, он размышляет, решила про себя султанша.

Через некоторое время он сказал:

- Что ж, Хюррем, сегодня я устраиваю ужин, на который пригласил Ибрагима Пашу, и ты приходи. Мы посидим втроём, так как вы оба очень дороги мне.

«Есть!»

Хюррем изобразила слегка уловимую гримасу недовольства на лице, чтобы у Сулеймана не осталось никаких сомнений, что она просто хочет побыть с ним. Повелитель знал о негативном отношении жены к другу, поэтому он ей поверил. Это сыграло ей на руку.

- Если у тебя всё, ты можешь идти, - равнодушно кивнул он.

Оказавшись в своих покоях, Хюррем напряжённо выдохнула. Осталось ждать вечера…