Первая гроза в апреле

Глава 4.8 Первая гроза в апреле.

Темнело. Дворец отужинал и готовился ко сну. Наложницы переговаривались всё тише, хазнедар гарема перестала отдавать приказы, в воздухе запахло сном.

И кровью.

В напряжении держались лишь некоторые: Сулейман, потому что готовился к убийству своего друга, Хюррем, потому что готовилась к спасению этого же человека, и погода, напустившая свои грозные чёрные тучи на дворец в знак надвигающейся бури как на улице, так и в покоях Великого визиря.

Ибрагим, к слову, был совершенно спокоен. Он чувствовал себя практически счастливым. Ещё бы! Повелитель перестал подозревать Паргалы во всех смертных грехах и снова начал проводить с ним время. Сегодня состоится их ужин.

Настал час, которого так ждали не все.

Первый стук в дверь. Пришёл Ибрагим. Уверенно он сам открыл дверь, вошёл в покои и закрыл их, такой же смелой походкой подошёл поближе к падишаху и поклонился.

- Повелитель, - весело произнёс он.

Сулейман выпал из своих размышлений и кивнул, повторив настроение Ибрагима.

- Проходи, паргалы.

В эту же секунду в дверь постучались снова. Ибрагим повернул голову на звук. Увидев нежданную гостью, он зло сверкнул глазами. Предстоящий ужин наедине со своим другом он уже мог считать сорванным.

Это была Хюррем. Кинув на визиря многозначительный взгляд, она улыбнулась всеми зубами и присела в поклоне.

- Повелитель.

Дождавшись короткого равнодушного поклона от Ибрагима, она так же равнодушно бросила ему «Паша», и оба опустились на подушки перед большим накрытым столом. Ибрагим за этот короткий период уже не раз посылал султанше гневные взгляды.

«Ну конечно, прознала об ужине и явилась, чтобы всё испортить!», - думал он.

«Думает, что я пришла испортить ему вечер. О, он ещё не представляет, какую услугу я ему окажу!»

Ели молча. Сулейман всё это время переводил взгляды с Ибрагима на Хюррем и как-то неестественно улыбался. Хюррем окидывала стол и Пашу скучающим взглядом, но не забывала показывать Сулейману своё недовольство присутствующим паргалёнком, а Ибрагим просто ел, уткнувшись глазами в блюдо, которое стояло перед ним. Он начал чувствовать себя неуютно. Словно эти двое что-то задумали насчёт него.

Наконец, он поднял голову и сразу же обратился к Сулейману:

- Повелитель, по мнению Хызыра Хайреддина Паши, их флот должен быть готов уже в мае.

- Отлично, - кивал Сулейман. Ибрагим вторил ему точь-в-точь такими же кивками.

- Я отправил весть Малкочоглу Бали-бею. Как вы знаете, молдавский князь не уплатил причитающийся налог. Малкочоглу поедет к нему, чтобы узнать, в чём проблема.

Сулейман лишь глупо кивал, а Хюррем вскинула глаза и решила влиться в разговор.

- Малкочоглу? Как он? – Хюррем чувствовала себя полнейшей дурочкой и отлично начала играть эту роль. Для убедительности она растянула свою улыбку ещё шире.

Ибрагим, всё это время смотревший на Повелителя, резко повернулся к султанше, глазами показывая ей всё своё недовольство.

- Я регулярно получаю от него вести. Он отлично справляется с обязанностями пограничного бея, - странным более мягким голосом произнёс он.

Только Хюррем могла распознать этот тон. Он говорил, что она его злит, но говорил это так, чтобы другие присутствующие подумали, что он просто любезен с султаншей. Она кивнула, ухмыльнувшись.

Не на ту напал!

- Замечательно, что есть такие. Преданные. Беи, - с большим удовольствием наблюдая на его реакцией она пропела это, уделяя особенное внимание последним двум словам, напоминая Ибрагиму о его гордыне.

Ибрагим на мгновение потупил взгляд, но быстро вернул его к лицу Хюррем.

- Это верно, - как-то хищно улыбнулся он в ответ.

Сулейман не встревал в беседу, продолжая так же глупо кивать и ухмыляться. Он ждал концерта, но собеседники не собирались его затевать.

Снова затянулось напряжённое молчание. Хюррем решила снова обратить на себя взор Ибрагима, чтобы подать ему хотя бы знак глазами.

- С Шах Султан вы знакомы так же давно, как и с Хатидже Султан? Верно, Паша?

Ибрагим снова повернулся к ней, но вместо сверкающих от собственного превосходства глаз встретил встревоженный взгляд султанши.

Губы её так же держали широкую улыбку, но взгляд словно предупреждал о чём-то.

«Что это с ней?» - подумал он и напрягся.

- Да, госпожа. Но я не видел её уже много лет, - не зная, как отреагировать, кивнул он. С большим трудом, так ничего и поняв, он отвернул взгляд от Хюррем и обратился к Сулейману: - Повелитель, перед началом похода я бы хотел вместе с Хатидже Султан и детьми съездить в Эдирне…если вы не против.

Сулейман задумчиво смотрел на Паргалы. Поняв, что ему что-то сказали, он ухмыльнулся.

- Да, я не против.

Ибрагим снова повторил его ухмылку и по-доброму сощурил глаза. В этот раз его мимику повторил Сулейман.

Хюррем поняла, что начинает терять контроль над ситуацией и эмоциями. Её затрясло, температура вновь начала подниматься от нервов. Она решила, что пора уходить. Нервно пробежавшись глазами по столу, она отпросилась у повелителя в свои покои под предлогом того, что Джихангиру нездоровится.

- Что с ним случилось? – немедленно перевёл на неё взгляд Ибрагим. Сулейман даже не посмотрел на жену.

«О, решил сделать вид, что тебя интересуют мои дети?» - гневно подумала она.

«Решила снова переключить на себя внимание?» - подумал он.

Она бросила ему ещё один предупреждающий взгляд.

- Ничего серьёзного, но я должна идти. Повелитель?

- Иди, конечно.

Хюррем и Ибрагим встали из-за стола. Сейчас она уйдёт и оставит его одного возле своей смерти.

«А что если его убьют прямо в этих покоях?» - эта мысль пронеслась вихрем в её голове, заставив её лицо покоситься от страха.

Ибрагим тут же это заметил. Подняв тревожный взгляд на неё, он не забыл о поклоне. Получилось как-то неловко, будто его ударили по колену.