Первая одиссея или Предчувствие Трои

ПЕСНЬ ДЕВЯТАЯ. КЛЯТВА

Не мешкая, переоделся Одиссей, омылся и, хвалу воздав богам, направил стопы к Тиндарею. Лишь только он заставить мог Икария против своего желанья поступить. Но как уговорить его на брата повлиять? А царь могучей Спарты голову ломал над тем, как примирить всех женихов и ссоры между ними избежать. Увидев Одиссея, он был чрезмерно удивлён:

- А ты не заплутал, Лаэрта сын и внук Автолика? Икария ты должен навестить и с ним оговорить детали свадьбы. Иль Пенелопу в жёны брать ты передумал?

- Надёжно моё слово и Пенелопа мне мила.

- Так в чём же дело?

- Заметил я, что царь Амикл Икарий не сильно свадьбы жаждет, и надобно с тобой мне это обсудить.

- Не зря слывёшь ты мудрым, Одиссей. Скажу по правде, брат души не чает в дочери любимой и не захочет с нею расставаться. Пойдёт на всё, чтобы её подле себя оставить.

- Прошу тебя я, Тиндарей, заставить брата клятву соблюсти.

- Ты умный, Одиссей. Всё понимаешь. Подумай сам, зачем мне сориться с Икарием?

- Прошу я не задаром. Ответную услугу могу я оказать.

- Какую?

- Всех женихов на клятву привести.

- А ты не шутишь?

- Хоть Зевсу самому герои поклянутся, что будут защищать Елену с избранником её от всех врагов.

- И как ты этого добьешься?

- Моя забота, ты клятву принести героям предложи и всё устрой, как следует, чтобы не мог потом никто из женихов отречься.

Задумался глубоко Тиндарей, глядя с сомнением на Одиссея. А тот царя с ухмылкой подзадорил:

- Так в чём же дело, царь могучей Спарты? Или ахейский ты союз возглавить не желаешь? Иль на Икария не можешь повлиять?

- Быть посему! - поднялся с трона Тиндарей. - Лишь только клятву мне герои принесут, сыграешь свадьбу с Пенелопой.

На том они расстались, поклявшись пред алтарём Афины.

Герои после пира стали просыпаться и, протерев глаза, во дворике сошлись, у входа во дворец. Пока все собирались, Лаэрта сын уединился с Диомедом.

- Твоя поддержка мне нужна.

- В общенье с Пенелопой, - расхохотался Диомед. - Всегда готов помочь.

Невольно усмехнулся и Лаэрта сын:

- Спасибо, тут я справлюсь сам. Нам нужно Тиндарея поддержать, когда предложит он героям клятву принести.

- Какую?

- Защитниками быть Елены и её избранника.

- Хитро придумано, - лукаво усмехнулся Диомед, - ахейцев всех возглавит муж Елены. Да мне уж это ни к чему: на дочь богини больше я не претендую.

И вдруг спросил он Одиссея:

- А тебе это зачем? Двоих ты сразу в жёны не возьмешь, как ни старайся.

- Хочу союзником я сделать Тиндарея, чтобы Икария он обуздал, когда я Пенелопу на Итаку повезу.

- Тогда другое дело. Тогда тебя я поддержу. Дерзай!

- Спасибо, друг! В тебе нисколько я не сомневался.

А в это время женихи шумели во дворе.

- Когда избранника Елена назовёт? - взывал Патрокл. - Уж столько подвигов свершили, что скоро не останется в окрестностях зверей.

Аякс Большой Патрокла слово подхватил:

- Запасы скоро все съедим и бочки все опустошим. По миру дочка пустит Тиндарея. Пора уж ей определяться.

Тут вышла к женихам Елена с Тиндареем, Икарием и Пенелопой.

- Герои славные! - воскликнул Тиндарей. - Я понимаю ваше нетерпенье. И сам бы я сгорал от страсти к прекраснейшей из смертных, когда бы был на вашем месте. Не тороплю Елену с выбором лишь потому, что жалко мне избранника. Порвут его на части остальные.

- Не дам за жизнь я жениха,

Ни битой чашки, ни гроша,-

шутливо молвил Одиссей, на что Патрокл могучий возразил:

- Пусть выберет того, кто всех сильней, кто сможет постоять и за себя и за невесту.

- Один не справится со всеми, - не согласился Диомед. - Оленя, буйвола и грозного медведя легко затравит волчья стая.

- Кровавым распрям не бывать! - воскликнул Тиндарей. - Не для того я в Спарту вас созвал.

- Но как унять гнев тех, кого прекраснейшей Елены минует выбор? - развёл руками Одиссей.

- Клятвой!

Царь Спарты поднял руку и торжественно продолжил:

- И Крониону самому герой пусть каждый поклянётся, что будет он избранника Елены, как мать родную и отца, как сына защищать!

- Мудро! - воскликнул сын Лаэрта. - Тогда Елена изберет того, кто ей милей, и будет прочен сей союз.

- Тебе то что? - спросил со смехом царь Локриды. - Тебе не надо клятву Зевсу приносить. Ты уж с женой определился.

- Готов со всеми я поклясться! - с достоинством ответил Одиссей.

- Но для чего? - опешили герои.

- Хочу с ахейцами со всеми быть в союзе, и клятва нас сплотит и перед Троей гордой и пред дорийцами, грозящими Элладе.

- Разумно молвишь, сын Лаэрта, - промолвил царь Амикл Икарий, - достойным будешь мужем дочери моей.

- А если повелят нарушить клятву боги? - не унимался царь Локриды.

- Тогда со мной иметь ты будешь дело, - и на плечо Аякса Малого легла рука тяжёлая Большого.

- И со мной, - поддакнул грозно Менелай, а следом и Патрокл.

За ними Диомед взял слово:

- Друзья, раз многомудрый Одиссей, которого никто не принуждает, готов дать клятву, то дело стоящее, и стыдно нам не соглашаться. А кто откажется, тот тем покажет, что недостоин он Елены. Я лично клятву принесу!

И тут прекрасная Елена возвестила:

- А кто не станет клясться, моим избранником не станет никогда.

- Готовы мы сегодня клятву принести, - ответил ей Патрокл, - но ты, прекрасная Елена, когда нам имя назовешь и осчастливишь одного из нас?

На миг растерянно потупила царевна взор, но тут же взяла себя в руки и, гордо вскинув голову, сказала:

- Сегодня клятва - завтра имя.

Все согласились женихи и к омовенью приступили, чтоб обратиться к богу с душою чистою и телом.

Немедля, Тиндарей провёл приготовления к обряду. Коня чистейшей белой масти к семи колоннам привели, воздвигнутых в честь древних звёзд-богинь небесных. Храм Зевса возвышался перед ними. У входа стали женихи, и жертву Зевсу самолично принёс царь Спарты, алтарь багряной кровью окропив, еще дышащей жизнью и теплом. Пред тем, как умертвить коня, прижался головой к его он шее и прошептал слова пощенья. Разрезали жрецы на части шкуру и бросили под ноги женихам. Герои встали на кровавые куски и вслед за Тиндареем клятву повторили: «Клянусь я Зевсом Громовержцем, клянусь небесными, морскими и подземными богами, клянусь конём я белоснежным, в честь этой клятвы в жертву принесённом, что от любой обиды буду защищать Еленой избранного мужа».