Первое дело: дети без лиц

Глава 4

Возвращаться к обезумевшей от утраты матери мне было боязно. Что я скажу ей? Как она отреагирует на то, что догнать девочку не получилось?

Оказалось, что за элет-мобом я гнался добрые пару кварталов, из-за чего обратно на двух ногах пришлось возвращаться, ориентируясь на звериную память, иначе в хитросплетениях застроек было бы разобраться непросто.

К моему приходу на месте происшествия были все, мой, пока ещё, напарник и команда по похищениям из Магического Сыска, возглавляемая Крисом.

Женщину расспрашивали о случившемся двое, пытаясь вытянуть как можно больше информации по горячим следам.

– Тёмно-синий элет-моб грузового типа. Номера частично скрыты грязью, видно только 14Qkj75, – с ходу рассказал Крису, изучающему на асфальте вмятины и частицы грязи.

– Молодец, – язвительно произнёс подошедший напарник, – ты сумел сузить поиски всего на семь чисел из восемнадцати, – затем наклонился ко мне и едва слышно усмехнулся. – Что же не догнал, супер-оборотень? Не хватило пробирочной силы?

Шумно втянув воздух, я отвернулся, рассматривая обстановку. Отвечать на нападки нет смысла, остаётся только игнорировать.

– Займись работой, – приказал Крис.

Кому это было сказано, мы не поняли, потому одновременно отошли от начавшего трансформацию Криса.

– Алистер, какой запах первым выделяется у тебя из этой грязи? – остановил меня старший маг-оборотень.

Вернувшись, я достал из кармана перчатку и надев её, мазнул пальцами асфальт. Лев внутри откликнулся сразу, понимая, что сейчас разум уступать буду ему.

– Полевые цветы, – рычаще ответил, – и сера.

– Значит, не почудилось, – кивнул оборотень с мордой гончей собаки.

Удивительное сочетание внутренней породы и обращения. Оборотней-собак очень мало осталось, их любили приручать люди в давние времена, заключая в звериной форме.

– Зима на дворе, господа! – взъелся напарник. – Какие полевые цветочки?!

Замечание было снежным комом на голову. Снега практически не было, погода была больше осенняя, так что серость будней совершенно никак не отождествлялась с прекрасной сказочной зимой.

– Мы были на плантациях, где вывели сорта цветов, похожих на полевые, – навзрыд произнесла женщина, кутаясь в куртку, одолжённой полицейским.

И тут меня осенило! Нео ездил с классом на экскурсию! И именно на плантацию. Об этом говорили его родители, но напарник не счёл нужным записать.

Как же похожа схема. Как же она стара…

Кулаки непроизвольно сжались, в ладони впились трансформирующиеся из ногтей острые когти.

– Я верну вам дочь, – прорычал, отворачиваясь и стремительно уходя вглубь сквера за своими вещами, среди которых были ключи от элет-моба.

Со мной было так же. Только похититель сделал всё, чтобы некому было меня искать. А этот более сентиментальный, похоже.

– Алистер! – нагнал меня Крис, придерживая за локоть. – Куда ты?

– Убить его и вернуть детей, – сквозь зубы ответил.

Ярость бурлила в крови подгоняя. Жажда мести искала выход.

– Тебе нужно спасти их, а не вершить самосуд, Алистер, – напомнил Крис.

Его слова отразились во мне смехом. Ведь мой мучитель тоже не был убит, и теперь я получаю открытки на каждый праздник. Никакие запреты не помогают. И я такой не один. Нас дюжина, страдающая, стоит получить достижение или провалиться. Он узнаёт о нашей жизни и напоминает о себе.

– Нет! Убив, я точно спасу их! И они будут уверены, что в безопасности, – настаивал на своём.

– И будешь каждую ночь просыпаться, смывая с рук чужую кровь, – с иронией, скрывая грусть, парировал Крис. – Я убил своего похитителя, искоренил зло и узнал спустя несколько лет, что у того зла были ученики. Некоторых я смог найти и тоже уничтожил, но… Мы смогли узнать больше об их мышлении только благодаря пойманным экспериментаторам.

Такое откровение было неожиданным. Меня учили быть преданным правосудию, и ни за что не решать судьбу других иначе. Но получая открытки, я с ненавистью сажусь за стол и мастерю что-то, представляя, что на отвёртке у меня не очередной винтик, а частичка мучителя детства.

Ворон – единственный механизм, сделанный не под влиянием ненависти, а как попытка доказать себе, что могу что-то делать без ненависти. И попытка была провальная, поскольку магия разума на нём тренировалась из злости и надежды, что однажды смогу перекроить мозги экспериментатора. Ведь отчасти магия разума тоже дарована мне этим чудовищем!

– То есть и теперь я должен сдержаться и позволить решать правосудию? – злость не утихала.

Крис испытывающе на меня посмотрел и нехотя отпустил. И времени я дальше не тратил, забрал вещи и отправился в пути.

Элет-мобы Сыска следовали за мной, а я в одной руке держал игрушку, а другой руль. Клоун, что странно, меня немного успокоил, напомнив, что действительно, я в первую очередь спасаю Нео и девочку.