Первый миф: Билет на орион

Глава 1

Глава 1.

Коридор гудел от голосов, шороха шагов и низкого рокота систем вентиляции. Холодный свет люминесцентных ламп отражался от полированного пола, бросая блики на стены. Голографические панели мигали, показывая звёздные карты, траектории, цифры. Дроны-охранники, похожие на металлических птиц, бесшумно скользили под потолком, их красные линзы следили за толпой. По коридору шагала женщина в строгом чёрном костюме, её уверенная походка притягивала взгляды. Скамейки вдоль стен были заняты людьми: учёные в белых халатах, военные в форме, случайные лица, чьи глаза выдавали тревогу, надежду, страх.

— Эй, красавица! — раздался дерзкий, чуть хрипловатый голос. Денис, развалившийся на скамье, смотрел на девушку с нагловатой улыбкой, но его пальцы нервно теребили расстёгнутый воротник костюма, выдавая скрытое напряжение. Волосы, слегка растрёпанные, и тень щетины на щеках придавали ему вид бунтаря, но глаза выдавали тревогу, которую он пытался спрятать за бравадой. — Дай номерок, я вернусь — позвоню!

Рядом, Лука, мужчина с усталым лицом и лёгкими морщинами, усмехнулся.
— Если вернёмся, — сказал он с легким акцентом, тёплым, как южное солнце, — ей будет за пятьсот лет.

Денис скривился, его взгляд скользнул по коридору.
— Тогда её пра-пра-правнучке, — буркнул он, пытаясь скрыть тревогу за бравадой.

К ним подсела женщина лет сорока, с короткими седыми волосами и острыми скулами. Её пальцы сжимали планшет, глаза бегали по экрану.
— Вы хоть знаете, за что нас выбрали? — тихо спросила она, её голос дрожал. — Я биолог, изучала геномы. Но тут… даже половина, не учёные.

Денис прищурился, его ухмылка стала шире.
— Я? Доставлял пиццу. Видимо, Ориону нужен кто-то, кто не теряется в дороге

Лука рассмеялся, но в его глазах мелькнула тень.
— А я профессор истории. Космосу нужен историк культуры и искусства?

Женщина-биолог наклонилась к соседу, её голос понизился:
— Этот сигнал… его ритм слишком сложный для случайности. Я видела данные и он как живая музыка.

Молодой парень с азиатскими чертами лица, сидевший неподалёку, повернулся. Его тёмные волосы были собраны в хвост, а в руках он держал инженерный планшет.
— Предупреждение? — переспросил он, его голос был резким. — Не отправили бы нас, если бы не были уверены.

— Уверены в чём? — огрызнулась женщина. — Почему нас, а не других? — Женщина с седыми волосами сжала планшет, её пальцы замерли на экране.
— Я слышала, в списке есть бывшие заключённые, — тихо сказала она, её взгляд метался по коридору, будто ища ответ в мигающих голограммах.
Парень с азиатскими чертами лица, сидевший неподалёку, повернулся. Его тёмные волосы были собраны в хвост, а на планшете мелькали схемы двигателя.
— Может, ИИ ищет не дипломы, — сказал он, постукивая пальцем по экрану, — а что-то, что мы сами о себе не знаем.

Алексей Воронов сидел в стороне, тёмные волосы падали на лоб, карие глаза смотрели в пол, но мысли были далеко. Когда-то он водил скорую, знал город как свои пять пальцев. Ночные смены, ямы на дорогах, крики раненых, это была его жизнь. Он спасал людей, пока автоматизация не вышвырнула его на обочину. Полгода заявок, пустые переписки, шёпот соседей: «Пропащий». Он не пил, как думали, но каждый вечер смотрел в окно, где фонари мигали, как умирающие звёзды, и спрашивал себя: «Зачем я нужен?»
Письмо о миссии пришло ночью. «Вы отобраны для программы «Орион». Явка обязательна». Алексей перечитывал строки, ожидая подвоха. Но в глубине души, где ещё тлела надежда, он почувствовал: это шанс. Не просто улететь к звёздам, а доказать в первую очередь себе, миру, и той девушке, чья рука остыла в его машине, то, что он ещё может быть полезен.

— Эй, брат, ты с нами? — Денис хлопнул его по плечу, вырывая из мыслей.
Алексей кивнул, заставляя себя улыбнуться.
— Алексей.
— Денис, — парень протянул руку. — А это Лука, историк из италии.

— Итальянец? Какой регион? Я из Умбрии! — парень с вьющимися волосами и яркими карими глазами хлопнул в ладоши, будто встретил брата.
Лука поднялся, его усталое лицо озарила улыбка. Они обнялись, как старые друзья, хлопая друг друга по спине.
— Sempre con il vino e l’olio, eh? — поддразнил Лука, глаза искрились.
— E voi con l’arte e i sogni grandi — парировал умбриец. — Слушай, если в Орионе есть виноградники, я открою там таверну. Ты будешь рассказывать инопланетянам про Ренессанс!
Денис, сидевший рядом, фыркнул:
— Если там есть пицца, я уже знаю, кто её доставит.
Смех разнёсся по коридору, и даже женщина с седыми волосами, до того хмурая, улыбнулась, глядя на звёздную карту на стене.
— Может, там, — тихо сказала она, — мы найдём что-то лучше, чем здесь.

— Если там, в Орионе, нет виноградников, я посажу свои. Инопланетяне ещё узнают, что такое настоящее просекко! — добавил Умбриец и компания снова рассмеялась.

Разговор прервал звук шагов. Женщина в строгом костюме вернулась, за ней шагал военный в форме, его лицо было непроницаемым. Дроны-наблюдатели замерли, их линзы сверкнули белым, словно сделали фото.
— Пройдёмте, — произнёс военный, голос ровный, но властный.

Толпа поднялась, шаги загремели. Алексей шёл за Денисом, ощущая, как сердце стучит быстрее. Комплекс был лабиринтом: полированный металл стен, голографические указатели, запах озона. На одном из экранов мелькнула карта созвездия Ориона, три яркие точки горели, как обещание. Или угроза.

Они вошли в зону ожидания перед проверкой. Помещение было просторным, с рядами терминалов, где участники заполняли данные. Над каждым терминалом светилась голограмма с вопросами: «Имя», «Квалификация», «Подтверждение согласия». Алексей занял место у терминала, его пальцы замерли над сенсором.

Рядом женщина с рыжими волосами, которую он заметил ранее, спорила с терминалом.
— Почему вы не отвечаете? — её голос дрожал. — Что ИИ хочет от нас?