Первый снег

ГЛАВА 4. Правда настоящего мира

Жизнь текла своим чередом. Я помогала по хозяйству Камари и наблюдала за людской суетой. Все спешили, гребли руками, плывя по дороге жизни, радовались солнцу над головой, одна я казалось замерла на месте.

Все мы разные. Каждый по-своему привыкает к изменениям, к утратам, приводящим к ране в груди. Кто-то быстро подстраивается под новые обстоятельства и даже начинает радоваться жизни; другие адаптируются постепенно, или отказываются принять новые обстоятельства, устанавливая вокруг себя баррикады. Я не отношу себя ни к одной из этих групп, пребывая между ними. Не принимаю, но подстраиваюсь, держу оборону и адаптируюсь. Я такая, какая есть, и думаю, что поступаю правильно.

При встрече с женщинами и детьми, пришедшими со мной, здороваюсь, желаю удачи и ухожу прощаясь. Возможно, потом я подпущу кого-то из них или даже из жителей поселения к себе, но не сейчас. Сейчас я предпочитаю наблюдать за живущими в поселении людьми прячась в своих часто меняющихся укрытиях и запоминаю тех кто хоть как-то привлёк моё внимание и развеял часто находящую на меня скуку.

Вот Марик, парнишка лет десяти на вид, вывел пушистого пса за двор и призывает бегающую ребятню поиграть в очередные догонялки со своим пушистым зверем. Скоро здесь, как и всегда соберётся с десяток желающих побегать мальчишек и девчонок, и я смогу наблюдать за весельем. Помимо детей, за пределы дворов вышли и хозяюшки, которые о чём-то разговаривая, попеременно охают и смеются. Их то как раз сегодня больше чем обычно покинуло свои тёплые дома, но откуда мне знать может у одной из них скоро праздник и подружкам удалось поговорить только на заснеженной улице в перерывах между очередными домашними хлопотами.

Мирная жизнь здесь, проста и по-своему привычна. Она подобна подгоревшему пирогу. Сначала отталкивает видом и вкусом горелки, а потом, когда ты доберёшься до привычных варенья или ягод задумываешься, так ли правдиво первое впечатление. Настолько ли оно точно передаёт всю суть, весь вкус истинного положения дел.

– Майнари! – вездесущая Камари была в своём репертуаре. За прошедшие дни я уже привыкла к её вечному громкому голосу, но вот такие неожиданные появления всегда немного пугают. Она как истинный следопыт, взяв след, могла найти свою жертву где угодно как бы искомый ни желал скрыться. Так и сегодня, покинув ранее понравившееся место, я была вынуждена скрываться от всех на дереве, находящемся на окраине поселения, но и здесь теперь обнаружена.

– Слезай непоседа, – махая рукой, женщина призывала спуститься.

– Кушать? – грустно спросила я. Есть я любила, но умеренно и точно не в таких количествах, сколько мне накладывает добродушная хозяйка. Сколько бы я ни отказывалась, просила и даже умоляла, она не уменьшала объём моих порций. И если бы не мои каждодневные пробежки по территории поселения в поисках тихих мест и попыток там спрятаться, то я уже бы превратилась в настоящий шарик не способный двигаться нормально, а только катиться.

Получив положительный ответ, спустилась и последовала вслед за женщиной. Дорога до дома заняла не так много времени, но и за этот промежуток я успела устать нет, не физически, а морально. Всему виной желание словоохотливой хозяйки в очередной раз поболтать обо всём понемножку.

– Зайчонок, когда ты начнёшь играть с другими детками? – как бы невзначай поинтересовалась женщина, заканчивая описывать, что же она сегодня преподнесёт нашим желудкам для поддержания сил и здоровья.

– Не знаю. Пока не хочу. Может, потом, – высказала своё мнение.

– Но как же так. Я же вижу, ты грустишь, а игры и друзья как ничто другое помогают забыть печали.

– А я не хочу забывать! – ответила твёрдо, взглянув женщине прямо в глаза.

Она же, замерев на мгновение быстро взяла себя в руки и улыбнувшись шире прежнего как не в чём небывало продолжила:

– Сегодня столько дел, столько дел… Ты же слышала наш сосед Борнок сегодня свиней колет и мясо продаёт. Надо успеть купить, а то опять эта Аглана отхватит лучшее. Не допущу, – ускорив шаг она поспешила к порогу своего жилища. – А, ты, что стоишь? – женщина остановилась наконец заметив, что я отстаю. – Живей, живей нас ожидает битва. Сделаем так, я за деньгами и скалкой, а ты берёшь чаши и на выход. Поняла?

– Что? Эм, поняла, – смирившись с ситуацией, согласилась.

– Молодец. Давай живей двигай своими палочками. Эх, худющая… Решено победим и есть.

–…

***

Аромат свежеиспечённой выпечки окутал сразу, как только я переступила порог бревенчатого дома. М-м-м пироги с капустой. Вкуснятина.

Разувшись и повещав свою шубку, я помыла руки и, стараясь не торопиться, подошла к кухонному столу.

– Зайчонок ты вовремя, – погладив меня по голове, хозяйка поставила блюдо с пирогами на стол. – Кушай.

– Спасибо. А господин Зиркарс не придёт?

– Должен уже был подойти, – выглянув в окно, она посмотрела на улицу, но не увидев мужа, поджала губы в недовольстве и, вернувшись ко столу, присела чаёвничать.

Во время трапезы Камари не сопротивляясь своей привычке начала очередной рассказ. В этот раз произносимые ей слова меня очень заинтересовали. Она рассказывала историю их народа и этих земель, в частности. Оказывается, жители поселения, потомки воинов с другого континента которых проигравшее родное королевство «подарило» победителю после поражения в войне. Долгие годы прапрадеды сегодняшних жителей этих территорий работали на строительстве новых городов, защищали границы и, заработав почёт, получили свободу. Им позволили поселиться здесь на этих землях близ территориальных границ с другим королевством в обмен стребовав клятву охранять их от возможных нападений.

– Но почему тогда ваши дети на нас напали? – не понимая, произнесла зло.

– Я не знаю. Не знаю… Их как будто кто-то подменил, надоумил, – вздохнув, хозяйка Камари закрыла лицо руками. Странно всё это. Кто же кукловод в этой истории? И был ли он вообще?