Первый сын Луны

Глава 2. Мушта

Под тёмным пологом шатра из плотных звериных шкур собрались трое. Пожилая женщина – шаманка и её беременная дочь.

— Мама, зачем я здесь? — взволнованно спросила молодая женщина. Прошлым летом она вышла замуж за мельника и вот-вот должна была родить первенца.

— Так было сказано мне в видении, — в очередной раз ответила шаманка.

Она была стара и в любой момент готовилась отправиться к богине, но женщина сердцем чуяла, что должна сделать на этой земле ещё что-то очень важное.

— Слушайся Мушту, и всё будет хорошо, — повторяла она привычные, давно заготовленные слова для нетерпеливых посетителей.

Мушта – так звали шаманку, была ещё и целительницей. Сама она своим главным даром считала не врачевание, хотя и в нём преуспела, а способность склонить дремучих и трусливых людей следовать своим советам на пути к исцелению.

Вот и сейчас заученной за многие годы привычной фразой она постаралась успокоить свою беременную дочь, чтобы та не мешала ей налаживать связь с богиней.

Надо же, сама Луна захотела явиться ей! Мушта никогда не слышала, чтобы Луна соизволила снизойти до смертных.

Насыпав растолчённых трав и молотых сушёных грибов в железную миску, женщина подожгла мох о пламя свечи и опустила его на свежеприготовленную смесь.

По шатру поплыл запах горелой мокрой листвы, горькой полыни и чего-то свежего, невесомого. Пламя свечи едва заметно колыхалось от дыхания женщин, создавая внутри шатра ещё более гнетущую атмосферу.

— Приступим, — прошептала полубеззубым ртом Мушта и, плюнув себе за спину, начала быстро повторять какие-то непонятные заклинания.

Женщины сидели, подогнув под себя ноги, прямо на полу, устланном шкурой оленя, между ними стояла миска с дымящимися травами, а сверху над головой в узкое отверстие шатра для дымохода просачивались едва заметные солнечные лучи. Они словно боялись того, что здесь происходит, и не решались осветить полутёмное пространство.

Когда слова заклинания стали звучать из уст Мушты быстрой непонятной тарабарщиной, молодая женщина трусливо зажала уши руками и закрыла глаза.

Внезапно, всё стихло.

— Откройся, — прохрипела Мушта, и её дочь повиновалась. — Слушайте то, что я вам скажу, и передайте остальным, — продолжила говорить старуха не своим голосом. — Я даровала этой земле расу, более достойную, нежели, вы — люди. Они будут сильными, смелыми и честными. Никто из вас и последующих поколений не сможет одолеть моих детей, лишь одно вы можете предложить им в знак уважения и признания их силы: свободные земли и женщин.

— Женщин? — трусливо пискнула беременная, нервно прикрывая раздутый живот руками. Она в ужасе смотрела на мать, которая сидела словно статуя с остекленевшим взглядом и вещала страшные вещи скрипучим, жутким голосом.

— Вы будете давать им тех женщин, которых они сами выберут, и мои дети будут от них плодиться. Только одна женщина может быть в жизни каждого моего творения. Взамен они будут нести мир на эту землю. Ваша вечная вражда, ненависть и зависть уничтожают планету. Мои дети этого не допустят! Скоро всё изменится. Этот мир не будет прежним. И пусть все знают, что этот дар на землю принесла богиня Луна.

Мушта резко вдохнула, заморгала, а затем задохнулась в приступе сильнейшего кашля.

Её дочь недолго думая, вскочила с пола, распахнула полог, отделяющий вход от улицы, и запустила внутрь свежий воздух.

— Что всё это значит? — спросила она взволнованно у матери.

— Ты же слышала, дочь моя, скоро всё изменится.

— Но зачем тебе на этом сеансе понадобилась я?! Я так боюсь твоего колдовства!

Не впервой Муште пришлось солгать, но впервые она делала это с такой охотой. Шаманка знала, что её дочь трусливое и недалёкое создание. Своим неразумным поведением она может нарушить замысел богини, и кара богини будет страшна!

— Дочь моя, мне уже недолго осталось смотреть на это небо. Ты, именно ты должна распространить весть, которую велела огласить богиня Луна. Я же слишком стара для этого!

— О! Это я могу! Так бы и сказала!

Успокоившись и воодушевившись важностью своей миссии, женщина быстрым шагом покинула шатёр матери. По тому, с какой скоростью она стремилась «нести свет в массы», никто бы и не подумал, что ей скоро рожать.

«Вот что любовь к сплетням с женщиной делает» — грустно усмехнулась Мушта.

Она любила своего ребёнка, но эта любовь не мешала мудрой женщине видеть все достоинства и недостатки дочери. Хорошо, что Мушта успела выдать эту недалёкую трещотку замуж за надёжного мужчину.

Тем не менее кое-чего шаманка так и не смогла рассказать дочери, а именно того, что первой такой женщиной, обещанной сыну Луны, будет её внучка.