Первый встречный

Глава 3.

Полина гнала коня галопом. Кто он такой, чтобы так разговаривать с графской дочерью? Кто он, чтобы оскорбить ее, отказаться от нее, повышать на неё голос? Какой-то бандит из заморских провинций, ещё и изгнанник, и преступник, если на то пошло! Она глотала слезы, прижавшись к шее коня. Сегодня такой день. Дважды мужчины отказались от нее! Кристоф, который предал её чувства и женился на другой, и этот вот Леон, который предложил расторгнуть брак, пока не поздно!

Пусть делает, что хочет!

Полина неслась вперед, через лес, через поля. Конь стучал копытами по камням, отбивая ритм её сердца. Слезы лились из глаз сплошным потоком!

Обвинил её во лжи! Она не лгала ему! Он сам обманулся, повёлся на поводу своей жадности! Полина задыхалась от усталости и слез. Она немного придержала коня, въезжая в очередной перелесок.

Солнце клонилось к вечеру. Длинные тени деревьев разлировали дорогу светом и тенью. Полина проехала ещё какое-то время, потом увидела водопой и, понимая, что конь устал и ему требуется вода, спешилась, позволив коню напиться.

-Ах вот какова эта птичка! - услышала она вкрадчивый голос за спиной и резко обернулась.

Перед нею на дороге стояли трое. Средний, старший, с седой короткой бородкой, и два помоложе. У одного был шрам через все лицо, делавший его похожим на пирата.

-Отдай нам коня, - сказал тот, что со шрамом.

-И цацки, - добавил третий, хрипло засмеявшись.

Полина отступила. Сердце ухнуло куда-то в живот, забившись быстро и беспорядочно. Она была совершенно беззащитна перед ними.

Только теперь оценив глубину собственной глупости, погнавшей ее одну в лес, Полина попылась спрятаться за коня, но было ясно, что её ничего не спасет. Одна в лесу, она представляла собой идеальную добычу для трех разбойников. Как она могла остановиться у водопоя? Ведь знала, что это идеальное место для всякого рода преступников! Отец её боролся с бандитами в своих владениях, но бандиты множились быстрее, чем он успевал их повесить.

-Я - дочь графа де Монсерен, - сказала она, - он вас повесит.

-А мы ему ничего не скажем, - хохотнул средний.

-Скажем, что кто-то другой поиграл с такой красоткой, - добавил тот, что со шрамом.

-Графья не выпускают своих дочерей в лес одних, - просипел третий, - так что ты ещё и маленькая лгунья!

Они надвигались на нее втроем, даже не доставая оружия. Было и так ясно, что она совершенно беззащитна перед ними. Полина попыталась вскочить в седло. Если бы ей это удалось, то можно было бы попробовать ускакать от них полным галопом. В этот момент все трое бросились к ней, схватили за руки, обездвиживая Полину, лишая её возможности отбиваться и сопротивляться. Чужие руки сорвали с неё серьги, елозили по её телу, вызывая тошноту, вынимали из волос жемчужные шпильки.

-Помогите! - истерически закричала она, но рот ей зажали грязной рукой, и Полина полностью оказалась во власти этих людей.

Надежды на спасение не было. Она пыталась вырваться, отбросить руки, которые лезли ей в лиф, но была слишком слаба, чтобы противостоять даже одному, не говоря уже о трех мужчинах.

-Отпустите девчонку!

Разбойники замерли, и Полина почувствовала, как ослабла их хватка.

За шумом, который они производили, никто не услышал, как у водопоя оказался ещё один всадник.

-Отпустите девчонку или я вас перережу без всякой жалости, - Леон де Шемуа соскочил на землю и взвел курок пистолета, который держал в руке. В другой руке как молния сверкнула шпага.

-Сначала мы переережем ей горло! - просипел бандит.

Полина почувствовала у шеи холодную сталь. Пискнув от ужаса, она замерла, боясь, что бандит случайно надавит немного сильнее и тогда жизнь её закончится прямо тут, у водопоя.

-Но потом я перережу вас, - спокойно сказал Леон.

Нож исчез. Полина вздохнула свободнее.

-Драгоценности тоже оставьте, - сказал Леон.

Шпильки и серьги упали к её ногам. Полина смотрела во все глаза на Леона, который совершенно спокойно, без паники, не повышая голоса, заставил разбойников отступить. Вот что значит быть военным! Он не боится этих людей. Лицо его похоже на железную маску, а холодные серые глаза смотрят прямо и без страха.

-Простите, месье, что потревожили, - сказал старший, кланяясь Леону, будто был не разбойником, а лекеем.

Все трое исчезли. Полина стояла, смотря на своего спасителя, и губы её дрожали, а колени подгибались.

-Спасибо, - прошептала она, прежде, чем упасть к его ногам и разрыдаться, закрыв лицо руками.

Леон поднял её и прижал к себе. Руки его были теплыми, и Полина прижалась к его груди, всхлипывая от того, что он так нежно гладит её растрепанные волосы. А потом она подняла заплаканное лицо, и губы их встретились, а голова её закружилась, и она повисла на его руках, вцепившись пальцами в его камзол.

Она не вспомнила Кристофа, когда целовала своего мужа. Страсть полностью завладела её телом, зажигая кровь, и Полина позволила подхватить себя на руки и нести куда-то в чащу леса, где вскоре почувствовала, как Леон кладёт её на траву, как руки его обжигают огнём её обнажённые ноги, и как юбки её падают ей на лицо. Она отмахнулась от юбок, позволяя ему делать все, что он пожелает, понимая, что происходит именно то, что они должны сделать, чтобы отец уже не мог разлучить их никогда. Полина вскрикнула, когда ощутила его внутри, а потом забилась в его руках от боли и страха. Но все было кончено, он снова целовал и гладил ее, и она расслабилась, все ещё всхлипывая, как обиженный ребенок.

Это и есть супружеский долг? Женщины рассказывали о нем так много, а оказывается, это всего лишь физический акт, да ещё и неприятный. Хотя она готова была на все, только бы снова ощутить поцелуи своего мужа. Боль можно и потерпеть, а вот слова, что он шептал ей, были так прекрасны, что боль тут же забылась и ушла. Губы его ласкали её губы, Полина отвечала на страсть, окончательно расслабившись и перестав бояться.

Все самое страшное с ней уже случилось. Она потеряла Кристофа, вышла замуж за незнакомца, нищего изгнанника. Её чуть не убили разбойники, она отдала невинность человеку, которого встретила всего несколько часов назад.