Пёс Крэйзи и училка-недотёпа на страже миров

5. Аполлинария

Думаете, на этом день закончился? Как бы не так! Оказавшись в родных пенатах, я рванула домой. Крэйзи, как ни странно, тоже нагулялся, и затрусил в тепло.

Мы забежали в знакомый подъезд, почувствовали запах раскаленных гармошек-батарей, поскакали по чистеньким, выкрашенным коричневой краской ступеням. Тишина, покой. Недолгий. Около моей двери стояла Полина Савельевна, соседка по площадке. Достаточно было взглянуть на ее сине-бордовые губы и хайерскрёб из искусственных волос, можно понять, почему я прозвала её Аполлинария Сопельевна. На ней был тонкий цветастый халат с глубоким вырезом, подчеркивающий аппетитные формы. Жаль, вечно пьяный муж Юра так и не сумел оценить, каким алмазом обладает.

– Дорогуша, – проговорила Аполлинария низким голосом, – имею вам сообщить, что ваш кобель опять весь день лаял и выл под дверью. У меня слабое здоровье, когда я слышу такие ужасные звуки, у меня случается гипертонический криз. Если издевательство продолжится, я буду вынуждена вызвать полицию.

Крэйзи навострил уши, словно понимая, что говорят про него, утробно заворчал.

– Вот видите, даже сейчас он демонстрирует мне свое неприятие!

– Полина Сергеевна, моя собака не воет, он не хаски. А лает только, когда с пятого этажа шпиц Клёпа идет гулять и заливается на весь подъезд. Крэйзи ему отвечает, они так разговаривают.

Я не стала продолжать, что, когда Аполлинария воспитывает своего Юру, шуму значительно больше, да еще прибавляется страшный грохот. Шкафы что ли они там кидают?

– Вот так и думала, что вы меня не поймете, дорогуша. Смотрите, это последнее предупреждение! Как бы вам не пришлось горько пожалеть! – заявила Сопельевна, при слове «горько» сморщившись, будто проглотила пилюлю.

Я зашла в свою квартиру, захлопнула дверь. Все, я в «домике»! Тут меня точно никто не достанет.

Ночь прошла в странных снах. Мне снились Тимофей и седая старушка, я сразу поняла, что это Настасья, и выглядела она бодрой и здоровой. Старики наводили порядок в своей квартире. Жилище, серое и неухоженное при моем посещении, теперь выглядело солнечным, в оранжевых тонах. Старушка с любовью стирала пыль с моей картины с котом и подсолнухами, а Тимофей, до этого подметавший пол, вдруг повернул голову в мою сторону и четко проговорил:

– Спасибо, девочка. Ты нас спасла.

Я удивилась и проснулась.

***

– Крэйзи, сейчас я глотну кофе, и мы пойдем гулять, – сказала я псу, свернувшемуся калачиком рядом с моей кроватью.

Пес даже ухом не повел, ему ли не знать, если я только встала, то гулять пойдем не раньше, чем через полчаса. Пока я не выпью с утра кофе с молоком, я не человек. Жаль молоко кончилось, а вчера было не до похода по магазинам. Открыла холодильник, на автомате достала оттуда бутылку молока. Стоп, когда это я ее купила? Не помню, ну да ладно.

С наслаждением выпила любимый напиток, на свежую голову пытаясь осмыслить что это вчера было? Ничего поясняющего придумать не удалось. Это точно не сон. Очень четко всплывало ощущение пропасти, которую я преодолевала по шаткому мосту на негнущихся старческих ногах. А еще оранжевое пятно – моя картина с улыбающимся котом, словно солнечным зайчиком согревающая душу. Откуда она там взялась? Просто бред.

Кого первым встретишь, так день и проведешь. Первой я встретила Аполлинарию. Никак специально меня по дверью поджидала? Соседка в черной норковой шубе, в пуховом платке с шишкой наверху (хайерскрёб никто не отменял), брезгливо глянула на мой видавший виды пуховичок. Да, мы, училки, не жируем.

Я поздоровалась. Крэйзи потянулся понюхать дохлое животное, что было на соседке, Полина Сергеевна взвизгнула:

– Убери свою черную тварь!

– Он не кусается, вы же знаете, его вон дети на площадке за хвост таскают, а он терпит, – пролепетала я.

Это правда, не выносивший других собак Крэйзи всегда снисходительно относился к людям. Но соседку было уже не остановить.

– Дорогуша, я нашла телефон живодеров. Сейчас мне некогда, я иду на рынок, а как ты пойдешь гулять в следующий раз, я им позвоню, они приедут, заберут твоего пса и сделают из него мыло!

– С чего это они должны отнимать пса у хозяйки? Или они и меня на мыло заберут? – совсем некстати я вступила в полемику.

– Скажу им, что он обоссал все углы в подъезде, – злорадно усмехнулась змеища в норке.

– Это неправда!

Я пошла вниз по лестничному маршу, еще не хватало из-за Аполлинарии опоздать на работу. «Валенок тебе в рот!» – подумалось мне. Сзади раздалось: бу-бу-бу. Повернулась и от ужаса прислонилась к стене. В щедро намазанном сине-красной помадой рту соседки торчал серый валенок, самым носком, хорошо не голенищем. Никогда не забуду ужас в круглых глазах, обведенных жирным черным карандашом. Думаю, в данный момент я выглядела ненамного лучше соседки. Аполлинария вынула валенок изо рта и начала яростно отплевываться. Я с собакой быстро сбежала вниз на улицу.

Утренние прогулки у нас очень короткие, мне же нужно торопиться на работу. На сей раз мы гуляли значительно дольше. Страх, что красные искры вновь утащат меня невесть куда, был менее сильным, чем возможность вновь повстречаться с Аполлинарией. Наконец я решилась вернуться.

Озираясь, протопала по подъезду и нырнула к себе. Ого, похоже я безнадежно опаздываю! Вот еще чего не хватало на фоне всех моих вчерашних косяков в школе.

– Мальчик мой, не гавкай, не нагнетай, я тебя умоляю, – погладила пса по голове.

Он посмотрел на меня умными янтарными глазами и сделал вид, что понял, о чем его прошу.

Выскочила на улицу, добежала до остановки и поняла, что свой автобус номер семь я уже пропустила. Следующий по расписанию приедет только через десять минут, значит, что я точно опоздала. Полезла в приложение смотреть, сколько стоит доехать на такси. Сумма поразила, это мне два дня голодать вместе с собакой. А выбор? Не стоит ожидать, что мне повезет, маршрут выбьется из графика и приедет прямо сейчас. Оторвала глаза от экрана смартфона: к остановке подъезжал мой автобус. Разве так бывает? Салон транспорта был совершенно пустой. Ладно, свезло так свезло. Стоит ли чему удивляться, особенно после вчерашнего?