Пёс Крэйзи и училка-недотёпа на страже миров

37. Уничтожители рая

Мы тихо крадемся ­­в помещение, где содержатся полульвы-полуптицы. Величественное здание с широкими воротами совсем не похоже на конюшню или зверинец, скорее, на дворец. Конечно, такие необыкновенные существа не могут содержаться в каком-нибудь хлеву.
Ариса тянет на себя кольцо ворот. Крэйзи тут же проныривает вперед. Мне понятно, почему здесь нет охраны, это же Арагама, здесь все всем довольны и не ждут никакого подвоха.

Мы проходим в залитое солнцем (или что тут у них?) пространство с высоким потолком и разрисованными фресками стенами. По сторонам огромные загоны с раскидистыми деревьями внутри, среди крон которых я наблюдаю расположившихся на отдых грифонов. Все-таки они больше львы, чем птицы.

Мы идем дальше. В следующем загоне огромный белоснежный грифон рвет мощным клювом окровавленную тушу. Мне почему-то тошно наблюдать эту картину, но Ариса устремляется именно к нему.

– Он очень быстрый, один из лучших, – говорит мне девушка. – И красивый.

Представляю, как это выглядит со стороны, она будто разговаривает сама с собой. Хорошо, что никого вокруг.

Ко мне подлетает нетерпеливый сокол, вновь устремляется куда-то вперед, словно зовет за собой.

– Этот не подходит, – говорю девушке. – Нам дальше.

– Откуда ты что знаешь? – ворчит она.

– Раз ты меня вызвала, значит, я что-то знаю.

Ариса недовольно сопит, но идет вперед.

В следующем загоне к нам подходит рыжий полуптиц. Глаза у него янтарные, как у моего Крэйзи. Сокол тоже здесь, сидит на деревянном ограждении.

– Это Сурик, – сообщает «лягушечка». – Он очень молодой, да и странный какой-то, к тому же цвет неблагородный.

– Сурик (*красно-оранжевая краска)? Очень хорошо, это то, что надо.

Ариса хмыкает, ей явно есть что возразить, но на сей раз она не вступает в пререкания. Берется за щеколду, которая закрывает загон, как вдруг поверх ее беленькой ручки ложится огромная черная лапа. Мы обе вздрагиваем. Перед нами мавр, тот самый. Как эта махина умудрилась так бесшумно подкрасться?

– Моя госпожа, это может быть небезопасно. Велите запрячь грифонов и доставить, куда пожелаете?

Ариса теряет дар речи.

На секунду ощущаю полное отчаяние. Что я могу противопоставить этой горе мышц? Почему этот мир, как и все другие, так несправедлив: кто сильнее физически, на стороне того и правда?

Я подхожу к гиганту, кладу ему руку на оголенную грудь, поглаживаю пальчиками. Изумленный гигант стоит, замерев.

– Калос, у меня намечается тайная прогулка. Мне надо немного полетать, но чтобы никто об этом не знал. Пожалуйста, сделай вид, что ты меня сегодня не видел.

Мои пальцы, то есть пальцы Арисы, медленно ведут дорожку вниз, до пупка. Мавр вздрагивает, отступает на шаг. Похоже, в Арагаме такая фривольность не принята. У нас тоже, конечно, да и мужчины полуголыми не расхаживают. Если не в Африке, конечно.

– Ты же понимаешь, что это важно. Помоги мне с Суриком, – командую я.

Мавр послушно открывает загон, выводит грифона. Теперь я вижу его так близко. Удивительное существо: поступь льва, хвост с кисточкой, тело, покрытое рыжей жесткой шерстью, а сверху огромные крылья с длинными перьями, более короткое оперение на шее и голове. Он поворачивает ко мне голову с мощным клювом, глаза не по-птичьи умные.

Калос выводит грифона во двор, с должным пиететом усаживает Арису на грифона.

– Ты не говорила, что мы поедем верхом! – ору я внутри.

– А ты не говорила, что можешь управлять моим телом, – надменно отвечает «лягушечка».

– Что? – оторопело спрашивает Калос.

– Мы еще встретимся обязательно. Я не забуду твою услугу, – отвечает Ариса.

Мавр придерживает грифона, положив руку на сложенное крыло, смущенно не поднимает черных глаз.

– Моя госпожа, я очень хочу сделать вам подарок, – говорит низким грудным голосом. – Буду сожалеть о том, что я сказал, но больше возможности не представится.

Он снимает со своей груди одно из своих многочисленных украшений. Это похоже на круглый металлический жетон, отполированный до такой степени, что я вижу в нем отражение Арисы. Сверху его видно отверстие, так что это похоже на ручку. Я бы сказала, что это блестящий, круглый скребок.
– Это украшение, которое я пожелал себе в светопаде. Оно может прорубить самый прочный металл, в тоже время абсолютно безопасно для того, кто его носит. Вы самая прекрасная женщина на всем белом свете, и я счастлив, что иногда могу видеть вас. Умоляю, берегите себя.

Он протягивает свой подарок. Ариса, восседающая на Сурике, берет жетон, смотрит на него, потом надевает на себя.

Через несколько мгновений мы взмываем в небо.

Ветер в лицо, взмахи крыльев. Я задыхаюсь от порывов воздуха. Вернее, задыхается Ариса. Это вам не в ландо разъезжать с комфортном. Вернее, летать.

– Такое поведение несовместимо с честью правительницы, – начинает она мне выговаривать.

– Но ведь сработало же, – отвечаю. – У нас говорят: главное – результат.

– Предупреждай, когда будешь говорить и двигаться за меня. Это очень… дискомфортно, – более миролюбиво замечает она.

Интересно, как предупредить, если сама не знаю? Наверное, срабатывает адреналин, тогда я и беру ситуацию в свои руки... руками Арисы. Кхм…

– Я не сомневалась, что он поведется, – начинаю оправдываться. – Он тоже проводник, только не инициированный. Калос должен был помочь, сам не понимая почему. К тому же, как видишь, он в тебя безнадежно влюблен. Не потрогай его, ты бы и не узнала.

– Замолчи, – шипит «лягушечка». – Ты уверена, что мне нужно это знание.

– Уверена, чтобы отличать показную любовь от настоящей.

Не сомневаюсь, что она понимает, на кого я намекаю.

В поле зрения появляется светопад. Как же он роскошен, даже издали. Величественное чудо природы, глядя на которое можно забыть о времени и пространстве. И что я собираюсь сделать? Я хочу его изничтожить!

Мы подлетаем ближе, но не там, где располагается площадка эмира, а значительно ниже.