Пёс Крэйзи и училка-недотёпа на страже миров

49. Легенда о трех братьях

Мир сошел с ума и грозил сомкнуться в единый серый туман. Испуганные люди попрятались по своим домам. Не было больше света, не было темноты. Сплошная серость поглощала сущность их мира, краски исчезли. «Нам всем конец, – шептались люди. – Еще месяц-два мы протянем на старых запасах. А что потом? Нельзя жить без солнца. Надо идти на поклон к злому колдуну на черной горе».

Но что они могли предложить ему? Его не интересовали ни девственницы, ни богатство. «Что ты хочешь от нас? – взмолились люди. – Мы выполним любое желание. Верни нам солнце!» «Я и так могу иметь все: золото, женщин, власть. От вас, мелкие людишки, не зависит ничего. Я убью ваш мир и пойду в следующий. Ваши страдания только хоть немного развлекают меня».

Тогда седой старец, наимудрейший из людей, выступил вперед: «О, самый безумный из злодеев. Мы можем дать тебе то, чего ты, сам не понимая, желаешь. Тебе нужен достойный соперник, чтобы вновь разбудить в тебе жажду жизни. Ты иномирное зло. С тобой справится лишь человек из другого мира. Я – проводник, мое тело старо и слабо. Но я уверен, что мой друг раздавит тебя».

«Глупец! – вскричал колдун. – Ты про эджеров, вообразивших себя спасателями миров? Если бы они могли мне хоть что-то противопоставить, я бы не прыгал из мира в мир и не уничтожал их друг за другом. Я не убил тебя до сих пор лишь из-за того, чтобы позабавиться с твоим эджером».

«Так ты сильнее эджера? Что же ты такое?» – вскричал старик. «Со мной не совладает любой эджер, тем более в твоем тщедушном теле», – усмехнулся злой колдун.

Могущественный, но самонадеянный, он не понимал, что уже мирно беседует с ловкачом. Никто не мог остановить беседу с переговорщиком, пока тот сам того не пожелает. Ловкач находил все новые аргументы, увлекая­­ говорившего, выведывая тайны, затуманивая разум.

«Неужели для тебя это единственное развлечение – разорять и убивать миры?» – испуганно спросил старик. «А почему нет? Если я могу это? Посмотри сюда, глупый человек. Или я уже беседую с эджером? Впрочем, неважно. Этот перламутровый шарик на моей руке – суть твоего никчемного мира, в нем вся его энергия. Я сомкну ладонь, и твой мир исчезнет навсегда, вместе с деревьями, озерами, домами, людьми, животными. Только этот крошечный момент и приносит мне истинное наслаждение. Пойми, вы обречены».

«А разве ты сам не пропадешь вместе с этим миром?» – спросил светлоокий молодой ловкач в синем. Его разоблачили, поэтому он выбрался из тела старика, который стоял рядом, опираясь на посох.

«Эджер заявился! Мне убийство этого мира ничем не грозит. Я тут же провалюсь в свой лимб и отправлюсь мучить другие миры. Но разве ты можешь выбраться из тела проводника в чуждом мире?» – удивился колдун. «Ты удивишься, насколько велики мои способности. И насколько необъятно мое благородство. Я дарю тебе последний шанс выжить. Отдай мне сердце мира». «Эту жалкую жемчужинку, которая является сосредоточием этого мира, ты называешь сердцем? Глупое название. Этот мир поживет чуть дольше, чем я предполагал. На время беседы с тобой. Давно я не разговаривал с равным. Хотя, какой ты мне равный?»

Ловкач сложил руки на груди: «Так и думал, что ты не оценишь моего порыва».

В тот же миг стрела с зеленым оперением пробила руку злодея, жемчужина выпала, но ловкач поймал ее на лету. Стоявший за несколько сотен от них метров стрелок в зеленом направился к ним пружинящим шагом.

«Забыл предупредить: я не один», – сказал ловкач, пожимая плечами.

«Вы правда рассчитываете победить? Меня?» – рассмеялся колдун, выдергивая стрелу. Рана на руке зарастала на глазах. Вдруг перед колдуном вырос огромный, как медведь, человек в черном. Силач бросился на колдуна, повалил на землю, железной хваткой вцепился в горло. Противостоять такому напору не мог даже всемогущий колдун. Над схватившимися закружили серые световые линии, колдун попытался переместиться в свой лимб. Силач бросил полуживое тело и мощными пассами стал уничтожать световой вихрь. На помощь внутрь серого смерча врезался ловкач, встав с силачом плечом к плечу. Но все прекратилось только после того, как добежавший стрелок влился в центр сражения, добавив свою силу в силу братьев. В ту же секунду всю местность охватила сильнейшая вспышка, сбившая людей с ног. Когда же они осмелились открыть глаза и встать, то увидели над бездыханным телом злого колдуна троих братьев, троих эджеров: силача, стрелка и ловкача.

***

– Красивая легенда, – вздохнула я. – Что же вы раньше мне ее не рассказали?

Мы сидели в одном из миров, где буйствовала поздняя весна. Перед нами застыло прозрачное чистейшее озеро, вдали, словно игрушечные, зеленели горы. Воздух здесь разливался такой вкусный, что вдыхать его было настоящим лакомством. Наши собаки радостно носились по полю, нещадно топча прекрасные сиреневые цветы. Выбраться сюда для того, чтобы погулять питомцев, предложил Дэн. Мы устали от серой зимы, и нам нужно было обсудить и обдумать, как поступить дальше. Особенно после неоднозначного совета эджеров, на котором мы только что присутствовали.

– Да, легенда про ловкача, силача и стрелка – непотопляемая эджерская классика. Но учти, это просто легенда, там полно несостыковок. Уничтожив сердце мира, нельзя уничтожить сам мир. Это же бред, – сказал Дэвид.

– Ну, собственно, даже в легенде он не уничтожил мир с помощью жемчужины, а лишь грозился. Так что легенда соответствует. Я помню, что достала такой же шарик в оранжевом мире за своей картиной в первое перемещение. Тогда зачем же он нужен?

– Сосредоточить всю энергию мира в какой-то горошине глупо, это делает мироздание уязвимым, да и вряд ли кто на такое способен. В сердце мира отражаются основные жизненные потоки. Даже если у эджера нет доступа в этот мир, через его сердце разграничитель может видеть, в чем проблемы, где нарушено естественное течение энергии и исправить это. По сути, такая «жемчужина» что-то вроде пульта управления, – попытался разъяснить охотник.

– Но я не помню, чтобы я что-то в жемчужинке настраивала, – разочарованно проговорила я.