Пёс Крэйзи и училка-недотёпа на страже миров

65. Безнадёжные собачники

Мы вышли во двор. Кругом покрытое снегом безмолвие. Даже шум с проезжей части улицы, казался приглушенным, точно был погружен в вату. Дэвид ничего не говорил, просто вопросительно смотрел на меня, но спокойно, не давяще. Умберто, севший у ноги хозяина, склонил голову набок, тоже ждал. Мне бы такого послушного пса!

– Пойдемте на площадку для выгула собак, – сказала я и направилась в сквер.

На что я надеялась? Что Крэйзи бегает там в одиночку? Мы почти дошли до большой территории, ограниченной сеткой-рабицей. Но и так было видно, что там никого нет, даже моих знакомых «коллег»-собачников со своими питомцами.

Вдруг Дэйв резко дёрнулся в сторону. Какой-то мужик в черном упал на землю, искривлённый тонкий меч улетел в сугроб.

Ничего не понимая, посмотрела на охотника… нет, настоящего воина. Я ещё пыталась понять, что произошло, а он уже защитил и поднял напавшего, крепко сжимая глотку.

Вдруг неудавшийся убийца словно растворился в его руках.

Дэвид повернулся ко мне, его глаза блестели, казались совсем чёрными в свете фонарей:

– Уходим. Здесь небезопасно.

Он на ходу стянул темную перчатку, подал мне руку. Надо же, у него даже дыхание не сбилось.

Мы спешно возвратились во двор, всё-таки дома безопаснее.

Издали я увидела драгоценную Аполлинарию. Аккуратно высвободила руку из теплого захвата охотника.
– Дэйв, мне надо подойти к той женщине. Но она может тебя испугаться. Пожалуйста.

Дэвид не стал держать свою непробиваемую мину, взглядом демонстрируя, что ему все это не нравится. Он не хотел меня отпускать от себя даже на пять метров, я это видела. Но отпустил. Я точно знала, что он будет где-то совсем рядом.

Да, мы ходим по грани, а враг следует по пятам. Но мне нужен Крэйзи!

Пошла к входу в дом, делая вид, что мне нет дела до Сопельевны. Невзначай оглянулась: Умки и Дэйва словно и не было.

Моя соседка стояла в своем обычном виде: капюшон длинной норковой шубки был накинут на голову. Ещё бы! Какая шапка налезет на такую башню, что она сотворила, подразумевая прическу. Выражение лица ехидное.

– Здравствуйте, Полина Савельевна, – произнесла я сладенько.

Даже сказать «добрый вечер» в адрес мегеры язык не поворнулся.

– Да, жалко твою собачку, – ответила она ехидно вместо приветствия.

Я остановилась, чувствуя себя словно ошпаренной кипятком.

– Бегала тут, такая неприкаянная, словно потерялась.

– Что случилось? – прошипела я, забыв о всяких приличиях.

Соседка взяла театральную паузу. Я молча смотрела на ее нарисованные черным брови. Меня распирало, но я решила проявить чудеса выдержки. Поняв, что ожидаемой реакции не дождётся, Аполлинария продолжила:

– Бегала собачка бесхозная, все углы тут описала. Ну её и подобрали.

– Кто взял Крэйзи?

Никогда не думала, что могу говорить тоном железного дровосека.

Но Аполлинария наслаждалась моим беспокойством.

– В хорошие руки твоя собачка попала.

Я поняла, что она еще долго может так изголяться.

– Да ладно, я тут себе уже новую собаку приглядела. Вот думаю, взять её вместо старой, – сделала нарочито равнодушный тон.

Аполлинария напряглась, но не сдавалась.

– Умберто, ко мне! – крикнула я.

Буквально через пару секунд к нам подлетел огромный белый пёс. Он сел рядом и вопросительно посмотрел на меня.

Глаза соседки увеличились, словно в анимэшном мультике.

– Беленькая собачка лучше чёрненькой, как вы считаете?

Я погладила Умку, голова которого в сидячем положении доставала мне до подмышки.

– Чёрная лучше была, – ответила шокированная соседка. – Не такая… лохматая.

– А что делать, если старая потерялась?

– Искать, конечно, – воодушевленно заговорила Аполлинария. – Я тут собачников видела. Ну, этих, управление по очистке города.

Я словно ощутила энергетический удар. Собачники, вообще-то, это мы с Дэйвом. А эти работники МУПа собирают бродяжек, кастрируют, а потом отпускают. Да только я в это не очень верю.

– У меня совершенно нечаянно есть их адрес, – подала голос мучительница. – Вот, посмотрите, это совсем недалеко, часа полтора езды.

Я даже не спросила, почему этот адрес есть именно у неё. И почему она вдруг перехшла на вы.

– Дэйв! – заорала я во всё горло.

Старалась сдержать вопли, которые просились наружу. Не время для истерик. Надо действовать.

– Слышал, – коротко бросил невесть откуда взявшийся охотник.

Он потащил меня на выход из двора, у которого стоял черный внедорожник. Меня совершенно не интересовала, откуда тут взялся автомобиль, почему не заперт и почему, когда мы сели внутрь, Дэвид завел его одним нажатием кнопки.

Пункт передержки бездомных животных находился за городской чертой.

Я прятала лицо в ладонях, тёрла глаза. Надо держаться! Не усыпят же они его сразу. Или? Там с буйными не возятся.

– Всё будет хорошо. Ника, обещаю, мы его вытащим, – говорил спокойно и неспешно Дэйв, что диссонировало с тем, что он вытворял на дороге.

Убирав руки от лица, я шептала: «простите, простите, простите» – это относилось к тем, кого подрезал бешеный охотник. Он был внешне спокоен, но так сжимал руль, что, кажется, мог его сломать.

– Он ведь может обратиться мошку и улететь? Правда же? – с надеждой сказала я.

– Ника, мы земляне, – как-то обреченно ответил Дэйв. – Это наш дом. Здесь наши возможности ограничены. Крэйзи не сможет обратиться в муху или слона. Это так не работает. Мы даже не можем залепить брешь в нашем небе, если таковая обнаруживается. У себя дома мы те же аборигены с ограниченным нашим миром мышлением. Поэтому требуются пришлые разграничители и земляне-проводники. Такова рабочая схема. Крэйзи родился здесь собакой, свою другую ипостась он приобрёл позже. Он не сможет здесь обернуться, прости.

– Вот ты совсем не утешаешь, – психанула я.

– Это правда жизни, – ответил охотник. – А еще правда в том, что с твоим созверьем ничего не случится. Мы этого не допустим.