Песнь банши

8 глава

Меня грубо усадили на какой–то деревянный стул и привязали к нему веревками. На любые попытки поговорить или вырваться — никто не реагировал. А за попытку сбежать, я получила несильный удар по спине, отчего согнулась пополам, шипя ругательства и проклятия.

Веревки больно впивались в нежную кожу рук и ног. Вязали явно мастера своего дела, иначе, откуда такой профессионализм? Или просто практики много было?

С мешком на голове, я смогла понять, что меня притащили куда–то в подвал или на нижние этажи Академии. Здесь было сыро и воняло плесенью и ржавчиной. Не самое радужное место для проведения вечера. По собственной воли, я бы сюда ни за что не пришла.

Я слышала мужские голоса, которые о чем–то шептались, решая, что лучше дальше делать.

– Сними с нее мешок, – приказал один.

– А стоит? Добыть имя мы итак можем. Думаю, лучше оставить наши лица скрытыми.

– Да, она же обычная первокурсница, чего ее бояться, – это был уже третий.

Уж что–что, а слух у меня был хороший. Я же банши, в конце концов.

И снова это имя. Из меня уже который день пытаются вытащить имя того, кто же должен умереть в ближайшие дни. Да вот только, видимо, до некоторых доходит слишком долго! Ведь я имени не знала! Неужели студенты этой Академии настолько тупы? А я–то думала, что здесь более высокие требования к поступающим. Но если такие тупицы доучились до третьего курса без начальных знаний о расах, населяющих Лакмэ... то мне уже стало страшно за будущее магии моего мира.

С моей головы резко сдернули старый и пропахший грязью мешок. В глаза резко ударил свет от нескольких светлячков, что летали по этому подвалу. Передо мной стояло пятеро несколько нервных и серьезно настроенных парней.

И сидя, привязанной к стулу, понимая, что мне некуда бежать и никто меня здесь не найдет, я пришла в ужас. Страх, липкими щупальцами охватил мое тело и душу, заставляя жилку на шее забиться быстрее и пот выступить на лбу и спине.

Рубашка прилипла к лопаткам и позвоночнику и лишь усилием воли, я до сих пор не впала в истерику.

Их было пятеро — морской, оборотень и три мага. И вот первые двое действительно были ужасающе–пугающими ребятами. Ими только детей пугать, таких ночью увидишь и поседеешь.

Трое других были вполне миролюбиво настроены, они скорее просто хотели узнать правду, а не выбивать ее из меня, как предлагал морской возле Академии.

– Ну и? – после нескольких минут молчания, спросила я. – Будем в гляделки играть? – я наклонила голову, всматриваясь в лица своих похитителей. – Или можете меня отпустить и разойдемся по–хорошему.

– Гайя, когда скажешь нам имя, мы сразу же тебя отпустим и разойдемся. Просто назови имя, – говорить со мной решил морской.

Высокий и широкоплечий, с иссиня-черными волосами и черными глазами без зрачков и пугающей пленкой, от которой меня начало тошнить. У морских есть красивые представители этой расы, но этот... этот какой–то мерзкий. Еще и кожа у него шелушилась и отваливалась кусками с плеч и лица.

– Слушай, сколько раз можно повторять? Возьми книжку в библиотеке и прочитай черные буквы, которыми ясно написано: «Банши не знают имен тех, кого обрекают своим криком». НЕ ЗНАЮТ, – не выдержала я, дергаясь на стуле и закатывая глаза на неописуемых размеров глупость этих студентов.

– Все верно. Обычно вы не знаете имен. Но вот в одном из фолиантов описаны десятки способов добычи информации из банши.

Я сглотнула, чувствуя горькую слюну и скривившись от собственного страха, что охватил душу.

Нам рассказывали в детстве об этом фолианте, благодаря которому пытали банши. Там описывались самые жестокие и бесчеловечные действия добычи информации. Чаще всего после таких экспериментов банши умирала от голода, потери крови, ужаса и боли. Выжившие же после такого не могли нормально жить и кончали жизнь самоубийством.

И если я была права, если этим пятерым идиотам удалось найти подлинный фолиант карателей, то... У меня были серьезные проблемы.

Я увидела несколько предметов из бузины. Это дерево банши чувствовали интуитивно. Взяв одну из палочек, морской приблизился ко мне и повертел пугающим предметом перед лицом.

– В фолианте сказано, что бузина обжигает вашу кожу и что с ее помощью можно вытащить имя смертника. Через боль и крики.

В глазах цвета ночи не было ни капли сожаления и милосердия, лишь непреодолимое желание выяснить имя. И это сумасшествие маньяка меня всерьез обеспокоило и напугало.

– Глупее этого еще ничего не слышала. Вы вообще меня слушаете?

Но мой ответ морскому не понравился. Он прижал бузину к моему предплечью, и я завопила. Это был крик не банши, а девушки, которая испытывала едва выносимую боль. Бузина была хуже кислоты для кожи моих сестер. И неумелые попытки парня причинить мне вред лишь делали все это кровавее и ощутимее.

Я чувствовала, как моя плоть начала оплавляться, кожа отмирала, дерево достигало мяса и нервных окончаний. Чем дольше морской держал ветку на моей руке, тем глубже были раны и, тем сложнее мне будет избавиться от шрамов.

Я до последнего не верила, что студенты будут меня пытать. Лелеяла в груди надежду, что это лишь шутка и что они поймут правдивость моих слов и предупреждений.