Песнь банши

12 глава

Хайдена все–таки оставили дожидаться вместе со мной. Он стал моим молчаливым утешением. После встречи с орком и открытием телекинеза сил в моем теле уже не осталось. А уж после неясного и столь удивительно поведения Лаэрта и его слов моя голова шла кругом, и мне нужно было немного отдохнуть. Взять перерыв, чтобы все обдумать и переварить.

Хайден же не расспрашивал меня ни о чем. Он просто укрыл меня одеялом, сам сел поверх него и согревал своей поддержкой.

А я лежала и смотрела в потолок, раздумывая и делая выводы.

Я боялась поверить в то, что Фос, этот верный пес моей старшей сестры чувствовал что–то по отношению ко мне. Что это было? Привязанность? Забота? Или простые действия на истерику Младшей, чтобы та не кричала и не нервировала дракона понапрасну.

– Хайден, – позвала я феникса, отвлекая парня от чтения книги по огненной магии.

Феникс любил учиться и помогать окружающим. В этом была его талантливая особенность, которая всегда мне нравилась и которой я восхищалась.

– А? Что ты хотела? – друг отодвинул книгу и посмотрел на меня своими удивительно теплыми карими глазами.

Как же Фос и Хайден отличались. Невероятно. Первый был мрачным, холодным и редко выражал эмоции. Привык думать, как воин и просчитывать свои действия на несколько шагов вперед. Он постоянно язвил и доводил меня до нервного тика. Его энергия напоминала мне ледник – вечный и большой.

И Хайден — такой теплый, верный, добрый и заботливый. Он всегда знал, когда нужно поддержать ближнего, когда помочь словом или же утешить своим молчанием и энергией. Феникс был обжигающим и таким ласковым, словно домашний кот, только воспламеняющийся.

– Как думаешь, почему Веллас отправил нас с преподавателями, учитывая, что нам ничего не дают делать? При первом же интересном задании нас оставили в комнате, словно детей.

– Хороший вопрос, – задумался феникс, поджимая красивые губы. – Я думал над ним с того момента, как нас назначили в эту группу. Мне кажется, тебя взяли потому, что ты банши и тонко чувствуешь энергию смерти, как истинный некромант. Но не понятно, зачем им понадобился феникс, учитывая наличие двух сильных и взрослых драконов. У нас же одна сила — огонь.

– А вот тут я могу просто объяснить — ты можешь возрождаться, и если тебя убьют, то ты восстанешь из пепла. А еще у тебя регенерация отменная, – ободряюще улыбнулась я, повернувшись набок и подперев голову рукой.

– Вот спасибо, подруга. А я–то, дурак, думал, что просто талантливый маг с перспективой, которую увидел во мне ректор, – хмыкнул Хайден и я широко улыбнулась.

И снова он поднял мне настроение. Как и всегда. Фос же умел только портить мне весь настрой или же заставлял чувствовать себя ничтожеством. Бледной копией Старшей Каха.

– Наивный маленький птенчик, – рассмеялась я, подняв руку и потрепав друга по щеке, как ребенка.

– Ты, кажется, была уставшей. Вот и спи, – обиженно буркнул феникс, натянув одеяло мне на голову и перекрывая доступ кислорода.

– Эй! Отпусти! Я же задохнусь! – яростно вырывалась я, но у меня никак не получалось выбраться. Да и Хайден мужчина, в конец концов. Я трепыхалась под одеялом, пытаясь найти выход, но в итоге лишь глубже закапывалась в пуховую пещеру, получая меньше воздуха. Я не видела света в конце этого теплого и тяжелого тоннеля, но выбираться все равно нужно было. – Я тебя телекинезом удавлю сейчас, – прошипела угрожая парню, а после дергаясь и трепыхаясь, даже пинаясь и судя по тому, как ойкнул друг, то я попала в самую цель.

– Маленькая засранка, – рыкнул покалеченный феникс и сжал меня под одеялом и посадил к себе на колени. А после он несильно начал лупить пониже спины. Точнее, по тому месту, которое он на ощупь принял за мою попу. – Нельзя обижать старших. Нельзя быть такой гадкой врединой. Нельзя. Нельзя. Нельзя, – и каждое слово парень сопровождал несильным, особенно через одеяло ударом.

Я дергалась и извивалась, словно уж на сковороде. Ойкала и айкала.

– Пусти! Пусти гад, пернатый! – вырывалась я до последнего и в итоге мы с Хайденом упали с кровати и оказались в несколько двусмысленной позе.

По ощущениям я оказалась сверху, придавив феникса своей маленькой тушкой и одеялом. Хайден ржал с меня, потому что я все еще не могла выпутаться из одеяла.

– Ай! Ты конь! Не прыгай на мне. Мне так неудобно. Ой, не могу больше...Ха–ха–ха–ха, – веселился этот припадочный, пока я пиналась и дралась с пуховым соперником. – Подожди, не дергайся ты так.

– Помоги мне, а не ржи! И я не конь. На крайний случай пони! – недовольно отозвалась я. – Я тут задохнусь, и буду приходить к тебе привидением.

– Тише, банши, успокойся и дай мне тебе помочь.

И вот, я наконец–то увидела свет и ощутила долгожданный глоток свежего воздуха. Легкие с радостью раскрыли свои объятия для кислорода, принимая его, как алкоголик бокал вина – залпом и с жадностью.

– Да, я могу дышать, – я глубоко дышала, стянув с себя одеяло до талии и закрыв глаза от удовольствия.

– Ты так забавно смотришься в этом виде, – улыбнулся Хайден. Он осторожно привел мои волосы в порядок, продолжая радоваться. Его пальцы были теплыми, а прикосновения заботливыми и приятными. От этих действий на душе стало непривычно радостно и не хотелось прекращения.