Песнь банши

19 глава

В голове мелькали странные облики произошедших событий. Я видела, как умирала, чувствовала, как кинжал снова и снова врезался в мою плоть, вырывая новые стоны и крики боли. Я ожидала, что смерть — это спокойствие, отпущение и полное наслаждение, которое дарило умиротворение. Однако, в моем случае все было наоборот. Я едва могла держать себя в руках, кричала так громко, что мой крик банши было бледной тенью этой истерики.

Но если я что–то чувствовала, значит, была жива. Но как? Почему? Я считала, что Лаэрт хотел меня убить, чтобы отомстить моей семье и отвести душу. Однако, я чувствовала свое тело и раздирающую его боль, что заставляла выворачиваться и стонать с новой силой.

В легких не осталось воздуха, как и сил вновь дышать. Лишь боль, лишь утраты. Я просто хотела прекратить это, окунуться в небытие и познать радость от смерти. Вот только кто–то или что–то явно меня не отпускали. В меня вливали магическую энергию, заставляли дышать и еще, кажется, я слышала чью–то ругань. На повышенных тонах.

–... как ты мог...

–... прекрати... отвлекаешь...

–... а ты почему стоял... и... ничего...

–... она... Гайя... моя дочь... ты... сделал?

–... вы меня... сколько... достали...

Да просто отпустите меня уже! Мне хотелось кричать о своем желании уйти. Дайте хоть помереть спокойно! Или вытащите из этого темного тумана, который окутывал меня, прилипая, словно склизкие щупальца, обвивая тело. Если кто–то в меня силы вкладывал, то туман их откачивал – безжалостно и жадно. И это двойственное чувство заставляло метаться из стороны в сторону, не зная, какая же магия победит в этой битве.

Но кроме обычных голосов я слышала чей–то зов, который заставлял мою душу предательски задрожать и заледенеть все внутри. Этот голос, он был таким грубым и требовательным.

«Выпусти меня!» – требовал он. Его слова грохотали вокруг меня, разносясь эхом.

Это место, туманная чаща, где не было стен и пола. Я чувствовала здесь присутствие многих душ, но мужчина, что приказывал мне являлся здесь самой сильной душой и самой древней.

В голове роились мысли, и в глубине души я догадывалась, кто мог быть таким истерзанным, злым и властным. Но прежде чем мысль дошла до своего логического завершения, совершенствуясь и преобразовываясь, меня куда–то унесло, вырывая из этой туманной области и заставляя вновь почувствовать весь ад боли и страданий, когда тебя протыкал кинжалом мастер своего дела.

–А–а–а–а! – закричала я, чувствуя, как лезвие медленно, будто издеваясь, вытаскивали из моей груди. Я ощущала, как холодный металл миллиметр за миллиметром исчезал, заново разрывая начавшиеся сращиваться ткани. Это было не только больно, но противно и мерзко. Я выгнулась, но меня прижали спиной к холодной траве сильной рукой, и благодаря интуиции я могла с уверенностью сказать, кто именно был владельцем этой руки. – Хватит... – в моем голосе слышалась мольба. – Я устала... Отпусти… – молила я его, но он был глух к моей просьбе.

– Терпи, – холодный приказ со стороны Лаэрта, и я почувствовала драконью кровь на своих губах. Она была сладкой и терпкой, как дорогое, выдержанное вино. В меня ее вливали насильно, сильно нажимая на жевательные мышцы, чтобы открыть рот. И единственным драконом среди нашей четверки был только Фос.

С чего вдруг такое самопожертвование? Он ведь в меня кинжал вонзил! А после этого без моего разрешения вытащил из туманной чащи.

– Как она? Ты достаточно крови ей дал? – обеспокоенно спросил отец.

Его голос был чуть тихим и взволнованным. Он явно переживал по поводу моей жизни. Я слышала шаркающие шаги рядом с собой.

– Молчи и даже не дыши рядом с нами, – Лаэрт был безумно зол и сейчас едва держал себя в руках. Я чувствовала вибрации, что исходили от тела дракона, и это действительно могло напугать любого.

Фос умел быть страшным. Это был его исключительный талант, которым он пользовался редко, но достаточно умело.

– Не приказывай мне, Фос, – огрызнулся отец, и я расслышала скрежет зубов.

– Ава, убери его. Он мешает, – настоятельно попросил дракон василиска, и я могла видеть, как преподавательница ядоведения довольно оскалилась.

– С удовольствием. Не будем будить в драконе огнедышащего монстра. Он сегодня и без того слишком нервный и охочий до жертв, – последние слова Аваната произнесла так, что даже у меня мороз по коже прошелся, а голова пошла кругом от яда. Она не просто намекала, она прямым текстом Лаэрта обвиняла.

– Пей, Гайя. Тебе это нужно, – сейчас голос телохранителя был невероятно мягким, даже упрашивающим. От его тона что–то во мне надломилось с новой силой и мурашки пробежали предателями по коже, заставляя выгнуться навстречу новой порции живительной крови.

Лаэрт стал давить на мои губы своей израненной рукой, что я чуть не задохнулась. Вкус кожи, смешанной с металлическим оттенком крови и магии заставил мой желудок судорожно сжаться.

Я задергалась в руках Фоса, и он прижал меня к себе крепче, практически впечатывая меня в свою грудь и заставляя вжаться носом в свою рубашку. Я дергалась и дергалась, но чем дольше дракон меня обнимал, тем легче мне становилось. Мои судороги стихали, тело начало наполняться целебной магией и стало легким, словно пушинка.