Песнь души, или как исцелить дракона

Глава 5

— Ко мне? — прошептала я, чувствуя, как внутри всё сжимается.

Гришан медленно кивнул, как будто сам не до конца верил в то, что собирался сказать.

— Да, Лиана. Ключом оказалась ты. Не просто как целительница, а как носительница той самой Песни Души. Формула, которую мы нашли, была рассчита на то, чтобы пробудить тебя.

— Пробудить? Хочешь сказать, что всё это было сделано, чтобы я пришла?

— Именно. — Гришан откинулся назад, сцепив пальцы. — Проклятие не просто уничтожает. Оно зовёт. И только тот, кто способен выжечь его, может услышать этот зов. Вся конструкция как ловушка, была создана для тебя.

Тётя Афена побледнела. Арман медленно повернул голову в мою сторону.

— Я знал, — тихо сказал он. — Не всё, но чувствовал с самого начала. Когда хворь начала сопротивляться свету, когда заклинания дяди Вагдера, его песня, стали исчезать, как будто их поглощали. Я понял, что нужен кто-то другой. Но не хотел, чтобы Лиана оказалась втянута.

— Так ты решил просто умереть? — я вскочила, не в силах сдержать гнев. — Великолепный план, Арман. Героический, и абсолютно идиотский.

— Я решил не делать тебе больно, — ответил он, не повышая голоса. — Потому что знал, что Песнь Души, это не просто магия. Это часть тебя. Неспроста в вашей семье она используется лишь в крайних случаях.

Я замерла. Потому что он был прав. Уже после двух сеансов я чувствовала, как внутри что-то сдвинулось. Как будто магия, которую я всегда считала своей, изменилась.

— И что теперь? — спросила я, глядя на Гришана. — Если это ловушка, если я ключ, то что будет, когда я исцелю его полностью?

Гришан медленно поднялся, подошёл к камину и бросил в огонь небольшой свёрток.

— Тогда, — сказал он, — начнётся вторая часть ритуала. И мы должны быть готовы. Потому что тот, кто это придумал, не просто хотел исцеления. Он хотел пробудить силу, которую давно считали утраченной. Силу, способную открывать врата между мирами.

— Нет. Этого не может быть. Я слышала эту историю. Один из наших предков открыл врата, надеясь обрести знания, но вместо этого впустил в наш мир хаос и разрушение. Не все миры подобны нашему. Некоторые находятся на грани безумия, где сама реальность трещит по швам.

— Тогда мы должны остановиться. Цена одной жизни, ничто по сравнению с целым миром, — твёрдо произнёс Арман.

— Брат, мы не можем остановиться, — нахмурился Гришан. — Ритуал уже начался. И мы доведём его до конца.

Арман медленно поднялся, подошёл ко мне и заключил в объятия. Я не отстранилась. Его руки были горячими, как будто в них пульсировала не только кровь, но и та самая магия, что пыталась его уничтожить. Я чувствовала, как он дрожит, не от слабости, а от напряжения, страха, желания защитить.

— Я не позволю им навредить тебе, — прошептал он, почти в самое ухо.

Гришан кашлянул, напоминая, что он всё ещё здесь. Тётя Афена, до этого молчавшая, поднялась и подошла к нам.

— Лиана, — сказала она, мягко, но с той силой, которую я всегда чувствовала в её голосе, — ты не одна. Мы твоя семья, пусть и не по крови. И если кто-то решит пробудить древнюю силу ценой твоей жизни, он столкнётся с целым замком драконов.

Я хмыкнула, не в силах сдержать улыбку. Даже в момент, когда мир, казалось, готов рухнуть, тётя умела вернуть тепло. Осталось только сообщить обо всём родителям. Они точно не обрадуются таким новостям.

— Мне нужно идти, — я сделала движение, чтобы отстраниться от Армана, но он крепче сжал мои плечи. — Я должна восстановиться, подготовиться. Ты сам слышал, что сказал Гришан.

— Я слышал, — ответил он, не отпуская. — И именно поэтому ты остаёшься здесь.

Услышав это, я медленно подняла голову, чтобы встретиться с Арманом взглядом. С каких это пор больные командуют своими целителями? Да ещё и хватают без спроса, заключая в мягкие, тёплые объятия с запахом лаванды. Приятный, кстати, запах. Такой нежный, спокойный, который хорошо ему подходит.

— Арман, — сказала я твёрдо, — если ты не отпустишь меня, начну лечение с твоей головы. Ударом.

Он усмехнулся, но руки не убрал.

— Тогда придётся держать тебя крепче. Вдруг ты решишь сбежать до того, как я успею сказать, что…

Он замолчал. И это молчание оказалось громче любых слов.

— Что? — спросила я, чувствуя, как внутри всё сжалось.

— Что я не просто боялся втянуть тебя. Я боялся, что если ты придёшь, то уйдёшь навсегда. Что проклятие заберёт тебя.

Гришан, всё это время молча наблюдавший за нами, наконец заговорил:

— Нам нужно составить план. Если врата активируются после полного исцеления, мы должны быть готовы. Я уже отправил запрос в архив Раскола. Возможно, найдём следы тех, кто создавал формулу.

— А я свяжусь с матерью, — сказала я. — Она знает больше, чем говорит.

И вот через каких-то несколько часов два семейства собрались в одной комнате. Никто не спорил, не кричал, спокойно рассуждая, как быть дальше. Это само по себе было подозрительно. Обычно такие собрания сопровождались всплесками эмоций, и попытками перебить друг друга. Но сейчас стояла сдержанная, плотная тишина.

— Мы изучили формулу, — наконец сказала мама, не глядя на меня. — И да, она построена на Песне Души. Но не просто как на источнике. Как на проводнике.

— Проводнике чего? — спросил Арман.

Мама повернулась. В её глазах не было страха. Только усталость и знание.

— Силы, которую когда-то называли Песнью Перехода. Ее хотели использовать, чтобы открыть другие врата. Направленные в определенное место. Но она была слишком опасна. Разрушала тех, кто пел в самом начале.

Все взгляды обратились ко мне. Очень приятно из простой целительницы превратиться в центр вселенной.