Песнь койота

Размер шрифта: - +

Глава 1-1. Если друг оказался вдруг

«Луна, успокой меня.
Луна, успокой меня — мне нужен твой свет.
Напои меня, чем хочешь, но напои.
Я забытый связной в доме чужой любви.
Я потерял связь с миром, которого нет[1]».

 

         

Найрад не любил уезжать, но не мог долго оставаться на одном месте: в крупных городах – не дольше месяца, головорезы там быстро выходили на его след, в средних – не больше полугода, а в потрёпанных провинциальных городишках – максимум год.

Время переезда он угадывал интуитивно, хотя даром предвидения не обладал. Звери могут чувствовать опасность, но в случае с Найрадом животная половина была ни при чём. Когда долго живёшь в бегах, ощущение, что пора делать ноги, приходит само собой.

Вот и сейчас, лёжа в кровати и готовясь ко сну, он понял, что настал «час икс». Закончился год спокойной жизни. Если не скрыться, неприятности не заставят себя ждать.

Однако Найрад не спешил, предчувствие давало зазор в день или два – было время закончить дела и попрощаться с друзьями.

Парень задвинул в дальний угол мысли о переезде, сладко потянулся и подоткнул под голову край прохладной подушки. Кто знает, когда ещё удастся вздремнуть со всеми удобствами в собственной постели.

Сон, будто повинуясь его мыслям, не заставил себя ждать. Тягучая пелена забытья раскрыла для него свои объятия.

 

Найрад бродил по берегу водоёма и искал вход в потайную пещеру. Розоватая дымка заката подбиралась к глади горного озера. Ветер шелестел в высокой траве, обрамляющей берега.

На краю обрыва вдруг появился пианист в вечернем фраке.

Поклонившись невидимой публике, он встряхнул волосами, сел на табурет и ударил по клавишам.

Звуки инструмента разлетелись по всей округе, горное эхо откликалось на мелодию причудливыми отголосками.

Шикнув на пианиста, парень продолжил цепляться за сон.

Он должен найти пещеру.

Музыкант сыграл мелодию в третий раз.

Най ощупывал замшелые скалы, стараясь не проснуться. Он хотел только одного, чтобы звонки прекратились, и наступила спасительная для сна тишина. Но рингтон никак не хотел умолкать.

Пришлось разлепить глаза и отыскать взглядом трезвонящий мобильник.  

На улице стемнело. Электронные часы на тумбочке показывали одиннадцать вечера.

Найрад встал, подошёл к окну и открыл форточку.

Телефон снова зазвонил.       

– Кто ты, чудовище? – буркнул он в трубку первое, что пришло в голову.

– Спишь, что ли? – послышался бодрый голос Зара.

– Уже нет.

– Извини, – протянул приятель на другом конце провода.

Найрад взял с журнального столика кружку с холодным чаем и сделал большой глоток. Он не любил, когда его будили, но в свете последних событий, парень даже обрадовался неожиданному звонку друга.

– Да, ерунда. Где пропадал-то?

– Потом расскажу. Я сейчас с ребятами в «Погребок». Ты с нами?

 

Найрад познакомился с Заром, как только приехал в Кренс. В первый день он без дела слонялся по городу, глазея на витрины, когда увидел местных ребят.

Юноши сидели на ступеньках здания с высокими колоннами, окружив уличного гитариста.

На певце было три слоя одежды, космы торчали в разные стороны, а чёлка почти полностью закрывала глаза. Пел парень просто изумительно.

Мотив казался отдалённо знакомым, и Найрад проникся симпатией к этому странному существу.

Бард взял последний аккорд. Гитара смолкла. На лицо юноши упала непослушная прядь.

– Здорово поёшь, – похвалил Найрад.

– Спасибо.

– Сам сочинил?

– Почти, – певец поправил чёлку и взглянул на слушателей, хитро прищурившись, – перевёл.

– Круто, ещё сыграешь?

– Мне идти надо, но, если хочешь, расскажу пару переводов по дороге, – сказал новый знакомый, передавая гитару рыжеволосому другу.

– Тогда пройдёмся, – без колебаний ответил Найрад.

Погода стояла отличная, делать было нечего, так что новое знакомство оказалось весьма кстати.

По счастливой случайности у ребят оказалось много общего: им обоим нравилась рок-музыка, раньше их донимали косые взгляды в школе и мечты о создании крутой рок-группы.

Парни болтали как заведённые обо всём на свете, легко переключаясь с темы на тему: от грибов на лесной опушке до американских бодхисатв шестидесятых, и во всём находили точки соприкосновения. Через пару часов они расстались довольные друг другом, с тем редким чувством, которое возникает, когда выговоришься и абсолютно уверен, что тебя поняли.

 

По окну приветственно звякнула галька, а Найрад всё ещё смотрел на кучу барахла в шкафу, по виду которого можно было с уверенностью сказать, что к носке оно не пригодно, по крайней мере, до стирки и глажки. Постояв пару минут, он сунул руку в недра полки и наугад выудил средней помятости футболку с синей змеёй. Сносные джинсы отыскались под кроватью.

Парень мимоходом взглянул на своё отражение в зеркале.

Лохматый блондин с заспанным лицом стоял посреди неубранной комнаты.

Почему, стоило хоть немного расслабиться и всё запустить, наступал час икс? В беспорядке сложно собрать рюкзак для переезда, да и появляться в новом месте заросшим, как бродяга, не комильфо. А ещё последний месяц он почти не виделся с Заром.

Парень натянуто улыбнулся своему отражению.

Чёрт с ними, со шмотками, сегодня выпала возможность провести последний вечер с другом – небольшой бонус, отвоёванный у паршивых ублюдков. Привычным движением он зачесал волосы назад, махнул рукой в окно и белкой слетел вниз по лестнице.



Анна Котавуопио

Отредактировано: 15.12.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться