Песнь о Тяньшу. Путь в тысячу ли от дома

Глава 24

Восточный район провинции Шанцин

Сознание возвращалось неохотно, голова раскалывалась, отдаваясь пульсацией в висках, в ушах стоял противный звон. Руки, связанные за спиной тугими верёвками, онемели, ноги затекли от неудобного положения. Судорожно вздохнув, с трудом разлепила глаза, веки будто налились свинцом.

Перед глазами всё расплывалось, я прищурилась, кое-как сфокусировав размытый взгляд.

Полумрак и затхлость...

– Ну слава богу, ты очнулась, – с облегчением выдохнул Эрик откуда-то с правого боку.

Я обернулась, болезненно ойкнув, когда в шее хрустнуло.

– Эрик, ты в порядке? Что случилось? Где мы? – прохрипела я пересохшим голосом.

– Жить буду, – неуверенно отозвался лидер. – А вот насчет других вопросов – понятия не имею. Сам очнулся только недавно.

Подавленно вздохнув, я огляделась.

Привязанные к опорной колонне, мы с Эриком сидели на грязном и сыром полу в заброшенном полуразрушенном поместье. Через щели в заколоченных перекладинами окнах просачивался лунный свет, на столе, покрытом толстым слоем пыли, горела масляная лампа. Тусклого света хватило, чтобы разглядеть обломки того, что раньше было мебелью, свисающую со стен паутину и валяющийся мусор.

Мда... Не так я хотела провести свой первый фестиваль в этом мире.

– Как думаешь, кто нас похитил? – шепотом спросила, чуть склоняясь к Эрику.

Его обычно прилежно уложенные волосы сейчас были растрёпаны, а нижняя губа разбита и набухла, несколько капель крови размазались по подбородку.

– Хотел бы я знать, – недобро хмыкнул он. – Но пока никто из похитителей не объявлялся.

Я подёргала связывающие нас верёвки, пытаясь развязать узлы, но лишь больнее сдавила запястья. Из соседней комнаты раздались голоса, мы замерли, прислушиваясь...

– Хо тхук дэй...[1]

Остальное я не разобрала, Эрик над ухом недовольно чертыхнулся. А через минуту за спиной послышались тяжелые шаги, становясь всё ближе и ближе...

– Тунг лай няу[2], – протянул томный голос, и пред нами предстал знакомый по стычке в лесу генерал Лак Лонг Куан.

Высокий и статный молодой парень с изящными чертами лица. Серебряная маска до носа прикрывала правый глаз, подбородок слегка вздёрнут. Часть темных волос с заплетенными по бокам косичками и красными лентами уложена в высокий хвост, остальные потоком струились по спине. Всё в той же кожаной одежде и чёрной мантии, украшенной на плечах золотыми и пёстрыми перьями.

Святые ёжики... только не он. Страх удушающей волной сковал всё моё тело.

– Да ну не, – выпалил Эрик, не сводя ошеломленных глаз с генерала, – снова этот ненормальный в перьях!

Не успел его вопль эхом разнестись по залу, как внезапно в колонну рядом с нашими лицами вонзился кинжал. Мы испуганно дернулись, сердце бешено забилось в груди, ладони стали липкими от волнения. Один из наёмников стремительно подскочил к Эрику, приблизив своё смуглое лицо к лидеру, мужчина опустил кожаную маску, демонстрируя изуродованные шрамом губы, и угрожающе процедил:

– Лай хонг ту'о'нг, линь чонг нгу![3]

Эрик поморщился, брезгливо отворачивая лицо.

– Не знаю, что вы сказали, но ваша вонь изо рта просто убивает.

Наёмник, вздернув губой, словно рычащий пёс, потянулся к кинжалу...

Я онемела, в ужасе следя за его рукой, неужели он собирается убить Эрика? Легкий щелчок, эхом отразившийся от стен, заставил наёмника дернуться. Грозно оскалившись, мужчина обвел нас презрительным взглядом и, выдернув кинжал из колонны, отошёл в сторону.

Лак Лонг смотрел на нас холодным безжалостным взглядом, не предвещающим ничего хорошего. Сложив руки на груди, он очаровательно улыбнулся, обнажая небольшие клыки.

От его улыбки мороз пробежал по коже.

Двое других наёмников с такими же кожаными масками на лицах притащили широкий стул и заботливо поставили его за спиной Лак Лонга. Генерал вальяжно расселся на стуле, закинув одну ногу на колено другой, и начал постукивать заостренными, как у кошки, металлическими когтями, которыми были украшены его перчатки.

– Это всё ты виновата, – зашипел мне на ухо побледневший Эрик, – я же говорил тебе тогда не вмешиваться. И смотри, где мы оказались?

– Думаешь, сейчас подходящее время это обсуждать? – тихо заметила я, кидая мимолетный взгляд на лидера и, глубоко вздохнув, набираясь храбрости, обратилась к генералу: – Если вы похитили нас, желая заполучить трактат, то у нас его нет.

Губы Лак Лонга исказились в надменной ухмылке.

– Я не настолько глуп, думать, что ученик онг зя Фэн Лао доверит мот луан двум таким слабым людишкам.

– Тогда зачем вы нас похитили? – возмутился Эрик.

– Той ыок[4] получить ответы на свои вопросы, – небрежно отозвался Лак Лонг и, оперевшись локтями на подлокотники, чуть наклонился к нам. – И вы дадите их мне, – угрожающая полуулыбка отразилась на его лице, и он прибавил: – Ду сао тхи[5].

Мы с Эриком напряжённо переглянулись, похоже, живыми нам отсюда не уйти.

– И что вы хотите знать? – настороженно спросила я, нервно облизнув губы и решив подыграть ему.

Лак Лонг коршуном слетел со стула, подлетая к нам. Его глаза засияли аметистовым светом, на лбу высветился узор в форме вертикального третьего глаза, от него исходил бледно-лиловый свет. Уставившись жутким немигающим взглядом, Лак Лонг возвышался над нами подобно статуе самому себе. Мне захотелось превратиться в мотылька и упорхнуть подальше от его глаз и его самого. Не знаю, что чувствовал Эрик, но, думаю, ему тоже было не по себе.

Генерал махнул рукой, один из наёмников перерезал кинжалом верёвки, стягивающие руки Эрика, и, схватив его за шиворот, грубо поднял на ноги.

– А повежливее нельзя? – возмутился лидер, отстраняясь от наёмника и разминая запястья.

Лак Лонг приблизился, проникновенно заглядывая своим сверкающим фиолетовым взором ему в глаза. Эрик, дёрнувшись, сразу отвернул голову, закрывая глаза, но Лак Лонг схватил его за горло, сдавливая и заставляя смотреть на себя. Лицо Эрика побагровело, на лбу выступили вены.