Песнь пепла и звёзд

Глава тридцать первая: Нелёгкий выбор Безвременья

Жизнь не остановилась. Даже здесь. Пункт… жил. Но жил иначе. Адалия стояла в Зале Прибытия. Когда-то отсюда начинались рейды жнецов — в миры, к умирающим. Теперь…

…из воздуха капали души.

Они стекали в зал, будто светлые капли дождя. Без крика, без борьбы. Просто — приходили. Первыми были дети. Потом старики. Потом солдаты. Те, кто больше не держался за жизнь,

Кто уже отпустил последнюю нить,

— их Пункт теперь забирал сам.

Без посланников. Без кос. Без ритуалов. Это было новым. Таким новым, что даже Эребус шагнул вперёд, нахмурившись.

— Этого… не должно быть, — произнёс он.

— Нет, — подтвердила Адалия. — Раньше нет.

— Но теперь Пункт стал частью Безвременья.

— А Безвременье… чувствует тех, кто готов уйти.

Шикша, ползая вдоль потолка, только хмыкнул:

— Ну хоть бегать меньше придётся.

— Хотя есть подозрение: за это будет счет.

Цербер зарычал у ворот Потока.

Его центральная голова смотрела на медленные капли света.

— Они… лёгкие, — прошептал он. —

— Они почти не оставляют следа.

Фамрин, наблюдая за прибытием душ, хмыкнул:

— Они те, кто сдался.

— А те, кто цепляется?

Адалия и Эребус обменялись тяжёлыми взглядами.

— Их всё ещё нужно забирать, — сказала она.

— Жнецы.

— Мы.

Но теперь — Переход был иным. Тот, кто цеплялся за жизнь, Тот, кто боялся отпустить,

Тот, в ком пульсировала хотя бы искра желания жить, не приходил сам. Его нужно было найти.

Уговорить. Или — оторвать. И ещё кое-что было не так.

Поток, в который души стекали, больше не был прямой дорогой.

Он… петлял. В некоторых местах его окутывали воспоминания.

И души, особенно слабые, иногда блуждали, застревали в петлях своих страхов и сожалений.

Адалия провела рукой по одному из порталов Потока.

И почувствовала сопротивление.

Словно сама память пыталась цепляться за умирающих.

— Мы не просто восстанавливаем работу, — сказала она.

— Мы… меняем её.

Эребус стоял рядом, с тенями вокруг глаз.

— Пункт стал частью Безвременья.

— А Безвременье всегда было правдой.

— И никогда — легким выбором.

Но выбора у них не было.

Либо восстановить Пункт. Либо… дать мирам утонуть в бреду заблудших душ.

Адалия подняла взгляд к искривлённому своду. И в самой высокой точке, в изломанном зеркале, на миг увидела себя.

Но не теперешнюю. Ту, кем она была — до начала всего.

Девочку, стоящую на обрыве мира, и поющую песню, которую никто ещё не понимал.

Она опустила глаза. И сделала первый шаг.

Работа Пункта Началась снова.



Отредактировано: 23.12.2025





Понравилась книга?
Отложите ее в библиотеку, чтобы не потерять