Песнь пепла и звёзд

Глава Тридцать шестая: Трещина в тишине

Иногда трещина слишком тонка, чтобы её сразу заметить. Но она уже есть.

Эребус знал, что в Безвременье время не идёт —

Оно слушает. Как дыхание в темноте. Как шаг в пустоте.

Как слова, которые боишься сказать вслух. Адалия изменилась, Он не мог точно сказать как. Но знал — что-то уходит. Она стояла у самого края Пункта, где тень Безвременья касалась камня. Спиной к нему.

Он подошёл медленно, но шагов она не обернулась.

— Ты давно не отдыхала, — тихо сказал он.

— Я не могу, — ещё тише ответила она. Пауза. Глубокая, как трещина.

— Ты не должна всё тянуть одна. Мы все здесь, — его голос был осторожен,

Словно каждое слово касалось раны.

— Я знаю. Но если я ослаблю хватку — всё рассыплется.

— А если ты исчезнешь?

— Тогда… это всё равно, что дышать под водой. Несколько мгновений — и всё.

Он смотрел на неё долго.

Слишком долго.

Потом спросил:

— Ты боишься?

Она обернулась. Её глаза были полны света и пустоты одновременно.

— Боюсь оставить тебя, — сказала она почти беззвучно.

Он замер. И всё внутри него закричало. Но он не сказал ни слова.

— Ты ведь знаешь, я не предам, — продолжила она.

— Знаю, — выдох.

— Если отвечу тебе — я исчезну.

— Если не ответишь — я сгорю.

Между ними — целая вселенная.

Из боли. Обетов. И невозможного выбора.

Она шагнула ближе. Совсем чуть-чуть.

Он сделал то же.

И между их ладонями осталась трещина,

Как паутина между мирами.

— Прости, — шепчет она.

— Не за это, — шепчет он.

— Тогда за что?

— За то, что я всё ещё верю, что можно иначе.

И вновь она отворачивается. Чтобы он не увидел, как её рука дрожит. Как трещина в груди стала больше.

Как выскользнула ещё одна песчинка — И с ней ушло её первое воспоминание о нём.

Письмо от Совета он получит позже. Но самый страшный сигнал уже прозвучал.

Он просто не понял — Он прозвучал в её тишине.



Отредактировано: 23.12.2025





Понравилась книга?
Отложите ее в библиотеку, чтобы не потерять