Песнь полуэльфов

Глава 2

Место, где должно было проходить изгнание, находилось на окраине великого леса Эльтесин. Деревья в этом месте били редкими, но в тоже время, с широкими кронами. Открытая местность, зашита от солнца и осадков, близость города и большое количество пограничных застав делало его отличным местом сбора войск. Ни единожды здесь собирались войска лесных эльфов в поход на северные земли людей.

Издали казалось, что эльфов на месте около пары тысяч. Но подходя всё ближе, полуэльф понимал, что их гораздо больше. Одних только стражников было не менее тысячи! А в обычной одежде эльфов не менее 5 тысяч. К чему такое количество?

Конечно, изгнание грязнокровных ожидаемое, и для множества, даже интересное событие. Но что бы в таких количествах...

Проходя мимо толпы, и, невольно заглядывая в лица смотрящих, он понял почему они здесь. Он видел семейную пару с чёрными траурными шарфами, на которых были вышиты деревья с опадающими листьями - символом увядания и потери. Они повернулись взглянуть на него - и он увидел причину их прихода: грусть жены и злость мужа.

"Неужели в моём изгнания они видят месть за свою потерю?" - думал Карденесин.

Он смотрел на дворянина в одеждах, вышитых серебряными нитями. Тот не скрывал своей радости в разговоре с другим представителем знати. Они синхронно повернули голову в его сторону и одарили презрением, которую могут выражать лишь эльфы - презрение к навозному жуку, смешанное с чувством личного превосходства.

"Как искренне, надеюсь любят они с той же силой и жаром".

Он увидел эльфийку, держащей прижатые друг к другу ладони, да таким образом, что бы большие пальцы держали подбородок. Молилась. Неожиданно она открыла глаза и в них блеснул огонь, присущий лишь истово верующим.

"Я бы не удивился, если бы она выхватила нож и бросилась с ним на меня. Фанатики готовы на всё, что бы исполнить волю своих богов, или же чужую волю, смешанную с собственной слепотой."

Проходя всё глубже в толпу, он всё чаще встречал безразличие, облегчение и радость. И взгляды, переполненные этими чувствами, были самыми тяжёлыми из всех. Ведь это были взгляды родителей полуэльфов, что привели своих блудных детей на изгнание. Глядя на них, он представил своего опекуна, стоящего в этой толпе и с нескрываемым удовольствием наблюдающим за процессом.

"Интересно, а если бы это была казнь, радовался бы он этому приговору? Радовался бы, и не только он. Хорошо что не пришёл, даже скажу спасибо."

Его раздумья прервались видом странной картины: шесть стражников полукругом стояли у очень рослого и крупного полуэльфа, при этом, они обнажили свои клинки. Было понятно, что этот силач с кем-то разговаривает, но с кем, было не видно. Лишь подойдя ближе, Карденесин увидел его собеседника, и увиденное было невероятным.

Там стоял сантилан. Сантилан - это мудрец, и иногда, и пророк у эльфов. Их всегда было легко отличить - Богиня природы награждала своих избранников благословением, под влиянием которого их тело со временем "деревенело"; то есть, их руки, ноги, торс, а в конце и голова, становились полностью деревянными. Вместе с тем, они не только увеличивали свои характеристики разума, но и постигали волю Богини, тем самым, служа ей и всему лесному народу.

У сантилана, что стоял сейчас, были уже одеревеневшие руки, крючковатыми пальцами которых он сжимал посох, на который опирался. Повернувшись на Карденесина, он взмахнул рукой, тем самым призывая остановиться. И он, и его сопровождающие, словно ведомые некой силой, сразу остановились. Мудрец же, сказав пару слов своему рослому собеседнику и похлопав его по груди, стал приближается.

У него была странная походка, и не менее странный взгляд, и что пугало, неведомые мотивы.

- Не бойся полуэльф, я здесь не для того, что бы причинить тебе или другим вред. И не затем, что бы поиздеваться над грядущим тебе и иным испытанием...

- Я и не помышлял о том...

- Помышлял, - перебил мудрец, - и я это знаю. Как и знаю помыслы здесь собравшихся. Это так же очевидно, как и то, что за летом следует осень. Но я пришёл не за этим. Тебя зовут Карде...

- Карденесин, сантилан, - ответила за него тётя.

- Я не с тобой говорю, танцовщица. Я знаю, что вас учат шпионить, но я хочу поговорить и изгоняемым.

С этими словами он пристально посмотрел на неё. Не в силах противиться его взгляду, она отошла на пару шагов назад, как и второй сопровождающий.

- Так лучше. Прежде всего, я должен тебе сказать - это не твоё имя. Всё, что я вижу - это Карде. Твоё имя недоговорено.

- Я знаю, мудрейший.

- Хорошо, знай. Но и не за этим я здесь. Я хочу тебе сказать - не бросай других. Те, кто наделён большими талантами, способностями, характеристиками несут большую ответственность за окружающих, чем иные. Ты видел того рослого парня?

- Да, его трудно не заметить.

- Верно. Он рождён сильным. На нём тоже будет большая ответственность за всех вас. Крепись дитя. И не бросай тех, кому нужна твоя помощь.

- О ком вы говорите, мудрейший. О каких "всех нас" вы говорите?

- О тебе, и их.