Песнь зеленой рощи

Глава 2: Лесные когти

Телега Хемиша покачивалась на скреплённых верёвкой досках, словно пьяный гном на празднике урожая. «Ещё пару минут, и мы поедем быстрее, чем эльфы от налогов!» — кричал гном, закручивая гайку огромным гаечным ключом. Но лес уже решил иначе.

Сначала послышался шелест — тихий, как змеиный шёпот. Потом воздух разрезали острые листья, блестящие, словно стальные лезвия. Один вонзился в борт телеги, едва не задев ухо Хрипуна. «Эй, это кто тут листья метает? — взвизгнул кенгу, прыгая в укрытие. — Я не подписывался на садовую войну!»

Из чащи вышли трое. Существа, сплетённые из корней и ветвей, с глазами-сверкающими ягодами и пальцами-шипами. Они двигались плавно, как танцоры, но каждый шаг оставлял на земле трещины. «Дриады? — пробормотал Лукас, вытаскивая из складок плаща чёрный жезл. — Нет... Это хуже».

Первая атака.
Деревянный великан взмахнул рукой, и десятки игл полетели в группу. Ирина рывком прикрыла Хемиша щитом, приняв удар на себя. «Работай быстрее, изобретатель! — крикнула она, стиснув зубы. — Эти «цветочки» не ждут!» Щит заскрипел под градом шипов, но воительница не отступила ни на шаг.

Гог, размахивая топором, бросился вперёд. «Орки ломают деревья на завтрак! — ревел он, рубя ветви, что пытались схватить его за ноги. — Ты, палка, сейчас станешь дровами!» Один из монстров, напоминающий искривлённого эльфа, ударил варвара по спине, но тот лишь засмеялся: «Чешешь, как малыш!»

Хрипун vs. Лес.
Кенгу метнулся между деревьями, как тень. Его кинжалы сверкали, отсекая летящие шипы. «Эй, деревяшка! — дразнил он, перекатываясь под ударом. — Ты когда-нибудь видел, как горит лес?» Лукас, будто услышав намёк, поднял жезл. «Отойди!» — рявкнул он, и пламя вырвалось из его ладоней, охватив одного из монстров. Дерево завыло, трескаясь от жара, но не падало.

Гном, весь в поту, колотил молотком по оси. «Чёртов смоляной клей... Почему он не застывает?! — ворчал он, бросая взгляд на битву. — Эй, Гог! Отвлеки их, а я тебе бесплатную бочку эля налью!» Варвар, перерубив очередную ветку, рявкнул: «Две бочки!» — и ринулся на самого крупного противника, отвлекая его от телеги.

Лукас, заметив слабое место у горящего монстра, метнул в его «сердце» — светящийся шар из коры — ледяной шип. Существо рухнуло, рассыпаясь на щепки. «Один!» — холодно констатировал чародей. Ирина, воспользовавшись замешательством, пронзила второго противника мечом, но третий, хитрый, обвил её ноги корнями. «Ирина!» — закричал Хрипун, метнув кинжал в «глаз» чудовища. Тот дёрнулся, ослабив хватку.

«Готово! — взревел Хемиш, ударив кулаком по телеге. — Все aboard!» Двигатель, собранный из бочонка, шестерёнок и чего-то дымящегося, заурчал. Телега дёрнулась, колёса завертелись, вырываясь из грязи. Гог, схватив Ирину за руку, втащил её внутрь. Хрипун прыгнул на подножку, а Лукас швырнул в преследователей огненный шар, замедляя их.

Они мчались, оставляя за собой дым и треск ломающихся веток. Гог, истекая смолой вместо крови, хохотал: «Видал, Ирина? Я им показал!» Воительница, перевязывая рану на руке, улыбалась: «Ещё бы... Ты почти стал ёжиком».
Через час пути они увидели их — беженцев. Старики, женщины, дети, тащившие узелки и котомки. Высокий старик с седой бородой шагнул вперёд: «Вы... вы в Остенвальд? Не ходите туда. Лес сошёл с ума...» За ним робко выглянула девочка, сжимая в руках куклу из моха. «Папа там остался, — прошептала она. — Он сказал, что вернётся...»

Хемиш притих, впервые за день. Даже Гог не нашёлся с шуткой. Только Лукас, глядя в сторону деревни, пробормотал: «Интересно...» Но в его глазах, холодных и бездонных, мелькнуло что-то новое — тревога.

Телега, скрипя всеми болтами, двинулась дальше. Впереди был Остенвальд. А за ним — тайна, которая не оставит их в покое.