Песня двух миров

5. Чужие чулки

Возвращаясь домой, я почти не смотрела за окно каюты. Я размышляла о бусах из ракушек, о Сириле и Ами, поэтому за ужином даже не сразу поняла, что именно сказал отец.

А потом до меня дошло.

- Сестра… Едет… С нами… На открытие? - задыхаясь, выговорила я. - В качестве… В качестве кого?

- Не беспокойтесь. Я еду в качестве вашей компаньонки, - недовольно произнесла Эрмина. - Боитесь, что я уведу у вас женихов? Не стоит. У нас с вами немного разный уровень, - холодно добавила она.

О, а с этим я была согласна. До открытия сезона оставались считаные дни, от волнения у меня иногда дрожали пальцы, и таррон не пел, а бессвязно бормотал, вторя тому, что было на душе.

- Лар Алвизо сказал, что мы останемся во дворце на несколько дней, - с восторгом сказала Нава, которая зашла ко мне проверить, не нужно ли госпоже что-то перед сном. - Мы займёмся вашим багажом. Вы сами отберёте платья, лара, или нам с девушками заняться этим?

- Бери все новые. - Я покусала ноготь на большом пальце, заметив, как Нава при этом прищурилась. - Что? Прекрати смотреть на меня, как Дарва. Это непочтительно.

- Прошу прощения, лара, - без тени вины в голосе откликнулась она.

Нава вышла в гостиную, а я вздохнула. Отец всегда говорил, что кмаа по своей природе не отличаются умом, но моя горничная была весьма сообразительной. Да что уж там, мне встречались и асаллари, которые оказывались куда глупее неё.

- Затратное это дело - балы, - раздался голос Навы из гостиной. - Лара Эрмина мне на днях рассказала, как увеличивается расход дейтера, когда столько гирлянд развешано всюду. Я аж удивилась.

А я вот тоже удивилась - какие это дела у моей служанки были с сироткой?

- Ты решила подружиться с моей сестрой-бастардом?

- Ну, она… - начала Нава и осеклась, потому что я вышла в гостиную и смотрела на неё очень выразительно. - Извините, лара. Я же не могу отказаться выполнять поручения лари. Приносила ей бельё из прачечной и поговорила между делом.

- У неё есть собственная горничная. Ты не обязана служить ей.

- Я поняла вас, лара. Извините. Ваш набор для ухода за ногтями тоже класть? - попыталась она отвлечь меня.

- Не думаю, что мы задержимся там надолго, - улыбнулась я. - Выберу одного из племянников, папа оформит помолвку - и отправимся обратно, готовиться к свадьбе.

Нава прикусила губу и отвела взгляд.

- Что-то не поняла, - нахмурилась я. - Что за взгляды?

- Вы просто так уверенно говорите, - дерзко заявила Нава, - будто это вам выбирать. А девушки-то шепчутся, что это скорее смотрины для племянников. Они выбирать будут. Не вы.

- Да что ты несёшь, - сморщилась я. - Нава, я дочь дома Ортеон. Во мне сильнейшая кровь, я ослепительно красива, а наш род богат. Забыла, кому служишь?

- Я-то не забыла. Но и вы не забывайте, лара, конкуренток у вас будет сотня, не меньше. Вы же знаете, что велар Дастан, к примеру, женился вопреки указанию родителей. Да, не все девушки знатные, как вы, и не все унаследовали такую силу, но всё же…

- А ну, тихо! - скомандовала я, вскидывая ладонь. - Мне нужно подумать.

Нава учтиво присела и поспешно вышла. Понимала, нахалка, что лишнего наговорила… Я села перед зеркалом, оперевшись подбородком на сплетённые пальцы, и нахмурилась. Горничная была права: я действительно слишком самонадеянно относилась к происходящему. Теомад с Аспером могут взбрыкнуть, как их дядя, и отказаться от невест, настоятельно предложенных родителями. Ну, допустим, обоим выбрать абы кого не дадут, так что в любом случае хоть один велар мне да достанется.

Вот бы взглянуть на них! Действительно ли красавчики, как шептались недавно служанки? Хотя, служанкам-то откуда знать... Тоже наверняка повторяют чьи-то сплетни.

Я схватила щётку в драгоценной оправе и яростно приглаживала волосы, пока не устала рука. Нава, пакостница, заронила в мою душу зерно сомнения. Цена ошибки была настолько высока, что я, никогда не знавшая неуверенности в себе, теперь маялась ею.

Домашнее платье, шурша, упало на скамью в изножье, а за ним невесомым облачком улетело и нижнее. Я надела такую же тонкую ночную рубашку, откинула одеяло и свирепо плюхнулась на кровать.

И тут же вскочила, едва не заорав. Подо мной было что-то мерзкое, мокрое и холодное, и я спешно хлопнула ладонью по лампе, зажигая её на полную яркость.

Чулки! Мокрые, ношенные кем-то чулки, толстые и очень тёплые, в какой-то прилипшей траве и пятнах грязи. Я зажала рот рукой, преодолевая брезгливость. Что это?! Сирил как-то подбросил мне нечто живое и склизкое, вот так же, под одеяло, но это было десять кругов назад…

А потом я поняла, чьи это могут быть чулки, и во мне вскипела ярость. Я накинула домашнее платье, решительно подошла к туалетному столику и схватила щипцы для завивки волос.

Наверное, стоило позвать Наву. Но в тот момент я не думала об этом. Я клокотала яростью, и воняющие чем-то странным чулки, которые колыхались передо мной на щипцах для завивки, пока я впечатывала свирепые шаги в ковёр коридора, были единственным, что я видела и о чём думала.

Дверь распахнулась от пинка, и я влетела в комнату мерзкой сиротки, потрясая чулками.