Песня двух миров

10. Пакость

Велар стоял там, высокий, светловолосый, и учтиво улыбался входящим. Ах, слухи не врали! Какая же изысканная внешность… Он будто сиял среди светлого золота и резного мрамора, излучая какой-то собственный свет. Мой велар! Я досчитала до десяти, выравнивая дыхание, стараясь идти плавно, но сердце трепетало в радостном предвкушении.

- Вы привезли наследницу дома Ортеон?

Ах, какой голос! Аспер с улыбкой смотрел на нас, а я украдкой разглядывала его элегантный костюм, украшения и пряди золотистых волос, падающие на плечи. Выше взгляд не поднимала: неприлично… Но так хотелось!

- Да, велар, - откликнулся отец. - Надеюсь, вы найдёте отклик в моей дочери.

И Аспер протянул мне руку. Я торопливо сняла перчатку, шагнула вперёд и наконец подняла глаза, вкладывая слегка дрожащие пальцы в его ладонь. Встретилась с ним взглядом…

Мир кружился, и мы с веларом были в центре этой воронки, похожей на те, которые я видела, когда наш остров проходил над бурями внизу. На несколько мгновений всё, что было вокруг, перестало существовать, растворилось в золотых огнях гирлянд.

Аспер отпустил мою руку. Я снова стояла в зале, сверкающем драгоценностями. Велар с любопытством свёл брови, вглядываясь в моё лицо, я пыталась отдышаться, но выходило откровенно плохо.

- Прошу. - Дядя снова выставил локоть. - Я отведу вас.

Краем глаза я заметила, как отец подводит Эрмину к велару, и чуть не скривилась. Римтан провёл меня к ступенькам, ведущим на возвышение, и передал мою руку распорядителю, стоявшему там с важным видом.

Я устроилась на одном из диванчиков, глядя, как отец ведёт сестру-бастарда по залу к местам для особых гостей. Её лицо светилось счастьем. Кто бы мог подумать! Такая возможность и не всем асаллари выпадает - встретиться с веларом и даже коснуться его.

Но смотреть на неё не хотелось. Я перевела взгляд на Аспера, к которому одну за другой подводили лар. Юна, Бланка… На другой стороне зала тоже было оживлённо. С моего диванчика рассмотреть многое не удавалось - толпа гостей заслоняла Теомада и его свиту, - но, судя по всему, там происходило то же самое: девушки с сопровождающими подходили и отходили, радостно или растерянно улыбаясь.

Сирил верно сказал - не распыляться. Я вернулась взглядом к будущему супругу. Как же мне повезло… Изысканные манеры, изящная наружность. Глаз не отвести!

Диванчики постепенно заполнялись. Вот ко мне подсела юная лара из дома Марцио, вот с другой стороны пристроилась старшая дочь лара Рензо… Я знала, что над нами, на балкончике, в роскошных креслах восседают, наблюдая за балом, старшие велари - Дастан с Мисалией и Эртан с Юллали, и изо всех сил надеялась, что произвела на них приятное впечатление.

- Говорят, женившись, младшие велари, возможно, увезут жён на юг, - сказала Мариса, глядя на меня. - Там такое злое солнце, по рассказам придворных асаллари…

Я улыбнулась и втянула воздух сквозь зубы. Без сомнений, Мариса каким-то образом узнала о постыдной склонности моей кожи к дрянным веснушкам. Хотя оставалась надежда, что это просто оттенок моих волос навёл её на эти мысли - как я ни пыталась, какие рецепты ни пробовала, едва заметную рыжину со светлых прядей вывести так и не смогла. Ну, ничего. Тут, в Джамеро, уж точно найдётся средство, о котором даже бойкая Нава не знает. Что-нибудь чудесное, чтобы веснушки больше никогда не злили и не расстраивали меня.

- Думаю, велари могут себе позволить отказаться от того, что досаждает им, - мягко отозвалась я. - Ни один вменяемый асаллари не будет терпеть неудобств, которых можно было бы избежать.

Мариса задрала носик. Да, да, лара Улвино, как только я стану веларой, никто не заставит меня общаться с тобой, даже и не надейся.

Наконец церемониальная часть закончилась. Распорядитель подал знак, музыка стала громче, а советник в одеянии Магистериума, стоявший рядом с Аспером, что-то сказал тому на ухо. Я не смогла прочитать по губам, но велар направился к нам упругой уверенной походкой. У девушки рядом со мной вырвался восхищённый стон, а я спрятала улыбку.

- Позвольте пригласить вас, лара, открыть этот бал, - сказал Аспер, протягивая мне руку.

- Почту за честь, - сказала я, вставая.

Раздался треск ткани. Я обмерла и побледнела. Подняла глаза на Аспера - а он стоял, ошарашенно заглядывая мне за спину.

- Ваше платье… - прошептал он.

Меня будто заморозили. Пошевелиться было страшно: я понимала, понимала, что произошло. Это не было покушением на мою жизнь, но это было настоящее убийство моего достоинства.

- Прошу прощения, велар, похоже, мне придётся отказать вам в этом танце, - пробормотала я онемевшими губами.

Распорядитель уже бежал к нам. Девушки с ужасом смотрели на нас, а я ощущала себя так, будто это не платье приклеилось к диванчику, а моя собственная кожа. Зал тоже замер, я стояла под сотнями взглядов, умирая от стыда и ярости. Аспер шепнул пару слов распорядителю, тот - помощнику, и через пару бесконечных минут какой-то слуга подбежал ко мне с роскошным расшитым плащом.

- Позвольте, - сказал Аспер, накидывая плащ мне на плечи, пока побледневшая служанка отдирала мой несчастный подол от обивки. - Арманд, выясни, как это случилось. Лара, прошу вас, возвращайтесь сегодня. Этот вечер не принесёт мне удовольствия, если на нём не будет вас.

Я кивнула, еле сумев согнуть одеревеневшую шею. Аспер повернулся к Эрмине и протянул руку ей.

- Почту за честь, - отозвалась сиротка, сверкая глазами.

Я не смотрела, как он вёл Эрмину в зал под яростные перешёптывания девушек. Не смотрела, но всей спиной чувствовала её неприкрытый, бесстыдный восторг от того, что велар открывает бал с ней, бастардом рода Ортеон. Ничего… Ничего. Я найду того, кто пакостит мне, и месть моя будет страшна.

Нава кинулась ко мне, стремительно бледнея, но я вскинула ладонь и показала глазами за спину. Клянусь, если бы я заговорила, случайно прокляла бы и горничную, и весь остров Джамеро, и весь наш мир, наверное.