Песня двух миров

20. Опять эти брови

Я закрыла глаза. Примерно полтора часа назад казалось, что моя жизнь не может стать хуже. Но вот она я, высокородная лара Ортеон, сижу на погребальной лодке какого-то поддельного покойника Маттео Алькретине, который произносит при мне жуткие непотребные слова, в его вонючей рубашке и штанах, и лучше бы я была тем усопшим, которого на этой лодке пока нет.

- Чего расселась? - гаркнул он так, что я подскочила. - Подбери и развешай, пока не стухло на моей палубе!

- Я не знаю, как, - тихо сказала я, чуть не плача. - Где?

- На корме, - скривился он. - Верёвки!

Он отвернулся к борту, бормоча ругательства. Я поднялась, шатаясь, - голова закружилась вдруг очень сильно, - подобрала мокрые вещи и направилась к корме. Там, за небольшой надстройкой, действительно обнаружились какие-то верёвки и странные куски дерева, висящие на них. Я помнила, как примерно выглядит развешанное бельё, и постаралась придать своим вещам такой же вид. Под ногами постоянно мешалось какое-то ведро, я отодвинула его в сторону и ещё раз окинула взглядом плоды своего труда. Панталоны с чулками, конечно, повесила под платье - чтобы какой-то кмаа видел моё бельё… Никогда!

Я вернулась к своему месту у борта, прижимая рукой вырез огромной рубашки, который открывал гораздо больше, чем следовало. Бандит сидел, откинув голову и глядя куда-то наверх, в толщу облаков, окружавших лодку.

- Развешала? - резко спросил он.

- Почему вы обращаетесь ко мне на «ты»? - нахмурилась я, не выдержав его нахального тона. - Вы… Ты же не асаллари… Ты кмаа или помесь?

- А тебе какое дело? - скривился он.

- Обращайся ко мне уважительно! - воскликнула я, сжимая кулаки.

- А ты заставь, - ухмыльнулся он. - Ну?

Я сжала зубы в бессильной ярости. Какой-то кмаа разговаривает со мной на «ты», да ещё и смотрит…

Вдруг я поняла, куда направлен его взгляд, вдохнула, но не выдохнула. Прижала обе руки к вырезу рубашки, а уши обожгло.

- Как ты смеешь?! - крикнула я.

Маттео резко отвёл глаза и, кажется, покраснел.

- Я дам тебе нитки. Зашей это, - слегка сдавленно буркнул он.

- Я не умею шить.

Он вытаращил на меня глаза, потом, видимо, спохватился и снова отвёл взгляд.

- Отвези меня домой, пожалуйста, - сказала я тихо, вытягивая запястье. - Вот метка рода. Ортеон.

Он лишь скользнул взглядом по тонкой поблёскивающей полоске и промолчал.

- Ты же… Ты вор. Ты забрался в покои велара в поисках золота. Я дам тебе золото. Наш дом очень богат. У меня и с собой есть немного… - Я вспомнила про мешочек в кармане. - Подожди… Сейчас.

Я встала, придерживаясь рукой за голову, которая теперь не только кружилась, но ещё и болела. Но устоять на ногах не удалось - накатила жуткая слабость.

- Принеси моё платье, там в кармане мешочек, - сказала я, осторожно опускаясь обратно.

- Тебе надо - ты и неси.

Я похлопала глазами, поражаясь его нахальству. Да что он себе позволяет? Но он смотрел на меня как-то особенно презрительно, да ещё и прищурился, и я вдруг вспомнила его слова про полёт за борт по щелчку пальцев. Он был гораздо, гораздо крупнее меня и на добрых полголовы выше, и почему-то я верила его угрозе.

- Тебе… вам разве не нужно золото? - вкрадчиво спросила я, выдавив из себя улыбку.

- Того, что мне нужно, у тебя нет, - отрезал Маттео. - Сиди молча и не мешай, а то кину в трюм.

Ну, хотя бы уже не за борт.

И я сидела. Правда, я не поняла, чему вообще могу помешать - он ничем особенным не был занят. Достал из-под палубы непонятные деревянные штуки и строгал их ножом, сдувая стружки, потом поправил уловитель воды, пошумел чем-то в так называемом трюме, снова уселся напротив меня и сплетал какие-то тонюсенькие проволочки, время от времени посматривая на бумажку, разложенную на палубе.

- Может, мы сможем договориться? - спросила я наконец, спустя сотню, наверное, попыток пристроиться к борту так, чтобы измученное тело не затекало. - Верни меня в Джамеро, а я попробую найти тебе то, что ты там искал.

Он хмыкнул, не поднимая головы.

- Но ты же куда-то направляешься? - не отступала я. - Даже если на нижний уровень… Мне достаточно добраться до любого порта, а оттуда уже я…

- Хватит болтать! - рявкнул он. - Иначе я заткну тебя кляпом! Идиотка!

Я вздрогнула и подобрала ноги под одеяло. Время тянулось и тянулось, я посидела, потом полежала, предприняла ещё несколько попыток заговорить, но он поступил очень подло - просто ушёл в трюм и закрыл за собой люк.

Я легла вдоль борта, вытянула затёкшие ноги, ощущая каждой несчастной косточкой безжалостную твёрдость досок этой проклятой лодки. Даже подумалось на миг - а что если я попала на судно, которое переправляет усопших в Вечность? Правда, лодочник из легенд был куда дружелюбнее: расспрашивал о прошедшей жизни и давал добрые напутствия перед тем, как высадить на Острове Снов.

Проснулась я от ужасной головной боли. Мы по-прежнему шли в облаках, но теперь было темно, а ни одного светильника на лодке я не заметила. Тело постепенно просыпалось вслед за сознанием, и каждое мгновение приносило очередное неприятное открытие. Болело, кажется, вообще всё; во рту пересохло, а ещё было очень, очень холодно. Так холодно, что меня начало трясти.