Песня холодных детей
Глава 6: Когда границы стираются
Эдгар стоял в дверях своего мотельного номера, глядя в пустой коридор.
Свет над дверями мигал, и в каждом мигании ему чудилось, что вдоль стен стоят дети. Их силуэты возникали и исчезали в такт лампе: то он видел пустое пространство, то — ряды бледных лиц, смотрящих прямо на него.
Он отступил внутрь и захлопнул дверь, проверил замки — все были на месте. И всё же он видел, как дверь в его сне уже была открыта…
"Это сон", сказал он себе. "Я должен проснуться."
Он ущипнул себя за руку. Боль была настоящей.
Значит, это не сон.
Он подошёл к окну и приоткрыл занавеску. Снаружи — пустая парковка мотеля, тусклый фонарь, под которым стояла старая серая машина.
Но в следующую секунду под фонарём уже стояли они.
Дети.
Двадцать… тридцать. Одни держались за руки, другие стояли отдельно, но все смотрели вверх, прямо в его окно. Лица неподвижные, тени под глазами глубокие, как синяки.
И в мёртвой тишине раздалось:
I know (I know)
You belong to somebody new…
Хор звучал одновременно снаружи и внутри его головы. Эдгар закрыл уши ладонями, но голоса не исчезли — наоборот, стали громче.
Он рванул к кровати, забился в угол, пытаясь не смотреть на окно. Но тьма в углу комнаты начала густеть, приобретая форму.
Из неё медленно шагнула девочка в жёлтом платье. Та самая, с подвала. Лицо её было белее мела, глаза — чёрные, без зрачков.
— Ты ведь знаешь, что дверь открыта, — сказала она. — Мы уже внутри.
Эдгар моргнул — и она исчезла. Но за его спиной раздался тихий смех. Детский, но глухой, как будто доносился сквозь воду. Он обернулся и увидел Томми, сидящего на краю кровати.
— Мы будем приходить, пока ты не пойдёшь с нами, — сказал мальчик.
Эдгар сорвался. Он выскочил в коридор, босиком, и побежал вниз по лестнице. Но чем дольше он бежал, тем больше понимал: этажи не кончаются. Он спускался, спускался, а лестница всё продолжалась, освещённая редкими лампочками.
И где-то снизу, всё громче, звучала песня:
But tonight… you belong to me.
Он споткнулся и упал — и в тот момент, когда коснулся пола, оказался снова в своём мотельном номере.
Дверь была закрыта.
Он сидел на кровати, тяжело дыша.
"Это был сон," подумал он. "Должен был быть сон."
Но на его босых ногах был свежий слой пыли. Та пыль, что бывает только на лестницах старых зданий.
Отредактировано: 21.08.2025
Добавить в библиотеку 