Песня о Розе и Соловье. Часть 1

ГЛАВА 2.2

…Пленка в сумке только подогревала интерес. Виктория решила не тянуть до завтра и прямо сейчас поехать в лабораторию, где обычно проходят занятия по реставрации, которые она посещает.

По пути позвонила профессору, который организовывал занятия. Извинившись за столь поздний звонок, предупредила о визите в лабораторию: просто так туда не попасть, велась отчетность. Профессор знал, что девушка крайне ответственна и «горит» реставрацией, а потому позволял посещать исследовательский центр во внеучебное время: иногда Виктория восстанавливала там пленки по заказу.

Лаборатория встретила ее привычной прохладой, звенящей тишиной и легким жужжанием вентиляции. Виктория зажгла свет, бросила плащ и зонт на стул у негативной проявочной машины и направилась к столу.

«Ну, посмотрим, что там».

Резкое движение – и бумажный пакет полетел в сторону. На столе одиноко лежал сверток из странного материала. Виктория принюхалась и недовольно поморщилась.

«Раньше я работала со стандартными заводскими кассетами, – она аккуратно, двумя пальцами размотала ткань. – Что, если я все только испорчу? Я в руках никогда не держала пленку в бобине! – она вынула круглую тяжелую «шайбу». – Теперь уже держала».

Но делиться этим внезапным «счастьем» с тем же профессором не хотелось.

К большому удивлению девушки, консерва с пленкой выглядела как новая.

«Ни царапины, – Виктория внимательно осмотрела корпус и провела по нему пальцами. – Допустим, пленку аккуратно переложили в новую бобину, – она задумалась. – Но для чего? С тем же успехом ее можно было уже на этапе транспортировки передать хорошему специалисту. А не девочке-студентке, восстанавливающей кассеты с венчаниями и днями рождения».

На долю секунды Викторию даже посетила мысль, что все происходящее – таки нелепый розыгрыш. Но кому понадобилось разыгрывать ее и совершенно незнакомую девушку с Ньюкомен-стрит?

– Беднягу вообще запугали проклятьем, – припомнив недавний разговор с незнакомкой, хмыкнула Виктория . – Какая же чушь…

Аккуратно она достала пленку из футляра, мягкой замшей, слегка смоченной в специальной смеси, осторожно очистила от пыли и грязи, отметив про себя, что даже плесени на таком артефакте нет.

«Странно, негатив такой старый, а сохранился очень хорошо для нитроцеллюлозной пленки».

Спустя какое-то время Виктория уже перестала удивляться хорошему состоянию пленки: она не ломалась при любом сгибании, не требовала увлажнения в фильмостате. Но тем было и лучше: времени на реставрацию понадобится совсем немного.

Виктория вставила пленку в прибор для ручной перемотки и проверила ее на наличие деформаций. Затем бережно достала негатив и еще раз внимательно осмотрела. Перенесла на рабочий стол и занялась склеиванием кадров и заполнением поврежденных участков.

Телефонный звонок отвлек от дела.

– Чарли? – она прижала телефон ухом к плечу, чтобы не отрываться от работы.

– Жива! Отлично! И, судя по всему, домой вернешься поздно, – не спрашивал, а утверждал брат.

– Знаешь, не факт, – возразила Виктория. – Пленка оказалась в превосходном состоянии. Повреждений очень мало. В основном, выцветания. Против них я бессильна. А вот остальное я быстро реанимирую. Честно говоря, слабо верится, что эта вещица из 19 века. Уж больно она целая…

– А что курьер? Рассказал что-нибудь о заказчике или вознаграждении?

– Там странная история. Давай потом, хочу покончить с пленкой до полуночи.

– Ладно, как знаешь. Оставлю дверь открытой. Не засиживайся. Люблю тебя.

Попрощавшись с братом, Виктория вернулась к негативу.

Внезапно появившаяся работа захватила настолько, что девушка совсем забыла о времени. А когда подняла голову и посмотрела на часы, удивилась, что уже без четверти двенадцать.

«Как хорошо, что в девятнадцатом веке не снимали блокбастеры в режиссерской версии, – Виктория поднялась из-за стола и потянулась. – А то пришлось бы оцифровывать их неделю. Здесь же будет секунд 20-30, не более».

В предвкушении просмотра ролика она потерла вспотевшие ладошки.

«Боже мой, я, Виктория Роуз, первая во всем мире увижу кадры самого старого видео! Звучит как безумие!»

Фантазия активно подбрасывала варианты видеоролика: королевский бал, революция, строительство Тауэрского моста… А, может, она увидит саму королеву?

Девушка села за компьютер и немедленно приступила к сканированию и оцифровке записи. Мысли роем пчел кружились в голове, не давая сосредоточиться. Она смахнула со лба прядь волос и заклацала по клавиатуре.

Скоро основная работа по восстановлению негатива была завершена. Обычно такой процесс требует гораздо больше времени, но девушке повезло, что запись была в почти идеальном состоянии.

«Возможно, нужно будет еще восстановить звук. Хотя вряд ли он вообще будет. Это сейчас и узнаем».

Компьютер оповестил о завершении копирования и оцифровки. Момент Икс настал. Дыхание девушки сбилось, а сердце заколотилось как безумное.

Что там?