Песня о Розе и Соловье. Часть 1

ГЛАВА 9.3

Виктория постучала в дверь. Никто не открыл. Тогда она постучала сильнее. Но и после этого никакой реакции не последовало. Девушка повернула ручку. Оказалось не заперто.

– Есть кто-нибудь? – окликнула Виктория, шагая вперед.

Наверху послышался звон: что-то разбилось об пол. Девушка приподняла подол длинной юбки и торопливо поднялась по лестнице на второй этаж. Замерев у еще одной двери, прислушалась.

Раздраженный мужской голос за стеной выругался.

«Вот вам и пресловутая строгая викторианская мораль, – не без удовольствия отметила девушка. – И где она? За пределами тесных домов? А еще на наше поколение что-то говорят…»

Виктория постучалась и, не дожидаясь ответа, заглянула внутрь.

– Простите, сэр.

Это была гостиная, но она больше смахивала на школьный кабинет физики или химии. Несколько стеллажей с книгами, шахматный столик, стол у окна с непонятными приборами и пробирками, странного вида металлические конструкции, чучело какого-то зверя, похожего на динозавра.

В эркере у широкого окна вместо кресла и кофейного столика, как было принято, располагался массивный письменный стол, заваленный газетами, тетрадями и письменными принадлежностями. Лишь камин и кресло у него напоминали о том, что это гостиная.

Так и хотелось спросить, не в комнату ли Шерлока она попала. Но хозяин квартиры Холмсом явно не был. Да и миссис Хадсон, встречающей гостей у порога, не обнаружилось.

Высокий мужчина стоял у окна и рассматривал в руке какой-то разобранный предмет. Он даже не удостоил Викторию вниманием, лишь обронил:

– Что-то вы поздно сегодня.

Виктория опешила.

– Ну извините, сэр. Меня вообще могло здесь и не быть.

– Оставьте под дверью, как обычно, – спокойно сказал мужчина, по-прежнему не оборачиваясь.

– Что вы имеете в виду?

Под ногами захрустели осколки недавней вазы, судя по цветному узору, как только Виктория сделала шаг вперед.

– Молоко.

Мужчина, не глядя на нее, отложил на подоконник странный механизм, шагнул к столу и сделал пометку в блокноте.

– Какое молоко?

Девушка уставилась на мужчину. По возрасту он вполне мог бы сойти за ее старшего брата. Темноволосый, стройный, не такой высокий, как Чарли, но все равно выше Виктории. Виктория присмотрелась. Да, на пленке был определенно он.

– Коровье! – раздраженно бросил мужчина. – Почему вы задаете…

Он оторвался от блокнота и посмотрел на нее так безразлично, словно досматривал последний акт самой скучной пьесы на свете. Мгновение – и на его лице появилась тень сомнения.

– Погодите. Вы не смахиваете на молочницу, мисс.

Они изучали друг друга несколько секунд. Виктория отметила, что у Эдварда невероятно красивый цвет глаз – голубой. Но не такой, как у Эффи. Его глаза давали ощущение прохлады и спокойствия, в то время как Эффи смотрела на мир яркими васильками. В какой-то момент мужчина словно потерял интерес и вернулся к своим записям.

– Вы что-то хотели, мисс?

Виктория сделала еще несколько шагов вперед.

– Хотела ли я? Вы серьезно? Я приехала по вашей просьбе, сэр, – сказала она с нажимом. – И спешу заметить – из будущего. Так что прошу меня простить, что не прихватила с собой кувшин молока.

Она с удивлением отметила, что ее голос даже не дрогнул, и добавила:

– Хотя у вас оно тут гораздо натуральнее, могу предположить, так что огорчаться в общем-то нечему.

Слова о гостье из будущего пролетели мимо ушей Эдварда и растворились в воздухе. Определенно точно Виктория была безразлична ему.

– Вы дали объявление в газету, – напирала девушка. – А я – из Лондона будущего.

Ей безумно хотелось подойти к мужчине и вырвать из рук блокнот, обратить все внимание на себя. Но в голове звучали слова Эффи: «Манеры, Виктория!»

– Ну что за необразованные люди, – раздраженно проворчал мужчина. – Все видят только «сдам комнату», но не читают между строк.

Вдруг он резко выпрямился, развернулся на каблуках и замер.

– Погодите. Что вы сказали?

Виктория заставила себя улыбнуться, чтобы не казаться невоспитанной.

– Прошу, мисс, не улыбайтесь так фальшиво, вы тогда похожи на барсука.

От его слов стало неприятно, улыбка тут же сошла с лица. Но Виктория, хоть и приподняла подбородок выше, чем следовало, ответила учтиво:

– Я… эм… прилетела…

Она прикинула в голове, подходит ли данное слово, и решила, что прыжок с моста – тоже своего рода полет.

– … Прилетела из Лондона двадцать первого века. Меня зовут Виктория Роуз.

Мужчина повторил ее имя одними движениями губ. Он отложил тетрадь в сторону и подошел к Виктории. Обойдя по кругу, посмотрел на нее так, будто та открылась в новом свете.

– А вы, значит, мистер Эдвард…? – девушка вопросительно посмотрела на него, не дождавшись представления.