Песня полуночи

2.2

– Я тоже на это надеюсь, – сдержанно высказался Тео. – Поэтому, помимо дурня Гришки извольте познакомиться и с остальными, – Берегов кивнул в сторону. – Илья!

– Савицкий… Илья, – спохватился мужчина, который мирно сидел до этого за столом и спокойно наблюдал за происходящим.

– Очень приятно!

Илья встал, кивнул головой и пожал руку Юнике.

– О моих любовных приключениях сегодня ночью прошу не рассказывать парням, а то засмеют.

От шутки и теплого взгляда светлых глаз стало легче. И не было у него никаких приключений ночью. Тем более любовных, это Юника точно почувствовала. Даром, что перед ней был кот-оборотень. Но Савицкий не спал или спал мало – это факт. Кто-то из его близких попал в неприятности, но дальше прочитать информацию девушка не успела.

– Меня можешь звать Сан Саныч, дочка, – седовласый мужчина с кудрявой бородой и в больших очках больше походил на ученого, нежели на полицейского-оборотня. – Очень рад знакомству.

– Я тоже рада, – кого-то Сан Саныч сильно напоминал Юнике, но кого именно прямо в этот момент она вспомнить не могла. В любом случае круглое улыбчивое лицо и добрые глаза вызывали расположение и симпатию.

– А я – Никита! – радостно сообщил молоденький черноволосый парень. – И тоже работаю здесь не так давно.

– Второй год – не так уж и недавно, – подметила Юника. – Но по сравнению с остальными да, понимаю…

– Что вы понимаете? – неожиданно холодно спросил Берегов. – У нас здесь не тюрьма, никто никого не держит.

Девушка только тяжело вздохнула. Молодой и неопытный Никита стеснялся и переживал из-за своего слишком простого происхождения. Молоденький волк очень хотел быть похожим на самого Берегова. А еще был безответно влюблен в несравненную Беллу, которая его не воспринимала и в упор не замечала.

Никита отчаянно страшился, что так и не станет своим в этой компании матерых оборотней, где даже у придурковатого лиса Гришки имелся обширный послужной список, и, практически, каждый из коллег воевал на фронте.

– Я вас поняла, – твердо ответила Юника. – Всего лишь для себя сделала выводы, чтобы было проще работать.

– Тогда идите работайте, – сказано это было без видимой враждебности, но строго и с большим желанием выпроводить ее вон. А ведь именно Тео Берегова девушка так и не смогла «прощупать». Он был совершено от нее закрыт.

И как, спрашивается, его понять?

Но, чтобы не искушать судьбу и не раздражать новоиспеченного начальника своим видом, Юника пожелала всем легкого рабочего дня и вышла из кабинета вслед за Беллой.

С Беллой за ее выходку общаться больше не хотелось. Но похоже секретарша считала иначе. Она двинулась вместе с Юникой к ее кабинету.

– Не обижайся, – на этот раз совсем другим тоном, в котором сквозило неподдельное дружелюбие, предупредила Белла.

– Да я привыкла, – пожала плечами новенькая сотрудница. – В академии было всякое. Просто, мне казалось, что шкурность в таком месте как полиция должна либо отсутствовать, либо проявляться как-то по-другому.

– Я тебя умоляю, – закатила глаза Белла. – Ты вроде доказала, что на дуру не тянешь, так выветривай из своей головы все эти наивные предрассудки. Именно в МагУРе ты встретишься с таким, от чего у тебя шоры с глаз моментом сваляться. Ты уж извини, но это Тео приказал тебя прощупать. Вышло жестковато, правда. Гришка он сам по себе неплохой, малость дурноватый, и это не лечиться. Лис, что с него взять. Зато полицейский он отличный и верный. В общем, сама во всем убедишься, как только к работе приступишь.

– С твоих слов выходит, что они все прекрасные полицейские, верные и отличные, но при этом шоры у меня с глаз должны упасть. Ты то сама себе не противоречишь?

– Не-а, я здесь третий год работаю, и, поверь, успела насмотреться похлеще, чем в торговом Доме на Набережной. Ладно, – пожала плечами Белла. – Можешь обижаться дальше. Хотела предложить чаю попить, но ты надуться вздумала.

Пить чай с Беллой не хотелось. Уж больно она теперь не вызывала доверия, пробившись так грубо в эмоции и ощущения Юники. Девушка теперь понимала, что видна как на ладони со своими переживаниями и страхами. Поэтому довольно с нее уже этих проверок. Тем более в первый день. Уж больно утомляло все это.

– Можем и попить, почему бы и нет, – неожиданно для самой себя согласилась Юника. – Только заканчивай уже лезть мне в душу.

– Не буду, если обещаешь не лезть мне в голову.

– А никто и не пытался.

На том и порешили. Правда сенсор не стала рассказывать, что в голову она людям не лезет, а только считывает воспоминания с человеческой ауры.

Юника конечно удивилась, что Белла сама по себе оказалась дамой не обидчивой и довольно отходчивой. Она и правда больше не пыталась влиять на эмоции новенькой. Но девушка все равно решила для себя держать ухо востро. Сказывались четыре года академии, где каждый норовил укусить или подставить, чтобы потешить собственное самолюбие.

Никому не стоит доверять. И даже Белла права – пора сбрасывать с глаз шоры.