Песня полуночи

2.3

Пока секретарша отправилась набрать и вскипятить воды. Юника решила осмотреться в своем кабинете. На всякий случай следовало ознакомиться, где, что лежит. Особенно интересовали записывающие магикомы. Новейшие, хорошего качества – было похоже, что Берегов и правда заботиться о своих людях. В академии никто о своих студиозусах так не пекся, если кто-то из них хотел качественные приспособления, приобретал сам.

У Юники такой возможности не было. Поэтому пользоваться приходилось тем, что было. А было не густо. Соответственно оценки знатно проседали.

Достав пачку печенья, которое на всякий случай прихватила с собой вместе с коробочкой шоколадных конфет, Юника дождалась Беллу. И только девушки устроились, чтобы напиться чаю как следует перед рабочим днем, как в кабинет ворвался Гришка.

– Харэ чаи гонять, девчонки! – пробасил мужчина, схватил одну конфетку и забросил в рот, браво подмигнув Юнике. – У нас выезд на ограбление с убийством!

– Только сели чаю попить, как у вас уже ограбление, убийства, трупы, – недовольно проворчала Белла, тяжко вздыхая. – Что за работа? Что за жизнь?

– Это не к нам претензия, а к бандитам! – следующая печенюшка исчезла во рту Гришки. – Им фафы фаеписия и фплетни до… лампочки.

– Когда вы их всех переловите уже! – все еще брюзжала секретарша, больше для вида нежели из недовольства. – Третий год работаю, обещали избавиться от преступности еще в первый.

– Для тебя, Изабелла, все, что угодно! – Гришка ухватил еще одно печенье и запихал себе в рот. – Юнечка, ты готова? А то Берегов сейчас нас начнет отстреливать заместо преступников.

– Да-да… вот теперь точно все, – Юника вроде взяла самое необходимое – магикомы, и даже проявляющую пыль отыскала, хотя она была ей по сути без надобности, но мало ли пригодится.

– Где вас черти носят?! – грозно прогремел майор, отшвыривая недокуренную сигарету. – Вы что там чаи гоняли?

Юника даже споткнулась и взрыхлила бы носом землю, если бы не реакция Берегова, который успел схватить ее за плечи.

– Обижаешь, майор, – развел руками Гришка и запрыгнул в автобус. – Чаи гонял не я, а девчонки.

– Первый день, а уже бардак! – от Берегова фонило недовольством, но его руки такими оказались горячими, что девушку словно током прошибло. – Сейчас выговор объявлю… за нарушение.

Последние слова он проговорил девушке в лицо, и Юника решилась поднять взор. В глазах Тео снова полыхнуло пламя. От смущения девушка сглотнула, чтобы хоть как-то смочить пересохшее горло и неосознанно облизала губы.

– Извините…

– У вас на губах… – прошептал Бергов.

– Что? – Юника не расслышала последних слов майора.

– Садитесь… быстрее! – сдавленно произнес Берегов, практически заталкивая, путающуюся в юбках, девушку в служебный автобус. – И впредь больше не задерживайтесь и… одежду выбирайте более практичную, – предупредил Тео, влезая вслед за новой сотрудницей под рваные смешки сослуживцев.

Пока Юника ломала голову, размышляя над поведением своего начальника и коллег, Никата молча кивнул ей на окно. Но на улице она не увидела ничего необычного, зато привлекло собственное отражение в окне.

О, ужас! Ее нижняя губа была измазана шоколадом. Да и вообще весь вид Юники из-за галстука-бабочки вместе с нарядной шляпкой на голове вкупе с испачканными губами – казался смешным и легкомысленным. И как тут не почувствовать себя круглой дурой? Стараясь не привлекать внимания, сенсор полезла в сумку за салфеткой. Слава богу, больше в ее сторону никто не смотрел, кроме Никиты, который и не думал насмехаться.

«Спасибо,» – одними губами поблагодарила Юника парня.

Как-то не так все она себе представляла. Совсем не так.