Песня полуночи

18.3

– Ты был прав, дядя, насчет того, что майор Берегов увлечен женщиной, – молодой сенсор был доволен собой и не скрывал своего превосходства. – Только не той, о которой ты думал.

– Вот как? – в голосе родственника сквозило неподдельное удивление. – Неужели тощая пигалица?

– Более того, эта тощая пигалица, как ты ее называешь, стала кем-то вроде избранной волком Берегова. Я в этом понимаю слабо, но, похоже, твой план немного не удался.

– Отчего же? Все складывается как нельзя лучше, – дядя был очень доволен, а это с ним случалось очень редко.

– Но разве ты не хотел посадить майора на крепкий поводок? – в целом, Максиму было наплевать на игры дорого родственника. Но его съедало элементарное любопытство, что мог придумать этот хитрый лис в очередной раз для достижения своих целей? – Берегов не производит впечатление слабохарактерного, наоборот, прочитать его невозможно – он довольно крепко умеет выстраивать защиту, а девчонка… ну, подумаешь выбор волка. Что мы об этом знаем? Все равно я слышал, что со второй ипостасью у него серьезные проблемы. Так что мало ли, кого еще волк Берегова мог выбрать. Наиграется, забудет. Может возьмем в оборот девчонку? С ней будет проще разобраться при случае.

– Что? – в голосе дяди отчетливо звучала насмешка. – Понравилась девка, жалко отдавать, пока сам не наигрался?

В полумраке террасы было не видно, как побелело лицо Максима.

– Не смей меня пристраивать к этой бледной моли, – тихо, но твердо прошептал молодой человек, дрожащим от ярости голосом. – Просто смотри не сломай зубы о Берегова.

– Остынь, болван! – родственник не переживал о том, что их могут услышать, не стеснялся, говорил громко и уверенно. – Если девка и правда та, о которой ты говоришь, Берегов станет наш по самые уши. У него просто не будет выбора, потому что он не сможет противиться своей природе, а его природа – это вторая ипостась, поехавшая на этой тощей девице. Может это совсем не то, чего хотели мы, но это очень неплохо. А когда все закончится, мы просто за собой хорошенько приберемся.

– Как прибрались в кассе банка? – Максим зло уставился на дядюшку, лицо которого находилось в тени, и понять, какие тот испытывал чувства, было практически невозможно. – Ведь Легато умудрилась многое вынюхать и это при работе чистильщика.

– Но ведь не все вынюхала, ведь так? А ты, я смотрю, сильно начинаешь нервничать, – дядя взялся поправлять Максиму бабочку, рубашку и пиджак. – Не стоит. Ты ведь сам уверял, что девка посредственная и слабая, так чего ты дергаешься. Она ведь так и не докопалась до истины, и уже не докопается. Силенок маловато. Так что пусть Берегов носится со своей зазнобой, как с писаной торбой, у нас будет фора по времени. Ты бы сам занялся делом.

– Просто… я нутром чувствую, девчонка не спроста сегодня здесь… а если она что-то почувствует? Тогда все дело завалим.

Мужчина схватил Максима за затылок и склонился, упершись лбом в лоб молодого человека, отчего тот поморщился.

– А ты вдруг какой-то девчонки испугался? С чего вдруг? – в голосе дяди проскользнула угроза. – Или может ты в себе не уверен?

– Прекрати! – вышло довольно громко, и Максим воровато оглянулся, не услышал ли кто их случайно. – Мне та история с кассой не дает покоя. Она не должна была ничего почувствовать, понимаешь? Не должна… а чистильщик у нас ты. Вот и все вопросы к тебе.

– Должна или не должна, не тебе решать. Может я специально следов наставил, чтобы сильнее запутать следствие.

– Тогда почему твой человек из отдела сказал, что она чуть было не вышла на наш след. Даже на магиком умудрилась все записать. И сегодня она здесь тоже не просто так, нутром чую.

– А может не только нутром надо чуять, а? Что-то я смотрю, ты нутро больше подключаешь к работе, нежели сам начинаешь считывать. Ты это брось, и нюхать дрянь свою тоже брось. Включайся в работу уже нормально. Тебя вон девка в два счета обскакала. Ведь просил же тогда перепроверь все ли вычищено, ты божился, что ничего не видишь. Вот и думай теперь, делай выводы. Сам знаешь, мне лажа не нужна. А налажал у нас именно ты в прошлый раз, не я. И смотри у меня, даром, что родственник, как балласт солью первым.

С этими словами дядюшка растворился в сумерках ночи. А Максим постарался прийти в себя после весьма откровенного разговора. Раньше он никогда не задумывался, что близкий человек способен для дела пожертвовать им самим. Это казалось немыслимым. Теперь же стало понятно, что Максим лишь пешка, которую вышвырнут с доски при первой же возможности.

Чертова Легато! Молодой человек в сердцах пнул парапет ногой. Вот как так вышло, что она увидала там, где он все пропустил?