Песня Селинаса

Авентюра восьмая, где в подземелье забывается что-то важное

Талесин оказался красноречив на всё, что угодно, но не на точные подсказки того, где искать вход в бывшее подземелье.

Экслибран, как гончая или очень забавного вида вислоухая ищейка – настолько похоже его волосы спадали на плечи, – обивал сапогами тротуар так тщательно, что, будь на его месте кто-либо другой, то тот бы быстро это дело бросил, имейся в катакомбах под Загрей-ша-Йонэ хоть клад размером с пещеру со сталагмитами и сталактитами. Запомнить то, какой из минералов растёт на полу пещер, а какой – на потолке, Экслибран, разумеется, так и не смог.

Мимо места, где располагался вход в заветные туннели, троица проходила уже несколько раз, но ни в одну из пробежек из одной стороны в другую они его упорно не замечали.

Стрелок, бард и рыцарь наконец-то остановились перед низкой аркой, забранной решёткой. Вокруг неё образовалась лужа, непонятно откуда взявшаяся и невесть как долго уже стекавшая в подземелье. Проход же был достаточно широк для того, чтобы в него пролезть, что уже радовало, но он был недостаточно…

– Эти решётки как убирать? – Возмутился Ирдал, который молчал, пожалуй, слишком долго. Он не сказал ни слова про то, как долго они искали этот вход. Искоса даже не взглянул. Когда Линор поспешно взлетела к ним на второй этаж таверны, он, оглядываясь и сторонясь людей, собравшихся вокруг упавшего стула, только произнёс «Идём отсюда» и они все втроём выбежали навстречу приключениям. Экслибран с немного тревожной Линор тому были рады. Стрелок же будто спешно убегал из тёплого, уютного трактира. – Зубами перегрызть?

Ястреб, сидевшая на козырьке ближайшего дома и внимательно следившая за окрестностями, словно ожидая подвоха, распушила перья и утробно заворчала.

Линор поймала в ладонь вернувшегося к ней Соннэ и быстро моргнула, возвращая себе всю осмысленность взгляда.

– Нам точно сюда, – сказала она, сажая светлячка на плечо и убирая ладонь на висевший у неё на бедре фонарь с Кейлом. – Выглядит, как канализация. Всё сходится.

– И воняет небось соответствующе.

– Всё, как ты любишь.

Экслибран присел возле решётки и заглянул внутрь. Свет не попадал слишком глубоко в помещение, которое должно было извиваться и разбегаться на сотни ответвлений в ширь и высоту, поэтому всё, что видел рыцарь, был ничтожный водопад, стекавший вниз по грязной стене прямо из бесконечной лужи. Звук его падения был слегка приглушён, будто вода попадала в ещё одно крошечное озеро или растекалась по камню на слишком глубоком дне.

Железная ограда не выглядела хлипкой, что расстраивало. Экслибран, поправив перчатки, ухватился за арматуру и дёрнул её на себя. С первого раза она не поддалась. Значит, до этого её никто не пытался сдвинуть.

– А есть подпилить чем? – Вопрошала Линор, попутно роясь в собранной наспех сумке. Ей бы следовало её выпотрошить на месте, чем вот так вот в ней шариться, потому что всё, что она видела в её бездонной пучине, были ленты. Все бумажки и блокнотики утонули в них, как подснежники тонут в внезапно растаявшем снеге.

– Кинжалом можно было бы, но долго, – думал Ирдал, успевший поискать загадочное нечто только в карманах плаща. Из них он вытащил парочку сколотых наконечников для стрел, которые он так и не нашёл возможности использовать. Рая заинтригованно за ним проследила, но, осознав, что крошек уже не осталось, повернулась к троице хвостом. – Неужели у тебя ничего острого нет?

– Ты хочешь, чтобы я зеркало разбила? – Возмутилась в свою очередь Линор. Экслибран тем временем упёрся ногами, наполовину запачканными грязью, о булыжник арки и вцепился в решётку мёртвой хваткой.

– Пожалуй, нет, – похмыкал стрелок. – Единственное, что это даст, так это семь лет неудач. Учитывая наше везение, они сразу распределятся между нами.

Жрица показала Ирдалу язык и закрыла сумку на клапан с громким в тишине ночи «ЧОК».

– Если эта загадочная подружка того парня действительно спустилась туда, то, может, тогда пойдём другой вход искать? Не голыми же руками мы решётки отрывать будем.

– А вот это мне нравится больше, – не стал сопротивляться стрелок. – Экслибран, идём дальше, нам тут делать…

Вместе с бардом он скривился, когда их уши заложил дикий скрежет металла о камень. Рыцарь, рывком потянув решётку на себя, вырвал её из арки и бросил здесь же в воду. Линор успела отскочить до того, как грязные брызги запятнали бы её цветастые шаровары и расшитый саван на поясе, а Ирдал как стоял, так и остался стоять. Грязь как раз весьма удачно по цвету совпадала с оттенком его штанов.

Из всех жителей улицы, наполнившейся таким мерзким звуком, возмутился только один загреец. Где-то выше по устланной лепестками и листьями дороги он неспешно высунулся из окна, крикнул что-то не столь интересное рыцарскому лексикону и, испугавшись нечеловеческого окрика Раи, нырнул обратно.

Экслибран же, похлопав руками, чтобы сбить с них пыль, расплылся в довольной улыбке и жестом фокусника, показывающего итог своих хитрых махинаций, показал на результат собственных стараний.

Линор восхищённо похлопала в ладоши, а Ирдал пожал плечами:

– Ну, можно и так.

Первым в открывшийся проём пролез зачинщик всего мероприятия.

Рыцарь скользнул вниз, никак не заботясь о том, насколько высока стена и насколько далёк низ, или о том, как он будет приземляться. Как только его ноги коснулись твёрдой поверхности он присел, уперевшись руками о мокрый пол, и бегло прочесал доступную для прикосновения местность. Падать было недалеко, кладка похожа на кирпичную – типичную для верхних уровней подземелья, пол переходил в подобие рва. Опустив руку и в него, Экслибран опять угодил пальцами в воду. Значит, лужа перетекает в подземный сток.