Песня сердца матери

91 - Собрались как-то плачущие дети...

***

Собрались как-то плачущие дети

И пришли ко мне во сне, разорвали мой кошмар,

Они безымянными спят в братских могилах,

Их кости смешались, а на памятнике старом

Лишь пять слов: «Здесь спят Ложь и Обман».

«Мы не были на свете этом живы,

О нас молчат везде и книги, и могилы!..

Нас сожрали давно священники и бесы…

Мы дети убитых толпами матерей и отцов,

Нас прокляли все и назвали детьми уродов!..

Мы были без праздников и отпеваний,

Нас вместо жизни поджидала смерть,

Объятия камней и град страданий!

Мы проклятые дети, мы изгои, тени,

О нас молчат, на нас плюют,

Плюют на наши имена, у нас нет могильного камня

Или говном бочками срут и сливают

На наши могильные камни, на наши имена,

Нам много мусора накидано поверх могил безвестных нас,

О нас ни в книгах, ни у демонов,

Ни у священников многих не упомянуто совсем!

Отцы и матери погибли в огне войны,

Сожранные людьми, которые сами избрали стать чудовищами,

Поедая нас, проклиная наших пап и мам…

Дитя обманутой невесты, дитя из свадебной мечты о друге,

Дитя любовницы забытой, дитя невесты нелюбимой,

Дитя покинутой жены, дитя урода и развратника,

Или дитя отца, то ли не вернувшегося с войны,

То ли убитого как военачальника, утопленного в огне войны!

А если ты посмотришь на нас из прошлого,

Глазами не уродов, не чудовищ, а людей:

«Смотри, вот мой папа мечтал стать художником

И архитектором домов для себя или для счастливых пап и мам!»…

«Смотри, а мой папа храм построил в аду войны!..

Он из священников, чьи земли врагами были опустошены:

Он давно упавший священник, что одним лишь утром

Застыл, увидев вместо жизни града море трупов из людей:

Он тот мой папа, что был хорошим священником,

Но он внезапно ни за что увидел глаза зверей и чудовищ,

Из врагов, пришедших из песков!» - «Степей!»…

«Смотри, мой брат упал безвестным,

А сын священника, спиною заслонил своего дитя!..

Все орали, умирая, и папа вздрогнул, спиной заслоняя меня!..

Мы на заре очнулись, среди горы трупов, горе трупов!..

Мы выжили на миг, но наши все мертвы!..

Я как бы снова умер, на ладонях полуживого папы,

А папа всех врагов проклял сгореть и никогда не возвращаться из войны!..

Я глаза разлепил с трудом, чтобы просить вернуться

Из силы демонов, потухнуть чудовищем из проклявших глаз:

В тот миг, когда я глаза опять открыл –

Мой папа стал воином из демонов, он проклял всех врагов,

За всех убитых и не вставших утром нас,

Он догорел, оружие убийц всадив в себя –

Упал мой папа как безымянный труп,

А над городом из трупов взметнулась Тьма!..

И в хаос ушла ещё одна забытая навечно

И демоном за разрушенья потом названная душа!..

А я, замирая в объятиях смерти, глаза так не закрыл,

Я только раз единственный на миг заплакал:

Не сердце, разорванное у родителя,

Не сердце, разорванное у моего слушателя,

Мне нужна была хотя б минута покоя,

Хоть мгновенье сна обычной жизни,

Где ещё была жива моя семья,

Где мама смеялась, а папа делал дело обычное!..

В огне чужой войны сгорели все мои мечты!..

Мой папа стал огонь разносящим демоном,

Испепеляющим предателей, воином и тенью над родиной живя!..

А я стал ледяным демоном из кошмарного сна!..

Против нас нет молитв священников,

Кто мы – не знают самые страшные из демонов!..

Мы дети, уснувшие с войны!..

Мы дети в Тьму ушедших родителей!..

Свет остался не для нас… живы были не мы…

Из морей и океанов пролитой крови

Или из чьих-то слёз с разорванной души –

Восстанут в мести или в горе дети

Родителей, не вернувшихся с войны,

Сожранных уродами, разорванных толпой!..

Без правды, без вины… из лжи, из оружья

Чужих, и до пап, и мам омытого в ручьях крови!..

Зачем уродом звать защищавшего страну?..

Зачем как демонов зовут детей воинов,

Зачем хоронят детей воевод,

Детей мам суицидных с разорванной душой,

Мам детей, разорванных смеющейся толпой,

Мам, лёгших трупами, прикрыв телами и молитвами

Детей, своих любимых дочерей и сыновей!..

За маму кто отомстит, уснувшую разорванной?..

За папу и маму, обвинённых в грехах, во всём и без вины?..

Да даже если и священник, и сын священника когда-то проклинает –

То виноват проклявший или орда врагов,

Несущих смерть и на их глазах в селении убивших всех?..

Но мы демоны навеки… мы не демонами сгореть хотели!..

Ручьи однажды все вернутся в море…

Корабли однажды вернутся в порт…

Зима однажды украсит землю, где всегда жило лето…

Враги начнут с начала, но мы… наоборот?..

Или… удача врагов однажды выпадет из кровавых рук!..

Как невыносимо… когда родных покидают…

Силы… сыны… дочь… и будет снег…

Расцветает снег кровавыми цветами…

И замерзает сердца стук… все молитвы замерзают…

Я руку протяну… но мой близкий умер, не ответив…

Кровью затянуло небо и луну…

Кто начнёт сначала, а кто наоборот?..

Огнём сожгло кому-то душу, трупы засмердели…

Не все легли в могилы… не всем лживые враги

Дарили братские могилы!.. Не всех героев,

Павших из врагов, хвалили, вернувшиеся с очередной войны!..

Не всех мам, с чьих трупом сняли украшения,

Чьи вышитые забрали одежды,

Упомянут злые губы мародёров иль купцов,

Вернувшихся с войны,

Небрежно нас забывших, отмывших

Чужие, подаренные не им украшения,

А за мастерицей мамой иль сестрой,

Вложившей душу в подарок близким, вышивая…