Петля для зверя

4. Странная домоправительница.

Михаэль отстраняется от навязчивого видения. Он старается утешить Марию, чьи хрупкие плечи уже перестали дрожать. Она успокаивается.

Понимая это, он обдумывает свои дальнейшие действия. Он хочет избавить ее от тревог и страхов. Он считает что ее состояние может ухудшиться если давать ей повод для беспокойства. Поэтому, он просто обязан уберечь ее от потрясений. Теперь, когда его возлюбленная перешла под его опеку и заботу, он будет охранять ее от ненужного. Даже если это ее собственная память… Он решает для себя не дать ей вспомнить прошлое, чтобы она не смогла уничтожить и себя, и все то, что он смог заново построить. И самое главное — если она сможет вернуть себе свою “суть”, — его отец — безумный темный бог Сандальфон Дельгадо: может вернуться!

От одной мысли о подобном Михаэль внутренне содрогнулся.

“Отец, — мысленно обратился он. — Сандальфон. Я обещал тебе что я и Мария будем вместе. Я клялся в твоем плену что освобожу ее из твоих грязных игр! Я исполнил свое обещание. Теперь твой черед быть запертым в “Зеркальном Лабиринте 99 Порядков”! Ты больше не увидишь ее никогда!”

Он отбросил эти размышления, ощущая как девушка высвободилась из его объятий. Он протянул ей свой черный хлопковый платок.

Она кротко поблагодарила его, стерев остатки влаги со щек. Сейчас она старается не смотреть на него, стесняясь и чувствуя свою неуверенность.

В столовой появилась Тина Риззо с настойкой “белой липы”. Светло—голубая жидкость налита в прозрачный пузырек, который стоит на круглом подносе в руках домоправительницы. Она подошла к паре.

Хозяин дома поблагодарил ее, взяв поднос из ее рук. Он сказал что дальше они сами, а она может идти.

Женщина учтиво кивнула и оставила их наедине.

“Бедная девочка, — думает она, покидая столовую. — Как она теперь будет жить? За ее спиной горы трупов, море крови и безумия! Даже меня это коснулось… Но сеньор прав, и она была игрушкой в руках страшного и проклятого бога! Лучше молчать мне об этом даже в мыслях, чтобы не дать возможности “ему” видеть через умы слабых.”

Она запретила себе размышлять об этом, и убрала руку со своей нижней челюсти. Та внутренне отозвалась механическим трением. Едва заметным, но таким неприятным до дрожи. Эта часть ее тела — протез, который поставил ей Михаэль, когда смог вытащить ее из плена своего отца.

В благодарность за спасение, женщина, которая некогда работала наемницей на Госпожу “Четвертую Тень Ботиса”, последовала за освободителем, присягнув ему на вечную верность. Она — живой мертвец на половину и носитель частиц проклятой “Скрижали Капогроссо”, — решила последовать за бастардом темного бога Сандальфона Дельгадо. За это решение, она отреклась от верности своей Госпоже, зная что уже никогда не сможет вернуться под ее крыло, и навечно будет носить клеймо позора.

Но разве она имела другой выбор? Ее Госпожа отказалась от нее, когда в лесу “4-го Дворца Черного Разиэлиса” развернулась кровавая баня. Тогда Госпожа сказала ей, умирающей, что гибрид либо умрет среди остальных, либо будет в плену Проклятого Сандальфона Дельгадо.

Когда Четвертая Тень Ботиса уходила, повернувшись к ней спиной, а она все еще тянула к ней сломанную левую руку, потому что правую ей уже оторвали; когда она шептала просьбу забрать ее с собой, она все еще надеялась что госпожа вернется за ней. Она надеялась до последнего и в тот момент, когда сумеречное небо леса над головой, было закрыто огромной фигурой Проклятого Сандальфона. Она надеялась что Госпожа ее не оставит! Вернется за ней.

Но она не вернулась… Не пришла освободить пленную от ужасных экспериментов безумного бога. Она бросила ее, оставив на произвол судьбы.

И сейчас Тина Риззо до сих пор, в глубине своего разорванного сердца, верит что Госпожа не забыла ее. Поэтому, ощущение некоего предательства от своей верности Михаэлю Дельгадо, преследует ее призрачной тенью. Она знает что если Четвертая Тень Ботиса даст о себе знать, и появится на пороге дома не родного сына темного бога, то ей придется пойти против своего спасителя… У нее не будет своей воли. Лишь прежняя верность заставит ее вновь пойти против сеньора!

Но случится ли это? Недавние события показали совсем иной ход действительности. Бастард освободился из “Зеркального Лабиринта 99 Порядков”, развязав там кровавое освобождение своей возлюбленной, а заодно и остальных пленных Дельгадо старшего. И после успешных действий, этот юный бог тьмы смог заточить своего ненастоящего отца в его же собственной тюрьме!

Лишь одно воспоминание не дает бывшей наемнице покоя: когда она пробегала мимо одного из темных коридоров ее тюрьмы, она кое-кого видела. Она видела как во тьме скрылось бледное лицо Госпожи, чьи глаза всегда покрыты красной шелковой повязкой. Ее пухлые губы немо сказали — “Твое предательство никогда не будет забыто!” — и после этого она исчезла.

Но вот уже прошел месяц, а Четвертая Тень Ботиса пока не появилась. Да и появится ли? Она обрекла на гибель своих верных наемников. В том 8 отряде кроме Тины Риззо состояли еще семеро гибридов. Все были для нее почти братьями и сестрами. Они были ее семьей. И все восемь гибридов верили в свою Госпожу… Они защищали ее, и все погибли. Кроме одной — самой первой и самой ответственной во всем отряде. Мертвец—гибрид выжила.

Домоправительница остановилась в пустом коридоре из столовой на кухню. Она положила левую ладонь на стену слева от себя, расшитую хлопковыми белыми обоями. Механическую правую руку она подвела к своему лицу. Ее искусственная кисть одета в белую перчатку как и живая. Она три раза сжала и разжала пальцы, которые механически проскрипели. Звука не слышно, она лишь его ощущает.

“Четвертая Тень Ботиса, — в мыслях обратилась она к своей бывшей госпоже. — Ты этого хотела от меня? Ты хотела пустить в расход весь восьмой отряд? Когда ты объявишься, я лично покажу во что превратил меня Сандальфон Дельгадо… Я дам тебе увидеть смерть каждого из нашего отряда, верного тебе до последнего! И тогда, станет ли тебе больно также как мне? Сомневаюсь. Твой взор навеки скрыт под красной шелковой повязкой, и никто не видел как ты смотришь на мир. Хотела бы я когда-нибудь сорвать эту ткань и заглянуть в твои бесстыжие глаза…