Петров всё врёт!

11. ПОЛИНА

Петров держит мою руку, даже когда я скидываю свои балетки. Он дает мне время осмотреться. Ведь всегда интересно, когда к кому-то заходишь. Хотя знаю, что долго смотреть некрасиво по этикету. Да и невежливо заставлять ждать взрослого человека.

Но даже беглого взгляда достаточно, чтобы понять: здесь все стильно и со вкусом, по последним тенденциям. Иногда бабушка смотрит программы про ремонт, и я кусовничаю.
Кухня большая, просторная и светлая. Посередине — островок, на который и облокачивается женщина. И я невольно замираю, потому что она неземной красоты. Я таких красивых мам, кроме своей, и не видела. Она словно кукла из коробки на витрине. Ее белый брючный костюм обтягивает тонкую талию, черные длинные прямые волосы собраны в хвост, челка закрывает лоб кукольного личика. У нее красивые выразительные глаза какого-то каре-серого цвета с дымкой и длинные ресницы. Она словно эльфийка из сказки.
Помню, Максим говорил, что его родители в разводе. Уверена, таких не бросают. Наверняка она была инициатором. В одной руке у нее белая чашка с черным кофе, в другой — телефон, от которого она отвлекается, услышав наши шаги.

— Ма, привет, — проговаривает Максим. — Вот моя Полина. Не призрак и не выдумка. Знакомься.

Ее взгляд встречается с моим, и я невольно тушуюсь. Не представляю, как можно будет ее обманывать. У нее появляется легкая дружелюбная улыбка — тут же улавливаю сходство с Максимом.

— Привет, молодежь, — оставляет вещи на столе и подходит. — Я — Марина, без отчества, не люблю все эти официозы, их мне на работе хватает.

— Очень приятно, — отзываюсь. От волнения чуть сжимаю руку Петрова, и он смотрит на меня. — У вас очень красиво и уютно.

— Спасибо, милая, — отзывается и подходит к большой черной кофемашине. — Что будете пить? Латте? Капучино? Чай? Просто черный кофе?

— Ма, мы по-быстрому, у нас скоро фильм, — отзывается Петров. А его мама смотрит на наши скрепленные руки и вновь поднимает взгляд на меня.

— Ну хорошо, — легко соглашается. — А чем кофе или чай помешает? Полина, ты что любишь?

— Чай больше, — отвечаю.

— Ну вот и здорово. Вы садитесь. Макс, что ты как не родной? — ее взгляд снова скользит по нашим рукам, и она плохо сдерживает уголки губ и отворачивается. А я аккуратно освобождаю ладонь, делая вид, что поправляю волосы за ухо. На вопросительный взгляд парня губами говорю: «нормально». Петров любезно отодвигает мне стул.

— Как дела в школе?

— Полина идет на медаль, так-то, — гордо выдает Максим, будто сам меня с первого класса готовил.

— Ух ты, обалдеть! А куда ты собираешься поступать?

— В медицинский, если получится, — отвечаю. Петров с любопытством смотрит на меня. А Марина ставит вкусно пахнущий чай и эклеры из частной известной кондитерской на стол.

— Конечно получится! А каким врачом хочешь стать?

— Кардиологом-хирургом, — не задумываясь.

— Родители, должно быть, очень гордятся.

— У меня только бабушка. И она одобрила выбор, — отзываюсь. Марина бросает быстрый взгляд на сына, тот слегка пожимает плечами.

— Прости, дорогая. Максим, как рыбка, часто забывает заранее сказать важные вещи. Вот такой вот он. Ну ты в курсе, я думаю.

Могу только натянуто улыбнуться и пригубить стакан горячего напитка.

— Так и как же такая целеустремленная медалистка обратила внимание на моего шалопая?

Давлюсь чаем.

— Ма-ам, — протягивает укоризненно Максим.

— Я мать — мне можно, — отмахивается от него и облокачивается о стол, ставя ногу на ногу. А я чувствую, что начинаю краснеть. Мне можно врать только, говоря правду, другого выхода нет. Поворачиваю голову к парню и встречаю его обеспокоенный синий взгляд.

— Максим красивый, — говорю, возвращая внимание женщине, и чувствую, что Петров смотрит прожигающе. От этого еще труднее, но все же договариваю: — Он общительный, добрый и храбрый.

Марина, умилившись, улыбается.

— Ох, а что ж нам, девочкам, еще и надо, верно? — легко касается моего плеча. — А как так вышло, что вы двое стали встречаться? Вдруг?

— Ну, мне Поля всегда нравилась, — протягивает Максим. И надо сказать, что врет он очень правдоподобно. А я снова скрываюсь кружкой. Петров в одно движение придвигается ко мне и, обняв рукой за талию, притягивает к себе. А я чувствую, как мое сердце забилось в два раза быстрее и его тепло за спиной. Одновременно приятно и одновременно жутко неловко перед взрослой женщиной… Хотя, если поразмыслить логически, именно этого от такого, как Петров, и ждут. — Ну, как она может и не нравиться? Просто никак не решался, — беспечно улыбается, глядя на меня, а затем переводит взгляд на мать. И столько лукавства в его синем океане, что можно и утонуть.

— Хм, — Марина оглядывает сына и отпивает свой кофе. Затем откидывается на спинку стула: — Кстати, молодежь, я еду с вами в следующую пятницу в поход. Так что познакомимся еще ближе.

Максим давится своим капучино.

— Чё? Это ещё зачем?

— Ну вот так вышло, — слегка пожимает одним плечом и легко поднимается со стула, оставляя свой стакан в посудомоечной машине. — Я что же, не человек? Прикольно будет. Природа, все дела…