Пилот для беглянки

Глава 1. Лиза - Сбежавшая невеста

Каблуки стучали по мокрому асфальту как пулемётная очередь.

Конец февраля в Петербурге встретил меня ледяным ветром в голые плечи и грязью, летящей из-под колёс проносящихся машин. Я бежала, задыхаясь, в свадебном платье, которое стоило как крыло самолёта. Белый шёлк намокал и тяжелел, подол волочился по лужам, корсет сдавливал грудь так, что невозможно было вздохнуть.

Но остановиться я не могла.

Позади остался коттедж Чернова и сам Чернов с его довольной лоснящейся рожей. Осталась толпа гостей, которые скоро хватятся невесты… Замуж за этого подлого, отвратительного кабана?

Ни за что!

Я знала, что бежать придётся не просто из города — из страны. Чартер на Сочи я зафрахтовала ещё неделю назад на деньги, вырученные за бриллиантовые серьги, когда поняла, что отказывать мне не позволят. А из Сочи — кто знает… может, в Германию? Только бы подальше от этого кошмара!

В жемчужном клатче, который я сжимала в руке, было всё: паспорта, документы, карты, наличность, отключенный телефон и кое-что еще — тайный подарок отца. Я собрала все это утром, когда одевалась к венцу. Как чувствовала, что пригодится.

Чернов — предатель. После смерти отца он намухлевал с документами, переписал на себя его половину активов и поставил меня перед фактом: я получу свою долю нашей богатой компании только, если соглашусь стать его женой. Отца больше нет, и защитить меня некому, а этот урод ясно дал понять, что отказов он не принимает.

Но последней каплей стало кольцо.

Отец собирал его семь лет. Редкий крупный голубой бриллиант, россыпь маленьких и сапфиры, роскошная огранка, идеально подогнанные друг к другу камни. Он сам разрабатывал дизайн, сам подбирал каждый камень, мечтал подарить мне на окончание университета. Я пошла по его стопам — стала художником-ювелиром, он научил меня всем тонкостям этого прекрасного искусства.

Слезы навернулись мне на глаза, но сейчас я не имела права на сантименты.

Это кольцо должно было стать символом моего вступления во взрослую жизнь, наследием. А после смерти отца оно пропало из сейфа в его кабинете. Я обыскала всё — бесполезно.

И вот сегодня, незадолго до церемонии, Чернов надел его мне на палец!

— Сюрприз для моей юной принцессы! Чтобы настроение поднялось, — улыбнулся он своей мерзкой улыбкой.

Я смотрела на кольцо и чувствовала, как внутри поднимается обжигающая ярость. Он украл его! Украл память об отце! И теперь дарит как побрякушку, чтобы задобрить невесту. Нет, не просто невесту, а фактически — пленницу!

Я ещё не была до конца уверена, что у меня хватит смелости сбежать. Всё утро я сомневалась, но этот момент решил для меня всё!

Как только кольцо оказалось у меня на пальце, я точно поняла: ни за что, ни под каким предлогом я пойду под венец с Черновым! Не лягу с ним в постель! Меня замутило лишь только я представила его руки на своем обнаженном теле...

Я не помню, как рванула к выходу, сердце колотилось где-то в горле.

…Такси, полчаса спустя — частный аэродром, терминал для чартеров. Небольшой красный самолёт с открытым трапом прямо по курсу — тот самый, который я заказывала. Мы летали на нем пару раз с отцом.

Я прорвалась сквозь ошарашенных сотрудников, выкрикнув свою фамилию, пронеслась по взлётной полосе, влетела в салон и рухнула в первое же пассажирское кресло.

— Полетели! Быстро! — закричала я в сторону открытой кабины пилотов.

Тишина.

Моторы не издали ни звука, никто не собирался исполнять мой приказ.

— Ну, взлетайте же! — крикнула я снова, стараясь, чтобы голос не сорвался в истерику.

Из кабины донёсся шорох, в проёме появился пилот — высоченный, в идеально сидящих джинсах. Его широкие мускулистые плечи аппетитно обтягивала белая футболка. Пара непослушных тёмных прядей падала ему на лоб, и все же он прошелся по мне острым, внимательным взглядом с головы до пят и обратно.

Он смотрел на моё промокшее платье, на голые плечи, на затянутый корсет, котором, кстати, было очень тяжело бежать, на грудь, которая тяжело вздымалась в попытках отдышаться.

В его взгляде мелькнуло что-то… удивление? Восхищение? Я не смогла понять, и мне было не до этого.

— В смысле — полетели? — удивленно осведомился он низким, с лёгкой хрипотцой, голосом и скрестил руки на груди. Его бицепсы под футболкой обозначились ещё более отчётливо. — У вас только через тридцать минут вылет. По времени — рановато.

Я выглянула в окно: со стороны терминала уже бежали люди. Тёмные фигуры на фоне серого полотна взлётной полосы. Подручные Чернова.

— Время? — я заставила себя повернуться к нему. — Какое время, милый? Я здесь. Самолёт здесь. Полетели!

Он даже не шелохнулся.

— Вы здесь. Самолёт здесь, — повторил он с таким видом, будто я сказала глупость. — А время — не ваше. Выходите. Ждите в здании.

Он вернулся в кабину и защёлкал приборами — он их гасил, отключал всё, чтобы самолёт не взлетел.

Я действовала на автомате. Бесшумно, на цыпочках, скользнула в кабину. Пилот стоял ко мне спиной, склонившись над панелью. Широкие плечи, загорелая шея… Я достала пистолет и приставила к его голове. Он замер и очень медленно поднял руки.

— Полетели, — сказала я твёрдо.

— Ладно, — его голос был спокойным. — Ладно. Только… можно убрать это от моей головы? А то мне сложно будет пилотировать.

Я чуть отвела ствол и отступила на шаг. Он повернул голову и коротко взглянул на меня. В его глазах не было страха, был интерес.

— Запускаю машину, — сказал он и начал нажимать кнопки, переключать тумблеры.

Приборы засветились, панель ожила. Пилот посмотрел на взлётную полосу.

— За вами? — он дернул подбородком на бегущих людей Чернова.

Я коротко кивнула.

— Это кого же вы обидели, что вас так провожают? — хмыкнул он и запустил двигатели. Самолёт покатился по полосе.

— Не твоё дело! — огрызнулась я.

— Куда летим?

— В Сочи. Ты что, не заглядывал в путевой лист?