Пиратка в космической академии

Глава 12

Здесь я точно никогда не была.

Хотя планеты, на которые меня брал Боцман, можно пересчитать по пальцам одной руки. Да и там я дальше местных рынков ничего не видела.

Пираты на твердой земле только затаривались провизией, выбирая места, куда не суется космополиция.

Комиссарша отстегивается и командует:

– Прибыли, вставай.

Давно я не ступала на твердую поверхность. Ощущения такие, словно прилипаешь ногами каждый раз, когда делаешь шаг. Этот дискомфорт быстро проходит, тем более что я люблю это чувство.

Раньше "прилипание" означало увлекательную вылазку с Боцманом. Сейчас вряд ли меня ждет что-то приятное.

Размышляю и одновременно глазею по сторонам. Что-то место, куда мы пришвартовались, не кажется приветливым.

Хотя сама планета вполне себе симпатичная: желтая земля, невысокие растения, тоже желтые и два оранжево-красных солнца над головой.

Мы с комиссаршей шагаем в сторону высокого гладкого забора. Черная сплошная ограда напоминает глянцевые щиты космополиции.

Когда подходим ближе, я даже стучу согнутым пальцем по воротам. Точно! Сплав такой же, как у щитов.

Ворота отъезжают в сторону ровно настолько, чтобы мы смогли протиснуться внутрь.

Дальше проход перегораживает решетка, по которой струятся голубые змейки. Противная антилазерная защита. Аж запястья зачесались – вспомнила кандалы.

Когда и эта преграда пройдена, проходим внутрь. Здесь нас встречают две хмурые тетки, одетые также как комиссарша.

– Принимайте новенькую, – подталкивает в спину комиссарша, – Вся информация по ней уже у начальства.

Она разворачивается на каблуках и уходит, даже не взглянув в мою сторону.

Молча рассматриваю двух комиссарш. Обе они отличаются громадным ростом и телосложением, больше подходящим мужику.

Между собой они тоже похожи. Лица словно вытесаны из горной породы.

Разнятся они только цветом волос. У первой рыжие, у второй иссиня-черные. "Рыжуха" и "Чернуха" я их прозвала про себя.

– Раздевайся! – командует Рыжуха трубным басом.

– Вот еще, – хмыкаю в ответ и скрещиваю руки на груди.

– Девочка, тебя нужно продезинфицировать, – на удивление приятным голосом поясняет Чернуха, – мало ли каких паразитов ты на себе могла привезти.

– Нет у меня никаких паразитов! – они меня что, за какую-то замарашку подзаборную приняли?

– Может, и нет, но к остальным мы тебя все равно не пустим, пока не обработаем.

– А я туда и не стремлюсь, – не сдаюсь я.

– Милочка, ты ведь понимаешь, что мы сделаем это в любом случае, с твоей помощью или без? – со вздохом пускается в объяснения Чернуха.

Понимаю. Глядя на двух громадин, живо представляется, что они без труда разденут любого, если им захочется.

– Ладно, куда идти, – цежу сквозь зубы.

– Вот и славно! – чуть не хлопает в ладоши Чернуха, – Анна Львовна тебе все покажет, – кивает она на Рыжуху.

Рыжуха Анна Львовна ведет меня в комнату, где стоит большая кабина с открытой дверью. Внутри нее горят разноцветные лампочки и видны форсунки в стенах.

– Разденешься полностью и зайдешь внутрь, система все сделает сама, следуй инструкциям, – пробасив наставление, Рыжуха уходит.

Раздеваюсь не спеша. Разглядываю помещение, где нахожусь, хотя ничего примечательного в нем нет.

Аккуратно складываю одежду, ровно ставлю ботинки. Одним словом, "растягиваю удовольствие".

Но идти в кабинку все равно приходится. Перед глазами зажигается строчка: "Закройте глаза и задержите дыхание на 10 секунд". Делаю как велено, и тут же из форсунок на меня брызгает что-то липкое и противное.

Через 10 секунд выясняется, что оно еще и дико воняет. Это что, я теперь буду так смердеть?!

Перед самым носом, словно в ответ, загорается: "Закройте глаза. Режим помывки".

Из форсунок бьет обычная вода, а из стенки выезжает контейнер с пенкой для мытья.

Меня никто не торопит, поэтому купаюсь долго. Намылившись и вымыв голову, повторяю все еще раз, очень уж вкусное у них тут мыло.

Да и вообще, на корабле воды всегда впритык. Не помню, чтобы я когда-нибудь могла накупаться всласть. А тут настоящее блаженство.

Кажется, я смыла с себя тонну неприятных мыслей и печалей.

За такое я даже стану вежливой с громадинами. За все в жизни нужно платить. Думаю, доброе отношение настоящей пиратки станет хорошей благодарностью для Рыжухи и Чернухи.

Когда выхожу из душа, ищу глазами свою одежду. Но вместо нее на стуле аккуратно сложенная серая стопка. По уже успевшему набить оскомину серому цвету, понимаю, что это, скорее всего, форма, которую меня заставляют напялить. Разворачиваю ее:

– Бластер мне в бок!

Они хотят, чтобы я напялила юбку! Я! Настоящая пиратка! Юбку!

Со зла несколько раз пинаю стену. Как можно нацепить на себя этот нелепый кусок ткани в складочку? Ладно бы под низом предполагались шорты, это еще можно стерпеть. Но там у меня сразу трусы! Ни нагнуться, ни присесть, ни задницу почесать!

Злая как дикий вепрь выхожу на суд Рыжухи и Чернухи. Мое доброе расположение к ним исчезло вместе с моей одеждой.

– Ну, вот! Совсем другое дело! – чуть не хлопает в ладоши Чернуха, – Какая хорошенькая девочка получилась!

Я?! Хорошенькая?!

– Я – пиратка, – рычу сквозь зубы.

Она словно не слышит меня, продолжает лепетать:

– Сейчас выдадим тебе еще один комплект одежды, и можешь идти знакомиться с новыми друзьями.

Хочется нагрубить, но вместо этого спрашиваю:

– Кормежка когда будет?

Мой живот уже давно приклеился к позвоночнику.

– Вот как раз к ужину и успеешь, если поторопишься.

Не заставляю объяснять себе дважды. Через пару минут уже стою перед большой, обитой металлом дверью. В моих руках второй комплект одежды и я полностью готова к встрече с "новыми друзьями". Если, конечно, к ним я попаду через столовую.