Пираты: до встречи в Париже

25

- Я рад вашему визиту. Прошу вас, садитесь, герцог. И расскажите, что вас привело ко мне?

- Личное дело, - проговорил Лермон, опускаясь в кресло.

Хозяин дома сел напротив него. Когда герцог обозначил причину своего появления, Эрколе изумленно замер.

- Вы меня заинтриговали, господин герцог.

- Я хотел бы поговорить о вашей жене.

Сант-Арренцо помрачнел, непроизвольно сжав руки в кулаки. На его лице всего на мгновение отразилась боль. И презрение. Видимо, он за что-то до сих пор не мог простить выше названную особу.

- Франческа умерла, герцог.

- И вы ее похоронили?

- У меня нет тела…

- Значит, и нет доказательств ее смерти, сударь. Чтобы вы сказали, если бы я объявил, что Франческа Сант-Арренцо жива и больше всего на свете хочет вас видеть?

- Я бы сказал, что вы сказочник, герцог, - улыбнулся Эрколе. – Франческа… сбежала несколько лет назад. Мне донесли, что она погибла на море.

- Она жива.

Итальянец встал. Он не мог себе позволить ничего говорить, и был вынужден сменить положение. Он когда-то любил жену, хоть и не имел возможности проводить с ней достаточное количество времени. А она связалась с гостившим в их доме некогда другом Эрколе и сбежала с ним. Граф тогда чуть не погиб – беглецы не готовы были остановиться, даже когда он преградил им путь.

– Почему в таком случае она только сейчас вспомнила про мою персону? – с неожиданной издевкой спросил граф. – Где она была?

В нем сейчас говорила ярость. И обида.

– Вам помогли, и вы живы, граф, – спокойно заметил Мишель. – Я не хочу защищать ее, но я видел ее слезы. Слезы раскаяния, когда она рассказывала мне об этом.

– Поразительная откровенность! И кто она вам?

Мишель смерил его холодным взглядом.

– Никто.

– Но она сейчас у вас?

– Возможно. Но, согласитесь, если бы она была моей любовницей, я бы к вам не пришел. Вы что-нибудь слышали об Уголино Селиани? Кроме того, что он когда-то был вашим другом? – мягче спросил Лермон.

Сант-Арренцо замер.

– Он как-то был связан с пиратами, я не вдавался в подробности.

– Селиани был работорговцем. И ваша жена просто стала жертвой. Женщина, оставаясь в одиночестве, начинает сходить с ума.

Граф опустился обратно в кресло.

– Где она? – еле слышно спросил он, не поднимая глаз. Многое встало на свои места. Он не искал жену. Не было времени и желания. И не просил о помощи, хотя мог. Франческа предала его, и он не хотел прощать. Просто измену он бы простил, принял и забыл, но она сбежала. Сбежала в тот момент, когда могла одним только словом вернуть все назад. Так она попала в рабство? Может, это и к лучшему. Она изменилась, наверное.

– У меня на корабле.

– На вашем корабле? – Эрколе казался удивленным. Он впервые слышал о том, чтобы у французского герцога был собственный корабль. Редки те случаи, когда дворяне выкупали акции Ост-Индской компании.

– Да, – спокойно подтвердил Анри-Мишель, прекрасно зная, что эти слова могут вызвать цепную реакцию. – Так что граф? Она в рабстве провела три года. Не мне вам объяснять, что это значит на Средиземном море.

Сант-Арренцо сдержанно кивнул.

– Я хочу ее увидеть, герцог. Привезите ее ко мне, – в его голосе холодком зазвучали незнакомые нотки.

Анри встал и спокойно поклонился. Эрколе чем-то напоминал Виразона, ему можно было доверять.